Жанна Боуман - Влюбленная красавица

— Хорошая мысль, — отозвалась Тори.

Избавиться. Она подвинула к себе запрос, пришедший из одного отдаленного города. Если бы она могла ответить на него, дав имя Клодии Гарт и предложив, чтобы они писали прямо к ней, не прибегая к посредничеству личной секретарши Креншоу, Клодия почувствовала бы себя нужной и полезной. К тому же она, наконец, чем-нибудь бы занялась и не мешала другим людям работать.

Но, увы, у Тори не было на это права. Надо было подождать Креншоу.

Иногда Тори виделась с Дэном, при этом обычно с полдюжины человек заглядывали им через плечо. Но воскресенье было не за горами. И, слава богу, у нее будет выходной. Формальное собрание назначили на вечер понедельника.

А потом наступило воскресенье. Тетя Ирма никогда не бывала в парке Милл-Понд. Она недовольно фыркала по каждому поводу.

— Здесь ни единого знакомого мне человека, — жаловалась она.

Тереза решила облагодетельствовать тетю Ирму и отправилась на поиски ее подруг. Впрочем, вскоре она вернулась и с волнением затараторила:

— Тор, еды у нас целая куча, правда ведь? Мы могли бы пригласить пообедать с нами двух человек — мужчину и его дочь. Они застряли за столом в гостинице. Кормят там ужасно. Этот человек буквально застонал и сказал: «Унесите это отсюда». А на их машине номер другого штата, и я всерьез считаю, что нам следовало бы проявить гостеприимство. Их фамилия — Сэдлик.

Тори кивнула в знак согласия, а затем нахмурилась. Сэдлик. Где-то она это уже слышала. Необычная фамилия;

Да и людей этих, подумала она, посмотрев на приближающуюся пару, обычными не назовешь.

Глава 12

Тори пошла им навстречу.

— Мы с радостью проведем с вами время. Я всю неделю работаю и по воскресеньям стараюсь отдохнуть по полной программе.

— Ваша лейквилльская гостиница оставляет желать лучшего, — заметил мужчина.

— В самом деле? Впрочем, в скором времени у нас появится новая гостиница, и, судя по фирме-инвестору, кормить там должны хорошо.

— Вас послушаешь — ни дать ни взять член торговой палаты, — сказал с улыбкой мужчина.

— Почти так и есть. Я секретарь менеджера Общественного благотворительного клуба; видимо, все-таки работа определяет характер… Кроме того, я здешняя уроженка, и мне хотелось бы гордиться этим городом. О, вот идет моя тетя. Прошу вас, не обращайте внимания на то, что она говорит; она мастер давать всему на свете негативную оценку.

Сэдлик усмехнулся:

— Я встречал таких людей.

Миссис Томас подошла, с интересом выслушала представление новых знакомых и с энтузиазмом вступила в беседу.

— И мы платим налоги за такие вот места, — проговорила она. — Ничего нет, только лес, дурацкие печки и питьевые фонтаны.

— Вы не находите, что здесь можно очень хорошо провести время? — спросил Сэдлик.

— Наверняка еще немного, и из озера налетит туча комаров, — гнула свое тетя Ирма.

— Пейзаж восхитительный, — сказала Сара Сэдлик. — Вид гор на востоке такой прекрасный.

— Чтобы наслаждаться видом, деньги не обязательны.

Тори быстро переключила ее внимание на другой предмет:

— Может быть, наконец, поедим?

Они сели за стол.

Миссис Томас поднесла платок к губам.

— Я тут наткнулась на Агнессу Ньютон. Она узнала, что я сегодня буду здесь, и испекла банановый пирог со взбитыми сливками специально для меня.

Сэдлики переглянулись, а девушки разразились громким смехом.

— Тетя Ирма терпеть не может бананы, — объяснила Тереза, — но все упорно присылают к нам домой бананы в том или ином виде, например эту ужасную желатиновую смесь с банановым пюре.

— Она притворяется, будто любит их, чтобы никого не обидеть, — подхватила объяснение Тори.

— Я-то их очень даже люблю, — попробовала объяснить тетя Ирма. — Это они меня не любят.

Сэдлики сказали, что еще с того дня, как они выехали из дома, они не ели такой вкусной еды. А банановый пирог со взбитыми сливками оказался просто чудесным.

— Могу я предложить вам способ подружиться с бананами? — спросил мистер Сэдлик, и Тори одарила его взглядом чистого восхищения.

— О, они так трудно перевариваются.

— Как ни странно, их дают маленьким детям, — пробормотал Сэдлик. — Не исключено, что вам смог бы помочь ваш психиатр. Возможно, он сказал бы вам, что вы едите или собираетесь есть бананы в такие моменты, когда находитесь в состоянии стресса. Ассоциация мысли и аромата.

Миссис Томас с самым серьезным видом кивнула:

— Может, так оно и есть. Я ела банановый пирог со взбитыми сливками как раз в тот момент, когда зазвонил телефон и мне сообщили, что мой брат и его жена погибли, оставив Тори одну-одинешеньку.

Тори смутилась, но тетю остановить уже было невозможно, она оседлала своего любимого конька.

— Она пробыла инвалидом много месяцев. У нее ушло четыре года на то, чтобы заново научиться ходить.

— Целых четыре года страданий? — спросил он.

— Нет. — Тори покачала головой. — Я придумала игру. Каждый раз, когда доктора пытались подготовить меня к чему-то плохому, я все переворачивала с ног на голову и ожидала хорошего. Так у меня всегда было чем заняться. Я должна была поправиться, чтобы воспитывать Терезу.

— А я, — скорбно заявила Тереза, — была так занята, стараясь не обмануть ожиданий Тори, что у меня не было времени на неприятности.

Потом Сэдлик спросил Терезу, жили ли они в то время с их тетей, и Тереза сказала, что нет. Она находилась на попечении государства во время госпитализации сестры и жила в детском доме. Это был хороший детский дом, но они хотели вернуться в Лейквилль. Как только Тори поправилась настолько, что пересела в кресло-каталку, она прошла бизнес-курс и поначалу работала в больничном офисе.

— Как только она смогла танцевать, мы решили, что можем пойти на риск жить с тетей Ирмой. Она, конечно, хорошая и особенно хороша для тех, кто учится вырабатывать полезную привычку ощущать счастье.

— Счастье как привычка, — проговорил Сэдлик и задумчиво посмотрел на свою дочь.

Миссис Томас ушла, чтобы вернуть опустевшую жестяную форму для пирога своей подруге. Тори отказалась от помощи в сборе посуды, и Тереза отвела остальных к простым деревянным скамеечкам в тени.

Приехал Дэн.

Тереза и Сэдлик с дочерью сидели и с некоторого расстояния наблюдали за тем, как Тори обслуживает Дэна, который выглядел довольно невеселым и серьезным.

— Похоже, этот молодой человек не выработал в себе привычку вашей сестры, — заметил Сэдлик.

— Вот подождите, скоро он начнет хохотать, — принялась защищать Дэна Тереза.