Джузи Эркетт - Бабочка на стекле

Конни тупо уставилась на него, потом заметила, что в его глазах искрится смех. Это определенно означало, что они вернулись к прежнему. Он поддразнивает ее, как прежде.

— Ты меня просек. А теперь можем мы быть серьезными несколько минут? После твоего приключения с Робертой ты, надеюсь, откажешься от этого безумного договора с нашим агентством. Поскольку "Неограниченные услуги" не выполнили своего обязательства по договору, я готова вернуть тебе твой задаток. Мы выставим счет только за сверхурочные часы и расходы. Тебе это кажется справедливым?

— Более чем справедливо. Только почему ты решила, что я решил отказаться от ваших услуг? Я хочу жениться, а ваше агентство обязалось познакомить меня по крайней мере с четырьмя потенциальными невестами. Пока я познакомился только с одной.

— Неужели ты хочешь продолжить этот смехотворный поиск? Нед, это же несерьезно.

— Почему бы и нет? Мое желание остается тем же, что и во время нашего первого разговора об этом. Я хочу жениться как можно скорее, и мне нужна помощь в поиске подходящей пары. То, что мы с Робертой не поспешили зарегистрироваться, еще не значит, что я отказался от поисков жены с вашей профессиональной помощью.

Конни вдруг обнаружила, что по какой-то странной причине начинает злиться.

— Прекрасно, — резко бросила она. — Когда подыщу что-нибудь, дам знать. Однако невесты на заказ в дефиците, и я должна предупредить тебя, что средний возраст обращающихся в наше агентство в поисках работы — сорок три года. Так что не надейся на поток пышных цветущих молодух в скором времени.

Эдвард встал, совершенно не обеспокоенный, казалось, ее раздраженным тоном:

— Я не ищу пышную цветущую молодуху. Мне нужна зрелая женщина, желающая рискнуть и вступить в серьезные отношения.

— Буду иметь в виду твои требования.

— Спасибо, — он ласково улыбнулся. — Помни, я плачу вашей компании приличный гонорар за эту услугу, а поиск жены для меня — твой лучший шанс на выдвижение на пост вице-президента к Рождеству.

— Потенциальные жены не растут под капустой, — пробормотала она.

Усмехнувшись, он направился к двери.

— Нет, только дети. Неужели твоя мать ничему тебя не научила? — Он дружески помахал ей, потом вдруг остановился в двери. — Чуть не забыл. Сделай мне одолжение, Конни. Мне пришлось пригласить сегодня на обед президента компании "Эргон Индастриз", и он придет с супругой. Будь ангелом, составь мне пару, а? Мне нужно теплое женское тело для чета.

— Ха, какое лестное приглашение!

— О'кей, мне нужно теплое, красивое и интеллигентное женское тело для чета. Как теперь?

— Слишком мало и слишком поздно. Да и работы у меня накопилось…

— Мы встречаемся в восемь, и ты можешь прийти прямо в ресторан "Грушевое дерево", один из твоих любимых. Если уж обедать, так обедать. Мне просто необходимо твое общество. После того как Роберта покинула меня, я подавлен, чувствую себя отвергнутым…

— Ладно, кончай распускать нюни — ты меня уговорил. — Конни пододвинула к себе пухлую папку. — А теперь уходи, Эдвард, или меня не выдвинут к Рождеству, а уволят.

Он отдал честь.

— Есть, мадам. Увидимся в восемь.

Конни старалась не думать о бегстве Роберты в Париж и нелепом требовании Неда подобрать новых кандидаток на роль его жены. Ей некогда было терять время. Целый час она работала с эффективностью робота, договариваясь о собеседованиях, проверяя рекомендации и составляя письма. В половине шестого Аннет просунула голову в дверь, чтобы попрощаться. В здании стало тихо, и Конни заработала с большей отдачей. Это время суток часто было самым продуктивным, и она не намерена была терять его, отвлекаясь на всякие глупости.

Она так сосредоточилась, что едва не подпрыгнула на стуле, когда вдруг в кабинет ворвалась Аннет с боевым блеском в глазах.

— Идет Рудольф, — объявила она. — Нет времени на объяснения, но я тебя умоляю, Конни, чтобы он ни сказал, говори только "нет". Я приведу его в чувство, чего бы мне это ни стоило.

— Я думала, ты ушла.

— Я бы и ушла, если бы не была дурочкой. Руд попросил меня помочь ему с новым проектом, потом еще что-то. Т-ш-ш, он идет.

В кабинет вошел Рудольф. Безупречный темный костюм, тщательно причесанные серебряные волосы — никакого сходства с взлохмаченным отцом, который в прошлую пятницу упрашивал подвезти его в аэропорт.

— Как ты, Конни? — Он так широко улыбался, что Конни поняла: Аннет права. Руд что-то задумал. Он предпочитал чисто деловой подход, если только не планировал чего-то из ряда вон выходящего.

— Завалена работой. Но это и хорошо.

— Дела идут, это точно, но в последнее время ты взваливаешь на себя слишком много. Я виноват в том, что ты столько трудишься сверхурочно.

— Я не против.

— Знаю, но не могу позволить, чтобы мои служащие превращались в роботов, так что порадую тебя: я нанял дополнительный персонал. Помнишь того кандидата, с которым я просил тебя побеседовать пару недель тому назад? Шона Поули?

— Он мне очень понравился, как я тебе говорила. Вполне квалифицированный, славный, невозмутимый. Все те качества, которые необходимы, когда здесь становится горячо.

— Согласен, сегодня получена последняя рекомендация. Все в порядке, поэтому я предложил ему работу вербовщика.

— Великолепно! Уверена, нам очень поможет его опыт в найме.

— Да, и он, похоже, настоящий мастер распутывания проблем с визами.

Конни с удивлением посмотрела на босса.

— Мы говорили обо всем этом после первого собеседования, Руд. Ты можешь прямо сказать мне, что у тебя на уме? Не хитри, Аннет уже расколола тебя. Ты пришел сюда не для того, чтобы рассказать о Шоне Поули.

— Ха! — Рудольф резко повернулся и яростно уставился на Аннет, стоявшую в двери, скрестив руки. Она ответила ему высокомерным взглядом. — Мне следовало знать, что вам нельзя доверять секретов, — прошипел он.

— Как можно хранить ваш безумный план в тайне от Конни? — запальчиво огрызнулась Аннет. — Вы же надеетесь, что она реализует его.

— Не безумный план, а блестящую стратегическую идею! — В раздражении Рудольф раздул щеки, но поскольку было лишь начало недели и оставались целых четыре дня до одиночества, начинающегося в пятницу вечером, он быстро овладел собой.

— У меня есть новый клиент для твоего брачного отделения, — объявил он Конни с широкой улыбкой, которая не скрывала его неловкости.

— Мужчина? — спросила она, соображая, уж не себя ли хочет предложить Рудди в клиенты. Он производил впечатление человека, нуждавшегося в жене, которая заполнила бы пустоту его вечеров и добавила бы колер к серости его уикэндов. — Этот новый клиент — твой друг?