Фрида Митчелл Митчелл - Испытай меня

— Джейн, я не могу тебе ничего обещать. Мне казалось, что я дал понять это…

— О да! Ты дал мне это понять. — В голосе Джейн прозвучала такая горечь, что ей самой стало жаль себя. — Ты поступил как честный человек и ни в чем не виноват. Но, пожалуйста, отвези меня домой.

Последние слова были сказаны так жалобно, совсем по-детски. Губы Фернана сжались в тонкую линию, он отвернулся, завел двигатель и, не говоря ни слова, выехал на дорогу.

6

Следующие несколько недель были самыми трудными в жизни Джейн, и спасло ее только то, что она пребывала в постоянных хлопотах. Она была нежной подругой, компаньонкой и доверенным лицом Норы, а когда нужно — гибридом матери и няньки. Она была старшей сестрой и товарищем Поля, надежной опорой и поддержкой Пьера. Но все это время она чувствовала себя бесконечно и безнадежно несчастной…

Самым тяжелым было то, что она даже не могла ни с кем поделиться. Джейн звонила матери раз в неделю, чтобы рассказать, как идут дела, но о таких вещах не говорят по телефону. Кроме того, ей не хотелось огорчать мать известием, что она несчастна за сотни миль от дома, в чужой стране, так что приходилось бодрым голосом сообщать только хорошее.

Фернан сразу же после того вечера на три недели уехал по делам в Штаты, а по возвращении под предлогом страшной занятости свел свои визиты в Ле-Пюи до минимума. Его отсутствие причиняло Джейн боль, но не такую сильную, как редкие случайные встречи с ним.

Как-то раз после одной из таких встреч, когда Нора была уже на девятом месяце беременности и живот ее стал просто огромным, они с Джейн беседовали на террасе теплым весенним вечером.

— Пьер беспокоится за Фернана, — озабоченно сказала Нора, устраиваясь поудобнее в шезлонге. — Он считает, что с ним что-то случилось.

— Случилось? — Джейн внимательно посмотрела на подругу, но по лицу Норы невозможно было ничего прочесть. — Что ты имеешь в виду?

— Я не знаю, и Пьер не знает, но Фернан в последнее время сам на себя не похож. Он вообще достаточно сложный человек — вернее, стал таким после… — Нора не договорила и нахмурилась. — Последние три года были для Фернана нелегкими, но сейчас на него просто что-то нашло — во всяком случае, Пьер так считает.

— А он пытался поговорить с ним? — осторожно спросила Джейн.

— Да, конечно, но Фернан ведь очень скрытный, — тяжело вздохнула Нора, взяла стакан лимонада с подлокотника и отпила большой глоток. — Может быть, это из-за работы? Вообще-то он всегда много работал: когда его отец умер, вся ответственность за семейное дело легла на плечи Фернана. Но после… после трагедии он просто утонул в работе. Думаю, для него это было своего рода терапией.

— Может быть. — Джейн почувствовала, что живот у нее свело судорогой, но старалась говорить как можно естественнее. — Это ведь очень нелегко — потерять любимого человека при таких трагических обстоятельствах.

— Любимого? А, ты об Иветт… Да, конечно. — Нора поставила пустой стакан обратно на подлокотник. — Послушай, а у вас с ним… ничего не произошло, когда вы ездили обедать?

— Что у нас могло произойти? — Джейн сделала непонимающий вид, хотя сердце ее учащенно забилось. Сейчас неподходящее время рассказывать Норе о своих чувствах к Фернану и об отсутствии таковых у него. Близнецы совсем скоро должны появиться на свет, и их маму нужно оберегать от лишних волнений. — Почему ты так решила?

— Пьер считает, что Фернану в последнее время просто плохо. — Нора снова откинулась в шезлонге. — И, боюсь, поездка в Штаты усугубила его состояние. Я знаю, что ему нужно было выбить этот контракт, но, по словам Пьера, в нью-йоркской конторе возникли какие-то неурядицы.

— Значит, ты права. Наверняка все дело в этом! — Джейн обрадовалась, что нашлось подходящее объяснение душевному состоянию Фернана. — Это все скоро пройдет.

Все это пройдет, когда я вернусь в Лондон, с горечью подумала она. Фернан наверняка переживает из-за того, что не может так же просто, как раньше, навещать друзей. И причину этого он видит в ней. Впрочем, так оно и есть на самом деле…

Когда Нора задремала, Джейн снова мысленно перенеслась в тот вечер. Ей следовало остановиться гораздо раньше: ведь она изучила его отношение к женщинам задолго до того, как все это случилось. И винить было некого, кроме себя самой.

То, что могло произойти между ними, Фернан считал развлечением, маленькой интрижкой, которая доставит им обоим удовольствие. Может быть, он имел в виду постель, а может быть, и нет… Но, во всяком случае, не ожидал услышать глобальные вопросы вроде: «Куда может привести любовь?»

Джейн вспомнила окаменевшее лицо Фернана по пути из ресторана Ле-Пюи, вспомнила, как он молча вел свою быструю машину, а она сидела рядом, опустив голову, словно провинившийся ребенок…

Это было фиаско, полное фиаско! Фернан привык иметь дело с утонченными, искушенными женщинами — женщинами, которые знают, чего они хотят и как этого добиться. Которые знают цену себе и умеют использовать свои прелести в отношениях с противоположным полом. Что она представляет собой по сравнению с ними? Что Фернан мог подумать о ней?

Неудивительно, что Пьер почувствовал что-то необычное в поведении друга. Наверняка всякий раз, когда Фернан видел ее, он испытывал отвращение, презрение и раздражение…

Джейн все еще продолжала заниматься самобичеванием, когда на террасе появился Пьер.

— Она спит? — спросил он, поглядев на жену.

— Только что уснула. — Джейн с тревогой посмотрела на Пьера: тот был бледен, лицо его как-то сразу осунулось и постарело. — Что-нибудь случилось?

— К сожалению, да. Только что звонили из полиции. — Пьер не отрывал взгляда от жены. — Кто-то проник в мой офис, и двое охранников ранены. Грабитель — или грабители — знали, что ищут, потому что забрались прямо в мой кабинет и взломали сейф.

— О Боже! — встрепенулась Джейн. — Пропало что-нибудь ценное?

— Не в смысле денег — я обычно не держу крупные суммы в офисе или дома. Но там были бумаги конфиденциального характера. Если они попадут в чужие руки, могут быть крупные неприятности, — расстроенно сообщил Пьер. — Полиция хочет, чтобы я приехал.

— Тогда поезжай скорее! Я побуду с Норой, так что ни о чем не беспокойся.

— Но я могу задержаться, а Нора за обедом себя не очень хорошо чувствовала. — Было видно, что Пьер буквально разрывается и не знает, как ему быть. — Мне не хотелось бы оставлять ее сегодня вечером…

— Ей и раньше бывало нехорошо, Пьер. — Джейн показалось забавным и трогательным, что промышленный магнат, известный своей жесткостью и непререкаемым авторитетом, реагирует на каждый чих Норы с плохо скрываемой паникой. — Ведь я же здесь. Я ни на минуту не оставлю ее, пока ты не вернешься. Я даже могу переночевать в смежной с вашей спальней комнате, если ты не вернешься до ночи.