Джоанна Рид - Беру тебя в мужья

Гай внимательно посмотрел на нее.

— Я понимаю, что у вас обоих могут быть какие-то трудности. Бренту, вероятно, нелегко примириться с тем, что рядом с Рози первые годы ее жизни был другой человек. Но ты с этим справишься. Я всегда чувствовал, что вы созданы друг для друга — в то лето вы были просто не разлей вода.

К концу этого безумного дня Клодия окончательно смирилась с мыслью, что ей не удастся избежать неожиданного брака, и то, как отец принял известие о том, что Рози на самом деле дочь Брента, было для нее большим облегчением. Слава Богу, хоть одна проблема решена!

Все прошло лучше, чем я ожидала, честно призналась себе Клодия три недели спустя, когда «ягуар» мягко тронулся от ворот «Фартингс-Холла». Она обернулась, чтобы в последний раз взглянуть на Гая и Рози, помахать рукой и послать воздушные поцелуи немногочисленным гостям, собравшимся на скромную свадебную церемонию.

«Фартингс-Холл» скрылся из виду, и теперь машина ехала по аллее, усыпанной палой листвой.

— Все будет хорошо. На Эми можно положиться, — сказал Брент.

Удивленная теплыми нотками в его голосе, Клодия взглянула на своего новоиспеченного мужа. Брент снял строгий костюм, предназначенный для брачной церемонии, и теперь на нем был великолепный кашемировый свитер, который прекрасно гармонировал с оливковым загаром, и черные джинсы, выгодно подчеркивающие узкие бедра и длинные ноги.

Клодия быстро отвела глаза, ненавидя себя за то, что каждый раз, когда она смотрит на Брента, у нее прерывается дыхание. И потому голос ее прозвучал резче, чем она хотела:

— Я еще никогда не разлучалась с Рози, даже по ночам. И здоровье отца меня беспокоит.

— Не стоит так волноваться. Результаты последнего медицинского осмотра не дают причин для беспокойства о здоровье Гая, да и Эми приглядит за ним. А что касается Рози… — Его голос потеплел, как всегда, когда он говорил о дочери. — У нас с ней был долгий разговор. Она поняла, что за свадьбой всегда следует медовый месяц, и смирилась с этим. Кроме того я обещал ей привезти подарок.

Брент благодушно улыбался, а Клодии хотелось реветь белугой. Не нужен мне этот фальшивый медовый месяц в Лондоне! Я уже сейчас себе места не нахожу, а что же будет дальше?

— Мы-то знаем, что наш медовый месяц сплошной фарс, — сказал Брент, словно читая ее мысли. — Важно, чтобы об этом не догадались другие. Странно, если бы новобрачные не захотели несколько дней побыть вдвоем. Поэтому я предлагаю тебе перестать капризничать. Думаю, тебе понравится моя лондонская квартира. Пока я буду разбираться, какой ущерб нанесен твоим, а теперь и моим интересам, ты можешь ходить по магазинам. Я открою на твое имя текущий счет, — сухо закончил Брент.

Она вспыхнула, вспомнив, как Брент посмотрел на нее, когда она приехала в Плимут для регистрации брака в розовом костюме, который надевала в день свадьбы с Тони. От этого оценивающего презрительного взгляда ей хотелось сквозь землю провалиться.

Клодия не просто отказывалась тратить деньги Брента, тем самым она намеревалась показать, как мало значила для нее сама свадьба. И она правильно истолковала беглый презрительный взгляд Брента, который последовал за широкой улыбкой, предназначенной гостям. Действительно, кому понравится, что невеста выглядит так, будто ее одевали в сэконд-хэнде да еще с закрытыми глазами!

Разумеется, по большому счету, ему на мой внешний вид наплевать, размышляла Клодия, отрешенно глядя на стремительно убегающие назад уютные коттеджи, укрытые сползающей по стенам зеленью, автозаправки и бело-черные стада овец на полях. Брента заботили зрители, и только. Ведь он не раз намекал мне, что вид у меня — хуже не бывает. Не сравнить с цветущей молодой девушкой, которую он без видимой для себя пользы когда-то соблазнил. Теперь же я как женщина не представляю для него никакого интереса. Ну и прекрасно. Значит, зов плоти не будет усложнять наши и без того непростые отношения. Как же я ненавижу свое двусмысленное положение! Так не должно быть! Не должно! Но есть…

Все! Хватит ненужных мыслей! Клодия приказала себе выбросить из головы унизительные воспоминания о ласках, поцелуях, объятиях Брента.

— Ты не забыл отдать папе ключи от «Уиллоу-коттедж»?

— Нет, я бросил их в пруд и сказал, чтобы он нырнул за ними! — саркастически откликнулся Брент. — Конечно, я отдал ему ключи. Может, ты перестанешь наконец волноваться? В кладовой полно припасов, электричество, водопровод. Эми соберет все необходимые постельные принадлежности, не говоря уже о книгах и игрушках Рози… Ну, что еще?

Чувствуя, что сглупила, Клодия начала возиться с приемником. Конечно, она знала, что «Уиллоу-коттедж» полностью обставлен мебелью и готов принять ее маленькую семью, поскольку сама закупала все необходимое.

В этом коттедже, расположенном поблизости от школы, где училась Рози, они будут жить, пока перестраивают «Фартингс-Холл». Они с Брентом после так называемого медового месяца тоже поедут в «Уиллоу-коттедж».

Брент в течение трех предшествующих свадьбе недель развил бурную деятельность: установил в коттедже телефон, оборудовал себе кабинет, навез гору справочников и с головой погрузился в организационные дела — подготовка к бракосочетанию, переговоры с архитекторами и подрядчиками по поводу перестройки «Фартингс-Холла» и еще Бог знает что!

Должно быть, он двужильный, с усмешкой подумала Клодия. Никаких признаков усталости, а я — как выжатый лимон. И, ощущая себя до смерти вымотанной, она поудобнее устроилась на мягкой кожаной обивке сиденья и не заметила, как провалилась в сон.

Она проснулась, когда Брент тронул ее за руку. Машина стояла в залитом ярким светом гараже.

— Уже приехали?.. — пробормотала Клодия, с трудом открывая глаза.

— Сейчас мы закажем еду, а потом будешь отдыхать. Ты очень устала, не так ли?

Брент вышел из машины и принялся доставать из багажника вещи, а Клодия тем временем пыталась стряхнуть с себя сонную одурь.

Лифт стремительно вознес их в пентхауз многоэтажного дома.

— Великолепный обзор! — восхитилась Клодия, подходя к огромному окну.

Смеркалось. Мириады огней сверкали внизу, протянувшись до самого горизонта, где яркий индиго постепенно переходил в бледную лазурь.

— Я отнесу вещи в твою комнату, — сказал Брент, никак не прореагировав на ее восторги.

В «твою комнату», а не в «нашу», отметила Клодия. Ну и слава Богу!

Она отвернулась от окна и окинула взглядом гостиную. Мягкое темно-серое ковровое покрытие, низкий полированный столик и навесные книжные полки, рояль, небольшой темный кожаный диван…