Фрида Митчелл Митчелл - Испытай меня

— Я должен? — Его лицо потемнело, голос резал слух, как звук металла по стеклу. — Почему я должен? Я вообще не вижу в своих современниках ничего такого, что меня волновало бы. Человеческая порода прогнила снаружи и изнутри, и даже тонкий налет цивилизации не может этого скрыть при ближайшем рассмотрении. Эгоизм — вот что движет большинством людей! И это единственное истинное чувство, которое мне знакомо.

— Но это ужасно! — Потрясенная, она уставилась на него. — Ты не мог этого сказать!

— Я только что сказал это…

— Но ты не можешь так думать! — воскликнула Джейн. — А как же Нора и Пьер? Они любят друг друга, на самом деле любят, разве не так?

— Всегда найдется исключение, которое лишь подтверждает правило.

— Но в таком случае мир полон подобных исключений! — Она откинулась на стуле, сердито разглядывая его. — Например, мои родители. Ты не можешь сваливать в одну кучу всех людей и утверждать, что не существует такого понятия, как настоящая любовь.

— Ну хорошо… А ты? Ты была когда-нибудь влюблена? — неожиданно спросил Фернан, заглянув прямо в ее светло-карие глаза.

Джейн целую минуту смотрела на него, не в силах ответить.

— Да… однажды… — сказала она наконец и опустила глаза, потому что не могла больше вынести пристального взгляда сидящего напротив нее человека.

— А сейчас? Ты до сих пор считаешь, что любила его?

— Нет, — грустно призналась Джейн.

— Так что же изменилось? — поинтересовался он. — Людям вообще свойственно обольщаться. Ты же видишь теперь, что твоя любовь была иллюзией и не могла иметь продолжения.

— Дело не в этом… — Джейн поерзала на стуле. — Просто Фред оказался не таким, как я думала. Не знаю, была ли я настолько слепа или он сознательно старался создать ложный образ, но человек, которым он оказался на самом деле, мне совсем не понравился…

— И ты с ним порвала?

— Нет. — Джейн посмотрела ему прямо в глаза, взгляд ее был затуманен болью. — Это он со мной порвал. Я тогда попала в аварию, ему стало известно, что я некоторое время должна буду провести в больнице, и Фред… Фред нашел себе другую подружку.

Фернан еле слышно выругался по-французски, но смысл его слов легко было угадать.

— Каким же я был болваном! — Он неожиданно перегнулся через стол и взял ее за руки. — Безмозглым, самонадеянным болваном!

Джейн сидела ни жива ни мертва, даже не решаясь вздохнуть, а Фернан приподнялся, наклонился к ней и губами коснулся ее губ. Затем, прежде чем сесть, ласково провел пальцем по ее щеке.

Джейн была ошеломлена этим прикосновением, этой нежностью, которая так не вязалась с тем Фернаном Тамилье, образ которого она создала.

Боже, когда же я перестану выдумывать людей?! Ведь и с Фредом произошло нечто подобное… Нет, тогда все было наоборот: я вообразила прекрасного человека, который на деле оказался недостойным любви. А Фернан… Чем ближе я узнаю его, тем больше нахожу привлекательных черт. Чего стоит одно это короткое нежное прикосновение…

Да я просто-напросто влюбилась! — ужаснулась Джейн. Надо же было выбрать человека, чья любовь к покойной жене сковала все его чувства вековым льдом; который чертовски красив, баснословно богат и так же недосягаем для нее, как житель Луны!

— Джейн!

Она словно очнулась и поняла, что официант уже несколько минут стоит рядом, ожидая заказа. Но Джейн тщетно пыталась разглядеть маленькие, прыгающие в глазах черные буковки меню. Ее мысль не могла сосредоточиться ни на чем, кроме страшного открытия: она влюблена в Фернана Тамилье!

— Что ты будешь заказывать? — спросил Фернан.

— Мне… мне все равно, — с трудом выдавила она.

— У них здесь делают превосходный ризотто. А на второе мы можем заказать рыбное блюдо, которым славится это заведение. Рыбу обжаривают в сметане с вином, а потом запекают в сухарях и подают с овощами и салатом.

— Прекрасно, — кивнула она. — Это очень здорово.

Все действительно было здорово: и сам ресторан, и обслуживание, и вино, которое уже ударило ей в голову, потому что Джейн успела осушить два бокала. Но надо же было попытаться развеять черное облако, которое надвигалось на нее и вызывало нарастающее ощущение грядущей беды!

Джейн не имела ни малейшего понятия, о чем они говорили за едой, но, по крайней мере, заметила, что Фернан сохранял свой обычный самоуверенный, невозмутимый вид — как, впрочем, и все окружающие. Что же касается ее… Она была совершенно не в себе и могла думать только о своем чувстве, которое осознала так внезапно.

Как странно, что она не догадалась об этом прежде! А ведь Фернан сказал, что больше не верит в любовь… Что ж, если бы можно было выбирать, в кого влюбиться, тогда бы она выбирала… Но любовь не пара обуви или новая шляпа. Она поражает со всей силой, когда этого меньше всего ожидают.

— Не хочешь потанцевать?

Джейн удивленно подняла глаза. Фернан смотрел на нее, и лицо его было совершенно непроницаемым. Никогда невозможно догадаться, о чем он думает! А что, если он сейчас сравнивает ее с той женщиной, о которой тоскует до сих пор? Наверняка Иветт прекрасно танцевала. Стройное, изящное тело, которое она видела на фотографиях, словно специально было предназначено для танца…

— Нет, спасибо. Я… я плохо танцую, у меня обе ноги — левые.

— Я сомневаюсь в этом. — К ужасу Джейн, Фернан встал, обошел столик и взял ее за руку. — Я очень сильно в этом сомневаюсь.

— Фернан, но я и вправду не хочу!..

Но это была откровенная ложь! И пока они шли рука об руку к танцевальной площадке, и когда Фернан заключил ее в объятия, прижав к своей груди, Джейн чувствовала, что пребывает наверху блаженства.

Она прижалась лбом к его плечу, вдыхая его запах, ощущая одновременно и боль, и наслаждение, а потом откинула голову, чтобы взглянуть в его улыбающееся лицо.

— Кажется, ты говорила, что не умеешь танцевать? — произнес Фернан тихо.

— Не умею, — улыбнулась она в ответ так, как, наверное, не улыбалась никогда в жизни. — Я просто следую за тобой, вот и все.

Она действительно просто плыла, скользила по воздуху…

— Это скрытый комплимент? — усмехнулся Фернан. — Осторожнее, так можно попасться! Ведь я же страшный, злой Серый Волк, а ты — маленькая Красная Шапочка…

Это было невыносимо! Если бы кто-нибудь сказал Джейн, что можно желать кого-либо так, что это превращается в физическую пытку, она бы ни за что не поверила. Но сейчас острая боль одновременно с чувственным теплом переполняли ее сердце, отзываясь в каждой клеточке, в каждом нерве.

А Иветт была с ним несколько лет… Она просыпалась рядом с ним, смеялась вместе с ним, разделяла с ним маленькие семейные тайны, занималась с ним любовью долгими ночами…