Тереза Саутвик - Своевременное вмешательство

— Мама, мы поняли, куда ты клонишь. — Рози снова взглянула на Стива, призывая его помочь ей с объяснениями: скажи им, что произошло.

Стив лихорадочно соображал, что ему делать? Один взгляд на смертельную ярость в глазах Тома Марчетти убедил его: сказать всю правду — ошибка. Не в силах он нанести ему такой удар. И подвести Рози не имеет права.

Фло нежно заключила лицо дочери в свои ладони.

— Сердечко мое, знаю я про птичек и пчелок. Что произошло — вполне очевидно.

— Мама, ты неправильно поняла.

— Да-да, конечно. Думаешь, нас обескуражило, что вы со Стивом не подождали до свадьбы? — Фло подмигнула дочке. — Не в каменном веке живем, дорогая. Да будет тебе известно: Ник зачат не в хижине во время медового месяца, как мы всегда говорили!

Щеки Рози залились краской.

— Больше ни слова, мама.

— Тридцать пять лет спустя мне не стыдно признаться, что я носила Ника под сердцем, когда давала его отцу клятву верности.

Стив обнял Рози, и она спрятав пылающее лицо у него на груди, прошептала:

— Не хочу об этом слышать…

Миссис Марчетти ласково улыбнулась мужу.

— Уж это молодое поколение! И им еще кажется, что они современные люди! Рози, разрешаю тебе поделиться этой новостью с братьями. Правда, не уверена, как они с ней справятся.

Стив подумал о том же — братья Рози воспримут это болезненно, в отличие от родителей; его задача — удержать сыновей Марчетти от глупых, необдуманных поступков, а их может вызвать известие, что Вэйн — отец ребенка. Не следует им этого сообщать, и тогда у них не возникнет необходимости мстить за честь сестры. Он сам ее защитит, Рози под его охраной — пока они не разойдутся. Стив вдруг почувствовал себя опустошенным, одиноким… Но так надо, утешал себя он, ей так лучше. А он, что ж, он навсегда потеряет ее и единственную семью, какую когда-либо знал. Это единственной выход; но, пока он рядом, все сделает, чтобы им всем облегчить жизнь.

Обнимая Рози, он смотрел на чету Марчетти, потом, сделав над собой усилие, широко улыбнулся.

— Значит, зря мы волновались, вас вовсе не обескуражило это известие. Да, у нас с Рози будет ребенок!

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Рози на цыпочках прошла по коридору мимо гостиной, где спал Стив, и завернула на кухню. Включила подсветку кухонного гарнитура, кухня озарилась мягким, неярким светом — хорошо бы это не потревожило сон Стива.

Итак, благодаря ему родители поверили, что он отец ее ребенка… Рози вспоминала его слова и все никак не могла поверить. Взглянула на электронное табло микроволновой печи: уже половина четвертого ночи. Голова идет кругом; с тех пор, как уехали родители, она так и не пришла в себя и не уснула; наконец решила прибегнуть к помощи травяного чая.

По возможности тихо налила в чайник воду, поставила на плиту, бросила в чашку пакетик с чаем. Присев на краешек стола, не отводила взгляда от плиты — не пропустить момент, когда вода закипит, и снять чайник, а то засвистит и разбудит Стива…

— Да ты не бойся, не сплю я.

Негромкий, глубокий голос за спиной испугал ее до потери сознания. Обернулась — чашка выпала из рук и разлетелась по кафельному полу мелкими кусочками. С неистово бьющимся сердцем она не сводила с него глаз.

— Ох, ты смертельно меня напугал! Стоит издать закон, запрещающий вот так подкрадываться!

— Да я просто хотел, чтоб ты знала — я не сплю, и не напрягалась понапрасну, стараясь все делать беззвучно.

Засвистел чайник; Рози машинально протянула руку, выключила. Но прежде чем она сделала хоть шаг, Стив предостерегающе взял ее за руку:

— Здесь разбитое стекло. А ты босиком.

Не прибавив больше ни слова, подхватил ее на руки и вынес из кухни. Биение ее сердца участилось с новой силой, но теперь уже совсем по другой причине. На нем только легкие боксерские шорты, и она прижимается к его обнаженной груди… Обхватив руками его шею, чтобы удержать равновесие, Рози ощущала тепло его тела, игру мускулов на груди и плечах.

Как в тумане подумала: на ней самой одна длинная, до пола, тончайшая ночная сорочка… Они почти так же близко друг к другу, как в ту единственную ночь. Кожа у нее порозовела от внезапного сильного прилива крови по всему телу, на несколько мгновений она перестала дышать. Взгляды их встретились. В глазах Стива — напряженное, страстное выражение, оно проникло ей в самое сердце. Такое же, как в хижине, когда они любили друг друга… Она жаждет испытать это снова!

Стив перенес ее в гостиную и остановился, заколебавшись: всего в нескольких футах по коридору ее спальня. Иди ко мне! — молила про себя Рози. Останься со мной! Я тоскую по тебе, по твоим объятиям…

Несколько шагов — и они вместе, в постели… Она заметила, что Стив бросил взгляд в этом направлении, и ощутила, как по его телу прошла дрожь…

Потом он сглотнул и наклонился, чтобы поставить ее на ковер. Рука ее скользнула по его груди — и он задержал дыхание… Рози владела одна мысль: он хочет меня!.. — и приятное тепло разлилось по всему ее телу. Но эту мысль безжалостно подавили другие, она заставила себя вернуться к реальности и осознать: нет, это не реакция на ее близость. Просто сказалось напряжение — ведь он затратил немало усилий, поднимая на руки такую тяжелую, беременную женщину.

Шагнув на кухню, Стив снял с плиты все еще кипящий чайник и взял веник, чтобы убрать осколки. Пока он это делал, Рози любовалась его мускулистой спиной и невольно думала: его красота соответствует его силе. Пытаясь сохранить беспечный вид, она осведомилась:

— Ну как ты, Шафер? Как твоя спина? Не потянул одну из своих цыплячьих мышц?

Выбрасывая осколки в мусоропровод, он обернулся и посмотрел на нее.

— Ты легкая, как перышко. И имей в виду, я никогда к тебе не подлизывался.

— Да? Почему же тогда заверил моих родителей, что ты отец моего ребенка?

Лицо Стива мгновенно обрело холодность и замкнутость, но для нее не осталась тайной целая буря чувств, промелькнувшая в его глазах. Рози снова узнала в нем брошенного мальчика, каким он был, когда она увидела его в первый раз; увидела его глубокое одиночество и почувствовала, что, неосторожно коснувшись к незаживающей ране, причинила ему боль. Утешить его, успокоить… не думая больше ни о чем, она шагнула навстречу и обняла его. Он секунду помедлил, прежде чем крепко прижал ее к груди.

— И в самом деле, почему… — прошептал он, зарывшись губами в ее волосы.

— Это не ответ, Стив.

— Знаю. Но лучшего у меня нет.

— Скажи это кому-нибудь другому, Шафер, не мне. Один ты понимаешь, что все это значит.

Рози не сомневалась: это именно так. Уж чего-чего, а самообладания ему не занимать разве он не продемонстрировал это всего пять минут назад, когда она готова была пригласить его к себе в спальню? Наверняка он это почувствовал и справился с этим. Его слова о ребенке не результат минутной слабости.