Джузи Эркетт - Бабочка на стекле

— Это не мужчина, а девушка…

— Женщина, — прервала Аннет. — Ким — женщина, Рудольф, не девушка, вы постоянно забываете об этом.

— Девушка, женщина — какая разница? Как бы то ни было, я хочу, Конни, чтобы ты свела ее с этим адвокатом. Устрой им свидание, и мы посмотрим, что из этого выйдет.

— Ким согласилась стать нашим клиентом? — ошеломленно спросила Конни. — Когда она решила выйти замуж? Я-то думала, она собирается отправиться в Африку на год для подготовки диссертации по экологии.

— Именно это она и планирует, — подтвердила Аннет.

— Ничего подобного! — проревел Рудольф, и в то же время на его лице появилось умоляющее выражение. — Она сама не знает, чего хочет. Если ей попадется подходящий мужчина, она образумится и моментально выскочит замуж.

Конни даже не стала оспаривать такую сомнительную посылку.

— Извини, Руд, но я не вижу, как помочь тебе. Как ты знаешь, Эдвард Кампари пока единственный наш клиент…

— И превосходно подходит моей девочке! — победно закончил Рудди.

— Руд, Эдварду почти тридцать пять, он искушенный человек света. Ким лишь двадцать два, она еще даже не поняла, что за пределами лаборатории существует целый мир.

— Разница в двенадцать лет — ничто, и Эдвард быстро научит ее, что к чему. Во время уик-энда я прочитал его досье — он как раз тот, кого я хотел бы видеть своим зятем. Работяга, преуспевающий состоятельный, гармоничный… — Он помолчал. — Ты знаешь его много лет — у него ведь все в порядке со здоровьем и семьей, а, Конни?

— Да, но…

— Тогда договорились. Завтра я приведу Ким в контору, и ты устроишь ей свидание с этим мужиком.

— Ладно, сделаю. Как только Ким придет и сообщит мне о себе необходимые сведения, я организую ей встречу с Недом.

Рудольф расплылся в довольной улыбке.

— Завтра она придет с утра. — Он бросил победный взгляд на Аннет. — Меня радует, что хоть у кого-то в нашей конторе фурычат мозги.

— Точно, — согласилась та. — Жаль, что не у вас.

Рудольф ощетинился, но не осмелился ответить. Не успел он выйти из кабинета, как Аннет подскочила к столу Конни.

— Ты ведь не собираешься в самом деле сводить Ким с Эдвардом Кампари, а, Конни? Мой Бог, бедный ребенок не заслужил, чтобы ты преследовала ее вместе с отцом.

— Конечно, не собираюсь, но зачем было расстраивать Рудди?

— Почему бы и нет? Это его проблема. После того как умерла его жена, все только и делают, что потакают ему, вместо того чтобы прямо сказать, что он ведет себя как осел.

— Может, ты и права. Но каков шанс, что Ким явится в контору и позволит занести свое имя в нашу картотеку? Один на миллион?

Аннет это не убедило.

— Ты не понимаешь. Руд будет пилить ее, пока она не скажет "да".

Конни знала дочь Рудольфа не так уж хорошо, но достаточно часто встречалась с ней, чтобы заподозрить, что она любому мулу даст сто очков вперед по упрямству. Чем больше Руд будет наседать на нее, тем скорее Ким упрется и не уступит ни на йоту. Но, видя, как встревожена Аннет, Конни попыталась успокоить ее.

— По моему мнению, Ким и Эдвард будут не в восторге друг от друга. Поэтому, даже если Ким и придет ко мне, я просто отсоветую ей встречаться с ним. Я выскажу свое профессиональное мнение, и Рудольфу не придется сомневаться. Воздадим ему должное: он доверяет профессионализму служащих и не подвергает сомнению их решения. Ким никто не собирается на аркане тащить к Неду Кампари, даже если наша компания и принадлежит Рудольфу.

— В твоих устах все так просто.

— Потому что это действительно так просто. Поверь мне, Аннет. Ким отправится в свою Африку сразу после каникул, как она и планирует.

— А Эдвард Кампари?

— Будет и дальше холостяком здесь, в Вашингтоне, я надеюсь.

— С его-то внешностью и индивидуальностью? — Аннет взяла свое пальто. — Любопытно, где такие сверхумные женщины, как ты, паркуют свои мозги во внеслужебное время?

Конни рассмеялась.

— Что означает это загадочное высказывание?

— Потерпи немного, солнышко, сама себя об этом спросишь.

6

Джефри Хеллерс и его жена Диана оказались очаровательной парой, и Конни была рада, что приняла приглашение Неда на обед с ними. Джефри унаследовал от своего дяди небольшую инженерную компанию, едва вылупившись из колледжа. Теперь, тридцать лет спустя, его "Эргон Индастриз" стала крупнейшим производителем со штаб-квартирой в Питсбурге и филиалами по всему миру.

Атмосфера в "Грушевом дереве" располагала к расслабленной беседе, и за креветками по-креольски и лимонным суфле Джефри поведал Конни, что прибыл в Вашингтон обсудить открытие представительств "Эргон" в нескольких новых для компании странах.

— Хочу внедриться в экономику восточной Европы, — объяснял он. — Семья моей матери иммигрировала в Штаты из Польши перед самой второй мировой, поэтому я чувствую привязанность к этому региону. Я даже понимаю несколько слов по-польски.

— У вас глаза начинают сверкать каждый раз, когда вы произносите слово "Польша", — сказал Нед.

Его жена рассмеялась.

— Так вы тоже заметили это? Думаю, не пройдет и полугода, как мы поселимся в Кракове или Варшаве. К счастью, наш младший отпрыск поступил в прошлом году в колледж, поэтому я уже пакую чемоданы и выясняю, сколько всевозможных бумаг придется мне выклянчить в различных правительственных ведомствах, чтобы попытаться получить патент на медицинскую практику в Польше. Может, выйдет?

— Я и не знала, что вы доктор, — немного удивилась Конни, ибо Диана выглядела типичной домохозяйкой из роскошного пригорода.

— Я — дерматолог, специализируюсь на детских кожных заболеваниях. С Джефри я познакомилась, когда изучала медицину, и решила, что не могу упустить такой лакомый кусочек.

Ее муж наклонил голову.

— Спасибо, дорогая.

— Смотри, не зазнавайся. Я ведь могу в любое время изменить свое мнение. — Она наградила его улыбкой, которая свидетельствовала, что ему не о чем беспокоиться. — Когда Джефри уговорил меня выйти за него, мне пришлось несколько изменить свои планы на будущее, — продолжила она. — Я намеревалась стать акушеркой, но это очень беспокойная специальность, так как дети имеют обычай появляться на свет в три часа утра или в разгар обеда в День Благодарения, или в другое совершенно не подходящее время.

— Наш сын родился в день свадьбы моего брата, — хохотнул Джефри. — На четыре недели раньше срока.

— По крайней мере, он начал так, как и продолжил! — бросила Диана. — Со дня рождения и до сих пор он не проявил ни капельки терпения. — Они оба заулыбались, обменявшись тем взглядом, который Конни так часто видела в глазах своей сестры, когда ее сыновья Тони и Уильям вытворяли что-нибудь вопиющее, например, посадили свои игрушечные грузовики в клумбу, надеясь, что они вырастут. Родители, не в первый раз подумала она, любят своих детей, исходя из самых странных мотивов.