Лора Эллиот - Благословение вершин

Деревушка, разбросанная по пологим холмам, исчезла из виду, а вместо нее на склонах заблистали, словно случайно рассыпавшиеся драгоценности, голубые и желтые огоньки.

Крис сел рядом с ней. Над главным входом в дом вспыхнула лампочка, и при ее свете Кэрол смотрела на его раскрасневшееся, покрытое капельками пота лицо и смешно торчащие волосы. Его футболка тоже была насквозь промокшей. Он поймал на себе ее взгляд, потом осмотрел себя и обнюхал.

– Прости, я, наверное, не очень приятно пахну, и поэтому ты не хочешь со мной разговаривать, – сказал он и на полметра отодвинулся от нее. – После ужина я обязательно помоюсь.

Из дома появился Аджей, помахал им рукой и выкрикнул по-английски слово «ужин». Крис метнулся в комнату.

– Я сменю футболку и приду, – сказал он на ходу.

Кэрол поднялась за Аджеем в кухню. Ума Деви предложила ей вымыть руки, поливая их водой из кувшина. Потом ее усадили на почетный коврик для гостей, и радушная хозяйка принялась подавать еду. Перед Кэрол на огромной металлической тарелке появилась горка риса, политая густым чечевичным супом, горсть овощей – кабачки в ароматной подливке – и тонкие, горячие чапати. Ума Деви жестом показала ей, чтобы она начинала есть и никого не ждала. Детишки сидели напротив Кэрол и, подталкивая друг дружку локтями, смущенно хихикали. В кухне появился Крис, и ему тоже предложили вымыть руки и усадили между Кэрол и Аджеем.

Все, кроме Умы Деви, были заняты едой, и только она продолжала суетиться у плиты, выпекая новые лепешки. Она подкладывала их на тарелки, а также добавляла желающим овощи, рис и похлебку.

После ужина Кэрол и Крис поблагодарили хозяев и отправились в свою комнату.

– Я, кажется, слегка переела. Все было необыкновенно вкусно, несмотря на обилие специй, – лениво произнесла Кэрол, с наслаждением растянувшись на кровати. – И все же, больше всего меня поразило то, что хозяйка вообще не садится за стол, а только обслуживает трапезу. Какой трогательный обычай.

– Да. Меня сначала такие индийские обычаи возмущали, – сказал Крис. – Почему это женщина, когда все едят, должна вертеться у плиты, чтобы подавать горячие чапати? Но со временем я понял, что индийская женщина – прежде всего мать и кормилица, и ей доставляет радость кормить и детей, и мужа, и гостей. И потом, она ничего другого не знает, это ее миссия, ее роль, вся ее жизнь. И она в этом естественна и совершенна.

Кэрол задумалась: а сможет ли она когда-нибудь стать женой, матерью, кормилицей? Хочет ли она этого? Она хоть и из другого мира, из другой культуры, но это материнское начало в ней так же сильно, как в любой женщине мира. Да, она хочет стать женой и матерью. Да, она хочет отдавать свою любовь тем, кто ей дорог, кто нуждается в ней.

И снова в ее мыслях возник Дэвид. Почему же она так долго раздумывает, почему не может дать ему ответа? Почему внутри нее снова и снова возникает эта безответная пустота?

Лежа на спине и закинув руки за голову, она напряженно смотрела в потолок. Крис сидел на своей кровати и рылся в рюкзаке. Он чувствовал, что над ее головой снова нависла темная туча, но не хотел вмешиваться. Если она решится, пусть сама обо всем ему расскажет.

– Крис, – тихонько позвала она. – Ты занят?

– Да, очень. Ищу свое проклятое полотенце и мыло. А что? Ты хочешь поговорить?

– Да.

– Тогда к черту полотенце и мыло. Я с тобой, девочка. Говори, если хочешь чем-то поделиться. Я постараюсь быть участливым слушателем.

Он отложил рюкзак и повернулся к ней. Она села, прижав колени к груди, и сделала глубокий вдох. Нет, она еще не готова.

– Нет, лучше не сейчас. Ты ведь собираешься мыться? Мы можем поговорить потом.

– Я могу потом помыться, – коротко ответил он.

– Нет. Иди сначала помойся. Это не срочно.

Он пожал плечами.

– Как леди пожелает.

Интересно, о чем это она хочет поговорить и никак не решится? Скорее всего, о пустяке. Женщины – мастерицы делать из мухи слона. Только почему она так волнуется? Может, все-таки что-то серьезное беспокоит ее? У водопада она чуть было не разрыдалась. Ладно, что гадать. Он подождет.

Наконец он нашел свое полотенце и мыло, повесил полотенце на шею и пошел к выходу.

– А ты знаешь, где здесь душевая? – спросила она, чтобы отвлечься.

– Ты бы еще спросила насчет ванны. Здесь можно мыться везде, где есть вода. Я, например, собираюсь это делать возле крана в конце двора. Там есть ведро и ковшик – все, что человеку необходимо для принятия традиционного индийского душа «люкс». Иногда они делают это прямо под краном. Может, хочешь присоединиться? – Он бросил на нее лукавый взгляд.

– Заманчиво, но я воздержусь.

– А я бы на твоем месте не смог.

Она не нашлась, что ответить, и только сверкнула на него глазами. Он улыбнулся ей, подмигнул, помахал рукой и скрылся в темноте ночи, оставив дверь незапертой.

Нахал, на что это он намекает? На ни с чем не сравнимое удовольствие созерцать его голое тело? Соблазнитель чертов.

Кэрол снова легла, закинула руки за голову и почувствовала, как внутри нее нарастает волна раздражения.

Черт, что же все-таки происходит? Почему она не может позволить себе делать то, что ей хочется? Почему в тот момент, когда ей хорошо и легко, когда она счастлива и свободна и ее сердце открыто, почему в этот самый момент в ее мыслях возникает Дэвид, а вместе с его образом в душу медленно и вкрадчиво, как змея, заползает чувство вины?

Она ясно осознает, что Крис нравится ей, что ее безудержно влечет к нему, что такого влечения к мужчине она никогда еще не испытывала. Близость этого мужчины будоражит, возбуждает, заставляет ее неметь и таять, окрыляет или наделяет безрассудной смелостью, дает силу. А тот обжигающий поцелуй под куполом тишины, вызвавший в ее теле блуждание пьянящих соков, нестерпимую сладость и волнение! Все прежние моменты страсти и нежности в ее жизни казались теперь блеклыми и ненастоящими, всем им не хватало настоящего огня и глубины. Может, этот мужчина пришел в ее жизнь и принес огонь, который способен осветить и разбудить ее глубины? Может, они должны вдвоем сгореть в этом огне, освобождаясь от прошлого и будущего? Может, это и есть та любовь, которую она жаждет познать?

Нет, она не хочет больше скрывать своих чувств к нему. Она откроется ему и обо всем расскажет.

6

– Кэрол! – послышался его громкий голос со двора. – Мне нужна твоя помощь! Хозяева выключили свет! Не могла бы ты принести мне фонарик?

Конечно же, лорд Бишоп способен ночевать в убогой хижине, ходить за километр в туалет, дурачиться с детьми в пыли, но не может мыться в темноте, сердито фыркнула она. Ему обязательно нужен фонарик. Интересно, зачем? Может, он опять что-то задумал?