Развод. Больше тебя не жду - Анна Измайлова

ответ, стараясь скрыть свою неуверенность и тревогу. Мне так хотелось, чтобы она не заметила тяжёлую атмосферу, которая висела в воздухе.

Я подняла взгляд, и тут увидела Сашу. Он стоял в углу, опираясь на стену, и я увидела, как его губы дрогнули, а глаза были полны слёз. Он еле сдерживался, чтобы не заплакать, и в этот момент мне вдруг стало невыносимо тяжело. Я не ожидала увидеть такую уязвимость от него. Его взгляд, полный боли и сожаления, пронзил меня, и на секунду моё сердце сжалось от того, что я оставляю эту часть нашей жизни позади.

Отец встретил нас у своего дома. Когда он увидел, как мы подъезжаем, его лицо озарилось улыбкой, и он поспешил навстречу. Он радостно подхватил Ксюшу на руки и начал её зацеловать, словно пытаясь компенсировать всё время, которое не мог видеть свою внучку.

– О, моя маленькая принцесса, как же я рад тебя видеть! – воскликнул он, кружа её в воздухе, и Ксюша заливисто смеялась, её глаза блестели от счастья.

Но когда его взгляд встретился с моим, радость на его лице сменилась пониманием. Он всё понял без слов.

– Ксюша, а у меня тут для тебя сюрприз, – сказал он, пытаясь сохранить весёлую интонацию. – У нас появился котёнок! Он обожает играть, и, я уверен, тебе понравится с ним повозиться. Пойдём, я покажу его тебе.

Ксюша широко раскрыла глаза, её лицо засияло от любопытства и радости.

– Котёнок?! – воскликнула она, и отец, не теряя времени, повёл её в спальню, отвлекая и давая мне возможность немного перевести дух.

Отец, улучив момент, когда Ксюша увлеклась игрой с котёнком в спальне, подошёл ко мне и мягко коснулся моего плеча.

– Давай на кухню, доченька, – тихо сказал он, и я, кивнув, последовала за ним.

Мы прошли в небольшую уютную кухню, где всегда пахло свежезаваренным чаем и чем-то домашним. Отец поставил чайник на плиту и, пока он закипал, молча достал из буфета свою любимую коробку с печеньем – курабье. Мне это казалось таким знакомым и успокаивающим, будто все мои тревоги остались за пределами этой комнаты.

Когда чайник закипел, он аккуратно разлил кипяток по чашкам, добавил немного листового чая, затем пододвинул к мне одну из чашек и поставил рядом тарелку с печеньем.

– Ну вот, – сказал он, улыбаясь, – давай выпьем чаю.

Потягивая горячий напиток, я рассказала отцу всё.

Я рассказала о Саше, о том, что терпела все эти годы, о его изменах и угрозах, о решении уйти и начать всё сначала. Я выговаривалась, не сдерживая эмоций, и слова будто сами срывались с губ. Мне было важно, чтобы отец знал, чтобы понимал, через что я прошла.

Я ожидала, что в конце он, как и мама, скажет, что разводиться не надо, что нужно терпеть, что семья важнее всего. Я была готова к разочарованию, к тому, что меня снова не поймут.

Но когда я закончила, отец кивнул, и его лицо оставалось спокойным и серьёзным. В его глазах не было осуждения или разочарования – только тихое понимание.

– Ты всё правильно сделала, доченька, – сказал он, и я, услышав эти слова, не могла поверить своим ушам.

– Правда? – удивилась я, глядя на него.

– Да, – кивнул он, взял мою руку и сжал её. – Я всегда знал, что Саша не тот человек, с которым тебе стоит быть. Я видел, как ты мучилась, как терпела. Это не жизнь, Алёна. Ты заслуживаешь лучшего. И Ксюша тоже. Ты молодец, что решилась. Теперь главное – двигаться дальше и не останавливаться.

Я почувствовала, как ком подступил к горлу, и слёзы навернулись на глаза. Мне не верилось, что отец на моей стороне. Что он меня поддерживает, несмотря ни на что. Я накрыла его руку своей и еле сдержала слёзы.

Глава 16

– Конечно, я буду помогать тебе, чем смогу, пока я ещё трудоспособен и есть куда дальнобоить, – сказал он.

Я знала, что отец не бросит меня и Ксюшу, что он всегда будет рядом, даже если нам придётся пройти через тяжёлые времена. Он был единственным человеком, на которого я могла положиться.

Чуть позже, когда Ксюша наигралась с котёнком, я начала собирать нас обеих, чтобы отправиться в наше новое временное убежище – крохотную съёмную квартиру, которая теперь стала нашим домом. Мы попрощались с отцом, который ещё раз обнял нас обеих, а затем поцеловал Ксюшу в щёчку, пообещав, что скоро приедет к нам в гости.

Дорога до квартиры показалась мне одновременно и короткой, и бесконечной. Ксюша, сидя в детском кресле на заднем сиденье, болтала без умолку, рассказывая, как котёнок был смешным и как она хочет завести такого же. Я слушала её и улыбалась, стараясь спрятать волнение. Ведь я везла её в новый дом, который должен был стать нашим безопасным убежищем, нашим местом покоя и новой жизни.

Когда мы наконец подъехали к дому, я остановилась и на мгновение закрыла глаза. В этот момент я поняла, что это и правда новое начало – пусть и страшное, полное неопределённости, но теперь мы сами могли писать свою историю. Я помогла Ксюше выбраться из машины, взяла её за руку и направилась к дверям, чувствуя, как каждый шаг приближает нас к тому, чего я так долго ждала – к свободе и новой жизни, которую мы заслуживаем.

Как только мы с Ксюшей вошли в новую маленькую квартиру, я почувствовала острую потребность начать уборку. Она была крохотной, и, честно говоря, немного запущенной – пыльные полки, кухня, на которой виднелись следы чьих-то старых и поспешных уборок, как будто предыдущий жилец убегал, оставляя позади только беспорядок. Я сразу поняла: здесь должно быть чисто и уютно, чтобы мы могли назвать это место своим домом, хоть и временным.

Поставив Ксюшу на диван, я включила ей её любимые мультики на телефоне, а сама вооружилась ведром и тряпкой. Моё внимание сосредоточилось на каждой детали: я драила полы, протирала поверхности, чистила окна, словно пытаясь вымыть из своей души всё накопившееся напряжение и страх. Пыль летела с каждого угла, вода в ведре становилась темнее, а я чувствовала, как с каждым движением тряпки освобождаюсь от того груза, что давил на меня последние месяцы.

Я настолько погрузилась в уборку, что абсолютно забыла про время. Полностью потеряла счёт, и только когда услышала, как Ксюша, жалобно протянув, позвала меня:

– Мама, я хочу кушать, – я очнулась от этого потока работы, как будто меня выдернули из