Вайолетт Лайонз - Нежность

– Мартин… – снова начала она, не зная, что сказать.

– Да? – отозвался он охрипшим от страстного желания голосом, и, подняв голову, он заглянул ей в глаза и самодовольно засмеялся.

Ее словно окатили холодной водой. «Какая же я дура, – ругала она себя в отчаянии, – наивная, доверчивая дура». Убаюканная умиротворяющей красотой Гозо, она, забыв обо всем, поверила Мартину Он втерся к ней в душу и действительно убедил в чистоте своих намерений, в том, что ему нужна исключительно ее компания, и не более того. И вот жестокая реальность хлестко ударила ей по лицу, со всей ясностью дав понять, что это была одна из его силовых игр, циничное манипулирование ее чувствами, просто в несколько ином варианте, но все с той же целью добиться своего.

– Нет!

Николь откинула назад голову и глубоко вздохнула. Глотнув холодного воздуха, она совсем пришла в себя и, несмотря на все протесты страждущей плоти, оттолкнула его.

– Нет! – Ее голос дрожал и был очень тихим, почти неслышным на ветру. – Я сказала – нет! – снова повторила она, теперь уже более твердо. – С меня довольно…

– Это только по-твоему, моя прекрасная нимфа. – Ласковый голос Мартина пугал ее не меньше его яростной злобы. – А вот я так еще и не начинал. Того малого, что ты дала мне в прошлом году, оказалось недостаточно. Не упрямься, от этого лишь усиливается мой аппетит. Если прежде у меня было легкое чувство голода, то сейчас я просто умираю с голоду…

С силой прижав Николь к груди и тем самым сделав из нее пленницу, он склонился и стал осыпать ее грубыми поцелуями.

– В прошлом году ты хотела меня… ты использовала меня… повеселилась и бросила, когда я тебе надоел. Теперь моя очередь… но предупреждаю, моя дорогая Калипсо…

Его звериный рык превратил ласковые слова в нечто, наводящее ужас.

– Я никогда… – начала было Николь и остановилась.

А ведь, если честно, она действительно его некоторым образом использовала, чтобы забыться.

– Может, тебе и достаточно недели, но я здорово сомневаюсь насчет себя. Думаю, мне понадобится больше времени, много больше! Правду сказать, очень боюсь стать ненасытным.

Глава 9

В отеле было тихо и пустынно, большинство постояльцев находились внизу на вечере фолк-музыки. Николь в нерешительности остановилась у двери номера Мартина – весь ее запал куда-то пропал, как только она собралась постучать. Конечно, лучше бы встретиться с ним на нейтральной территории – у бассейна или в парке за отелем, – в каком-нибудь людном месте, волновалась она.

Ее очень удивило, когда Стив сказал, что Мартин рано поднялся к себе и даже не пожелал, чтобы тот составил ему компанию.

Хорошо еще, что на этот раз его спальня рядом с апартаментами Стива и Мэг, а не как в прошлом году в общих номерах, где им с Мартином пришлось жить из-за непригодного состояния помещения для гостей.

У нее не хватило бы решимости снова заглянуть туда, где они провели столько приятных часов. А может, и в самом деле оставить все до утра?

Тем не менее, в глубине души Николь понимала, что не выдержит столь долгого ожидания. После разговора с сестрой она никак не могла прийти в себя, у нее голова шла кругом от навалившегося, ей просто не верилось в чудо. Она прекрасно сознавала, что не успокоится, пока не поговорит с Мартином. Расправив плечи и сделав глубокий вдох, Николь решительно подняла руку и постучала в дверь.

Реакции не последовало… Первое, что ей пришло в голову, – он не услышал стука. А может, его нет, в надежде подумала она. Стив просто ошибся – Мартин все же уехал куда-нибудь поразвлечься, к примеру, в Валлетту. От этой мысли ей стало легче на душе и в то же время немного обидно. Николь уже собралась уходить, когда дверь внезапно отворилась. Застигнутая врасплох, она отскочила от неожиданности.

– О, вот так сюрприз, – растягивая слова, вальяжно проговорил Мартин, прислонившись к косяку. – Чем обязан такой чести?

«Он даже не переоделся после обеда», – вдруг разозлившись, отметила про себя Николь. На нем были все те же, но уже изрядно помятые, кремовые брюки и майка с короткими рукавами, в тон его золотистых глаз. Судя по внешнему виду, он никого не ждал. Майка, вылезшая из брюк и нелепо пузырившаяся вокруг тонкой талии, упавшие на лоб волосы, в сочетании с сонными глазами делали его каким-то незащищенным и вызвали в ней невольную нежность. «Нет, – решила Николь, отметая от себя ненужную сентиментальность, – надо быть полной дурой, чтобы поддаться на такую уловку. Это всего лишь видимость – незащищенность не в натуре таких, как Мартин Спенсер».

– Я… – начала она.

От волнения у нее пересохло во рту, и она нервно облизнула губы.

– Мне надо поговорить с тобой, – наконец собравшись с духом, с некоторой агрессивностью выпалила Николь.

Мартин в удивлении поднял бровь, молча оторвавшись от косяка, открыл дверь и жестом пригласил ей войти.

– Заходи, – сказал он с сухой насмешкой в голосе.

В комнате стоял полумрак, лишь неяркий свет настольной лампы нарушал торжественный покой ночи. Ее решительность куда-то моментально исчезла: Николь в замешательстве стояла в дверях.

– Э-э-э… нет… может… – совсем растерялась она, увидев его дьявольскую, циничную усмешку.

– Что, испугалась, Калипсо? – подшучивая, проговорил Мартин.

От его притворно ласкового тона у нее мурашки побежали по спине.

– Совсем нет! – с достоинством воскликнула девушка. – Просто… – Николь оборвала себя на слове, сообразив, что выбрала не самое подходящее место для разговора, так как спальня сестры и ее малыша расположена в том же коридоре, совсем недалеко от того места, где она сейчас препирается. К тому же подошло время кормления Робби, и Мэг могла в любой момент выйти и столкнуться с ними. Но, с другой стороны, ее совершенно не устраивала перспектива оказаться в его номере и снова окунуться в воспоминания, когда они так прекрасно проводили время вдвоем, спали в одной постели и ни о чем не задумывались.

Мартин заметил ее замешательство.

– Можешь чувствовать себя в безопасности. Я же не дикарь, зачем мне на тебя набрасываться? – В его ухмылке промелькнуло что-то хищное, а в глазах сверкнули злобные искорки. – Или, может быть, ты передумала и больше не хочешь говорить со мной? – Мартин явно провоцировал ее.

Николь изо всех сил пыталась держать себя в руках, сознавая, что сейчас должно решиться ее будущее – надо только выяснить, правда ли то, что сказала Мэг, и их уже ничто не связывает. Стоит ли переживать о неловкости минутного пребывания с ним наедине, когда впереди светит полная свобода?

От этой мысли у нее полегчало на душе и поднялось настроение. Она, уже не чувствуя никакой боязни, кокетливо улыбнулась.