Джулиана Морис - Счастливое падение

— Неправда. Ангел, я знаю, как это тяжело. Я ничего не помню, а ты раздражена из-за беременности. Но...

— Я уже говорила тебе, что не люблю, когда со мной разговаривают таким тоном. Да, я беременна. Предполагается, что я сейчас более чувствительна. Но я в полном уме и здравии. Ну, или почти в полном, — добавила она, решив быть честной до конца.

Ей некуда было идти. И совершенно не хотелось ссориться с мужем на глазах у главного источника сплетен в Крокетте. А поэтому Эмили повернулась и зашагала к дому.

— Эмили, дорогая, — окликнула ее миссис Пикеринг, выбегая на улицу. — Привет, Ник. Какая приятная встреча. Я так редко вижу вас. Вы, наверное, все время в разъездах. Хотя... когда появится ребенок, вы почаще будете бывать дома.

Ник вежливо улыбнулся.

Эмили приложила руку к животу и подумала, за какие это грехи ей выпали переживания последних четырех дней? Ребенок пошевелился, как бы соглашаясь с ней.

— С тобой все в порядке? — спросил Ник вполголоса.

— Да, конечно. — Обожаю, когда вот так переворачивается вся жизнь, подумала она про себя.

— Мистер Пикеринг говорит, что в субботу к вам приезжала «скорая помощь». Что случилось? — спросила миссис Пикеринг, переводя взгляд с одного на другого. — Ничего серьезного, надеюсь?

— Нет. — Эмили в ответ тоже вежливо улыбнулась. — Ник упал с крыши и провел два дня в больнице. Но как видите, он жив и здоров.

Женщина покачала головой и похлопала Эмили по руке.

— Ох уж эти мужчины. Столько хлопот с ними. Но они этого стоят, не так ли, дорогая?

— Да... конечно, — пробормотала Эмили.

Ник улыбнулся и обнял жену за плечи.

— Становится прохладно, Ангел. Думаю, тебе пора возвращаться.

— Правильно! Зайдите к нам на чашку чая, — немедленно отреагировала миссис Пикеринг. — Понимаете, — доверительно сообщила она Нику, — поскольку ее родители живут в Калифорнии, а братья и сестры разъехались по всему свету, то мы с мистером Пикерингом считаем Эмили членом нашей семьи. Вы всегда можете рассчитывать на нас, в любое время дня и ночи.

— Вы... очень добры, — ответил Ник.

— А что касается мелких ссор... — Миссис Пикеринг хихикнула и изобразила замешательство. — Извините меня, но я заметила, что вы поругались. Все будет в порядке. Мы с мистером Пикерингом раньше тоже все время ссорились, а теперь посмотрите на нас. — Она махнула рукой в сторону своего дома. — Полное спокойствие.

Они послушно посмотрели на мистера Пике-ринга, дремавшего в теньке. Эмили-то знала, что добиться этого спокойствия мистеру Пике-рингу помогла выборочная глухота — он слышал все, кроме слов своей жены.

— Послушайте меня, молодой человек, — глубокомысленно произнесла миссис Пикеринг. — Эмили в течение нескольких месяцев будет очень обидчива, но когда вы увидите ребенка, простите ей все. Зайдите ко мне, и я многое расскажу вам о тонкостях женской психологии. Господи, как я все это хорошо помню!

Ник умоляюще посмотрел на Эмили.

Та хотела бы оставить его на растерзание сплетницы, но вспомнила, что ее тоже пригласили.

— Спасибо за приглашение, миссис Пикеринг, но мне надо немного поспать. — Она погладила живот. — Так велел доктор.

При слове «поспать» у Ника заблестели глаза, и Эмили захотелось дать ему затрещину. Ох уж эти мужчины! Могут они думать о чем-нибудь, кроме секса? Ведь только что они разругались в пух и прах, а он уже опять мечтает о постели.

Эмили продолжала деланно улыбаться до тех пор, пока они не вошли в дом. Она скрестила руки на груди и посмотрела на Ника. Но тот даже не посчитал нужным изобразить смущение. Он прислонился к входной двери и произнес:

— Тебе пора вздремнуть, Ангел.

— Я не сплю днем, и ты, черт возьми, прекрасно знаешь об этом!

— «Черт возьми»?.. Я думал, ты не допускаешь крепких выражений при ребенке. — Ник несколько раз глубоко вздохнул и оттолкнулся наконец от двери. Да, он опять огорчил ее. Он подошел к ней, одной рукой обнял ее, а другой погладил ей шею.

Эмили сурово взглянула на Ника, но он, не обращая на это никакого внимания, притянул ее к себе.

— Ты должна сказать мне, что ты чувствуешь, — прошептал он ей на ухо. — Я не могу догадаться без твоей помощи.

— Тебе не надо ни о чем догадываться. Оставь меня в покое.

— Не могу. Ты моя жена. — Он нежно поцеловал ее. — Глупо было ссориться из-за пустяков. Извини меня.

— Ник...

— Все в порядке, Ангел. — Он еще раз поцеловал ее в шею. — Я разговаривал с доктором Уэскотт... Мы не навредим ребенку. Мы будем делать все очень медленно и, если что не так, сразу остановимся. Обещаю тебе, я не сделаю тебе больно.

— Не в этом дело... я не... — Она не могла говорить дальше, она таяла от близости его теплого сильного тела.

Он еще крепче прижал ее к себе, и она почувствовала, как сильно он ее хочет. Эмили уже не могла сдерживаться, она припала к нему. Он застонал, и у них обоих земля поплыла под ногами.

Это происходит не со мной, думала Эмили. Я не могла бы позволить себе такое.

Ник страстно целовал ее в шею, Эмили вся задрожала.

Она хотела прижаться к нему еще сильнее, но мешал живот.

— Какая же я толстая, — прошептала она.

Ник погладил ее живот, смял ее шелковое платье, и... Эмили ощутила обнаженными бедрами грубую ткань его джинсов.

— Ты прекрасна, чувственна и неотразима.

— Как ты можешь такое говорить? Я становлюсь толще с каждым днем. Чувственна? Ты что-то путаешь.

— Я не путаю. Может быть, теперь я понимаю все яснее, чем прежде. Ангел... — Он поднял пальцами ее подбородок и заглянул в глаза. — Если я совершил что-то такое, что испортило наш брак, я хотел бы это исправить.

— Ничего ты не портил. Когда ты вспомнишь...

Ник пальцем закрыл ей рот.

— Не говори этого. Не думай об амнезии. Не думай ни о чем, кроме нас с тобой... здесь, сейчас.

— Пожалуйста, Ник... — проговорила Эмили между поцелуями. Она должна сдерживать его и себя до тех пор, пока к нему не вернется память. Как бы ей ни хотелось обвинить во всем Ника, но он ни в чем не был виноват. Даже в своем отношении к ее первому замужеству.

Он ухитрился прижать ее к себе еще теснее. Она вздрогнула. Помимо воли ее руки начали расстегивать его рубашку... вытаскивать из джинсов. Он был таким незнакомым. И все-таки был Ником.

— Так, — прошептал он, и тут же его руки начали ласкать и дразнить ее тело.

Теперь его не остановить...

Мысли перепутались у нее в голове, когда Ник положил ее на себя на широком диване. Он целовал ее до тех пор, пока она совсем не перестала соображать.

Но соображать надо — или потом пожалеешь об этом, внушал ей внутренний голос.