Вайолетт Лайонз - Любовный дурман

— Доброе утро! — произнес он, и Софи мгновенно узнала низкий приятный голос.

— О нет! — воскликнула она и хотела захлопнуть дверь, но Джордж оказался проворнее и вставил ногу в добротном ботинке в щель между дверью и косяком.

— Доброе утро, София! — повторил он, затем без особых усилий открыл дверь, надавив на нее мощным плечом, и широко улыбнулся. — Ужасно рад снова видеть тебя!

— Думаю, ты не надеешься услышать от меня то же самое? — проворчала Софи, приходя в себя. — Я сказала, что не желаю тебя видеть. Это была не шутка!

— Я в этом даже не сомневаюсь. В момент нашего расставания ты пребывала в ужасном настроении, — спокойно ответил Джордж. — Но с той поры прошло уже больше недели. Полагаю, твой пыл несколько поугас…

— Ошибаешься! — отрезала она. — Все, что я говорила тебе в тот день, остается в силе. Мои принципы и взгляды на жизнь неизменны!

Джордж оглядел гордо приподнятый подбородок Софии, ее по-детски забавно надутые губы и еще раз улыбнулся.

— Я догадывался, что ты встретишь меня именно так. Поэтому тщательно подготовился. — Он поднял большую багажную сумку, которая все это время стояла у его ног. — Это подарок. Тебе от меня.

— Что… Подарок? — Софи удивленно моргнула.

Ей хотелось и далее быть непреклонной, но любопытство на этот раз одержало верх над благоразумием. Взяв сумку из руки Джорджа, она осторожно открыла ее и заглянула внутрь. В ней стояла огромная банка растворимого кофе. А рядом — кружка примерно такого же размера. Таких громадных посудин ей еще не доводилось видеть ни разу в жизни.

— Но…

— Я решил, что должен вести себя как истинный джентльмен. И доставить тебе необходимые боеприпасы! — На его губах заиграла озорная улыбка, а глубокие серые глаза заискрились.

Такая улыбка могла сразить наповал кого угодно.

К своему великому ужасу, Софи почувствовала, что больше не в силах хмуриться. Не улыбнуться ему в ответ было невозможно. Уголки ее губ невольно поползли вверх, но через пару мгновений она совладала с собой и вновь строго сдвинула брови.

— В этих отелях вечно жадничают. С их чашечками не особенно повоюешь, — с шутливо-возмущенным видом заметил Джордж.

— Это точно, — сдерживая смех, ответила Софи.

— А у меня создалось такое впечатление, что в прошлый раз ты не выпустила и половины того, что скопилось в душе, — добавил он и сочувственно покачал головой.

— Как ни странно, ты опять прав! — согласилась она.

Какой кошмар! Гнев, отвращение, презрение и ненависть, которые она должна была испытывать к этому человеку и которые шквалом обрушились на нее в тот день после его ухода, никак не хотели воскресать в ней.

А Софи мечтала вновь испытать сейчас эти эмоции, ведь именно они явились бы для нее надежной защитой от его проклятых чар!

Вместо этого ее сердце дрогнуло и как будто начало таять, становясь все более уязвимым.

Джордж выбрал хитрую тактику. Юмора и шуток Софи ожидала от него меньше всего. Поэтому стояла сейчас перед ним совершенно безоружная.

— Обещаю, что даже не стану увертываться, — сказал Джордж и смиренно склонил голову набок.

Этот жест и кроткий тон были последней каплей. Софи на протяжении нескольких мгновений еще пыталась совладать с собой, но не смогла. Смех, как подтверждение ее поражения, вырвался наружу звонким взрывом.

— Очень благородно с твоей стороны! — переведя дух, воскликнула она. — Как я должна воспринимать этот подарок? Как извинение?

Джордж ненадолго задумался. Его серые глаза посерьезнели, а лицо, как показалось Софи, погрустнело.

— Думаю, я действительно должен попросить у тебя прощения.

Софи изумленно покачала головой. В то, что с ней происходило, было трудно поверить. Создавалось такое впечатление, что тот Джордж Росс, с которым она общалась буквально неделю назад, одолжил свою внешнюю оболочку совершенно другому человеку.

— За что ты собираешься просить прощения? — после минутного замешательства выдавила из себя Софи.

— Видишь ли, в прошлый раз я не все рассказал тебе… Дело в том… — Джордж замолчал.

Но теперь в его голосе звучали прежние нотки — холодность с оттенком легкого раздражения. Софи быстро узнала того Джорджа Росса, каким он запомнился ей.

— Может, позволишь мне пройти? — спросил Джордж. — Разговаривать здесь не очень удобно. А если кто-нибудь выйдет из соседней квартиры?

— Что ж, если у тебя хватит смелости, то входи! — пожимая плечами, ответила Софи.

К счастью, ей удалось наконец разбудить в себе некоторую злобу, еще не исчезнувшую после их жуткого скандала в отеле. Так было спокойнее. Повторно оказываться в положении полной дурочки ей вовсе не хотелось.

Гордо приподняв подбородок и вызывающе глядя Джорджу прямо в глаза, Софи отступила в сторону, пропуская его внутрь. В свою квартиру. В собственный мир, недоступный для посторонних…

Она чувствовала, как внутри у нее все напрягается, как настороженно замирает душа. Джордж Росс опять проникал в самую интимную сферу ее жизни.

— Ты так неожиданно являешься ко мне, просишь впустить тебя… Кстати, как ты зашел в подъезд? — Этот вопрос только что возник в ее голове, хотя задать его непрошеному гостю следовало в самом начале.

— Я встретил одного пожилого господина, который, по его словам, живет в пятой квартире. Он как раз выходил на улицу. И позволил мне войти, — ответил Джордж.

Мистер Колер! — догадалась Софи. Добродушный старичок был крайне интеллигентен и весьма доверчив. В молодом поколении превыше всего ценил хорошие манеры и уважение к старшим. Джордж, по-видимому, определил это с первого взгляда и постарался произвести впечатление на старого профессора. Какой хитрец!

Ну уж нет! — решила Софи. На этот раз я постараюсь быть исключительно благоразумной. Дважды на одни и те же грабли наступают лишь отъявленные глупцы!

Пройдя в гостиную, Джордж вопросительно посмотрел на Софи, словно спрашивая, куда можно сесть. Но она и не пыталась изображать из себя гостеприимную хозяйку, а остановилась в проеме двери и сложила на груди руки.

— Если честно, я ума не приложу, о чем мы можем с тобой беседовать! — воскликнула она, представляя, как при первой же возможности выскажет мистеру Колеру все, что о нем думает. — Я определенно не собираюсь ничего говорить тебе, а ты… Что бы ты ни наплел мне сейчас, я все равно не поверю ни единому твоему слову. К тому же…

— Моя жена мертва, — перебил ее Джордж. Его голос прозвучал мрачно и скорбно. — Маргарет больше нет. Она умерла.

— Умерла… — У Софи вдруг потемнело в глазах. Ей показалось, что стены, пол, потолок медленно качнулись и поплыли в разные стороны. Ее ноги обмякли, и она, чтобы не упасть, попыталась схватиться рукой за косяк, но промазала. Джордж резко рванул к ней и успел удержать ее.