Маргарет Уэй - Страсти в старинном поместье. Книга вторая.

— Да-да, Макс. Они со Стивеном подружились?

— Стивен очень добр к нему.

Кристина понимающе кивнула.

— Он добр и к вам. Как был добр и ко мне. Стивен хорошо знает, чего он хочет, и как этого добиться. Этим качеством я восхищаюсь.

— Кристина, я вас не понимаю.

Бронте задумалась над ответом Кристины.

— Я уверена, что понимаете. Вы мне не кажетесь несообразительной.

— Приятно слышать, — резко отозвалась Бронте. — Я вас тоже несообразительной не считаю. — Кристина открыла было рот, чтобы сказать какую-нибудь колкость, но Бронте ее опередила: — Вы хотите сказать — пожалуйста, простите, если я ошибаюсь, — что Стивен делает добро мне и моему брату, чтобы задобрить мою тетку?

Кристина сняла очки и посмотрела Бронте прямо в глаза.

— Собственно говоря, разве так не бывает? Это и называется пиар. Стивен очень хотел стать партнером мисс Макалистер, — сказала она тоном разъяснения.

— Я уверена, дела у него на вашем совместном предприятии идут достаточно хорошо.

Бронте говорила все резче.

Весело рассмеявшись, Кристина вновь надела очки.

— Пусть Стивен и не общается со своим отцом, но гены у него отцовские. Его отец возглавляет самую престижную юридическую фирму. Его планы, как у всех нас, влияют на поведение.

— Он не сказал бы вам спасибо, если бы услышал, что вы считаете его ловцом удачи. Вы знаете, что Стивен порвал с семьей? — спросила Бронте.

Неужели Стивен постоянно лжет ей насчет этой женщины?

— Конечно. — Казалось, Кристина была удивлена тем, что Бронте этого не знает. — Мы со Стивеном работаем вместе не один год. Он мне доверяет. И я ему доверяю. В этом смысле мы с ним близки. Многие женщины пытались привязать к себе Стивена, мисс Макалистер, но он всегда возвращался ко мне.

— Можно я буду называть вас миссис Шинь И? — Бронте решила отплатить Кристине той же монетой. — Стивен возвращается к вам, потому что уважает вас и высоко ценит. Вы его партнер.

— Неправда! — Кристина напряглась. — Гораздо больше, мисс Макалистер. Для вас же плохо, если у вас появятся надежды. Я вам желаю только добра. Мне тяжело так говорить, но вам потом может быть очень больно. А теперь извините меня, я должна сделать некоторые покупки, а потом вернуться в ресторан. Даже вы могли бы задуматься, что Стивен будет без меня делать.

— Можно нанять высококвалифицированного специалиста, — не осталась в долгу Бронте.

Бронте чувствовала себя очень расстроенной. Ох уж эта Бронте, эти ее опасения! Освободится она когда-нибудь от них или нет? Захотел бы Нат жениться на ней, не будь она падчерицей сверхбогача Карла Брандта? Известно, что мужчины неравнодушны к потенциальным наследницам. Ее отчим всегда хорошо исполнял роль ее нежного отца. На публике. И обманул многих. Ее мать сама имеет немалый опыт поиска богатых мужчин, даже при том, что временами она их получала. Люди постоянно женятся ради комфорта, обеспеченности и прочного положения. И это не обязательно союзы по любви. Многие довольствуются второй категорией, чтобы не остаться в одиночестве. И для многих великий секс — отнюдь не главное в браке. Страсти утихают, бывает, что и после первой ночи. Она сама — доказательство. Так было с ее чувствами к Нату.

Значит, Стивен хочет ее получить? А получив, легко может бросить. Скажем, как вышло с Анной Болейн[9]? Мужчины относятся к сексу не так, как женщины. Секс — это все, о чем думают женщины. Это мужчине не страшно иметь и жену, и любовницу. Можно предположить, что шансы любовницы котируются выше.

А вообще, озабоченный мужчина — это нормальный мужчина? Бронте напомнила себе: Стивен никогда не говорил, что любит ее. Он говорил, что хочет ее получить.

Бронте мысленно бурчала всю дорогу к своей посудине. Она-то в состоянии купить Гилли на Рождество разве что исправную подержанную машину, хотя Гилли, которая любит водить как гонщик, была бы в большей безопасности на десятитонном грузовике.

Когда она подошла к старушке машине, упали первые капли дождя и ударили по горячему асфальту с заметным шипеньем. Можно бы изжарить яичницу.

Зачем она так долго тянула? Нельзя ехать домой на старой машине, в которой нет кондиционера, когда необходимо поднимать стекла. Да и щетки не очень-то помогают в такой дождь. Бронте горько вздохнула. У нее был единственный выбор — переждать дождь. Правда, хорошо, что ливень охладит воздух.

Бронте отперла дверцу и бросила пакеты с покупками на пассажирское сиденье и на пол. Разразился первый удар грома, который испугал ее так, что она ткнулась головой в стекло.

— У, черт!

— Бронте! — крикнул кто-то рядом с ней.

Бронте увернулась и увидела, как Стивен, перебегая дорогу, увернулся от двух машин.

— Господи, как же я вовремя! — Голова из красного дерева уже намокла, обтянутые рубашкой плечи — тоже. Гладкую загорелую кожу покрывали дождевые капли. Выглядел он божественно: ловкий, быстрый; выглядел так, что у Бронте перехватило дыхание. — Нельзя тебе ехать домой на этом.

— Я и не собиралась.

Порыв ветра окатил их дождевым облаком и едва не сбил Бронте с ног.

— У нас есть время, чтобы доехать до моего дома. — Стивен взглянул на зловещее небо. — Если град, тогда будет худо. Еще пять-десять минут, и над нами разверзнутся хляби небесные. Ты можешь ехать за мной или оставить эту кастрюлю здесь и сесть ко мне в машину.

— Стивен, я в порядке, — сказала она с несколько преувеличенной самоуверенностью. — Я пойду выпью кофе. Подожди здесь.

— Да не упрямься ты, черт побери! — воскликнул Стивен, и его зеленые глаза сверкнули. — Прошу тебя, Бронте, не упирайся. Садись в эту рухлядь и езжай за мной. Гилли не очень понравится, если эту штуку иссечет градом.

— Да какая разница? — Бронте издала короткий смешок. — Этот чертов дождь стихает.

— Чего ради ты тратишь время на споры? — закричал Стивен, теряя терпение. — Сегодня нас ждет самая серьезная гроза за все время, что ты здесь. Если тебе твое здоровье дорого, ты поедешь сейчас же.

— Ладно, ладно. Спокойствие, только спокойствие.

Она послушно скользнула за руль и ощутила дрожь, так как температура воздуха несколько упала.

Десять минут спустя они уже были в полной безопасности, входя в дом Стивена через его гараж.

Нити яркого белого света пронизывали комнату, когда небо пронизывали смертоносные молнии. В саду обжигающий ветер яростно тряс листья высоких пальм. Море бушевало. Бесконечные волны того же зловещего серого цвета, что и небо, сменялись дыбящимися серебряными, пурпурными и черно-зелеными волнами. Возле похожих на крепостные стены прибрежных валунов белые брызги взмывали в воздух на двадцать и даже больше футов.