Джулиана Морис - О чем мечтает женщина

— То, что мы не похожи. Она, очевидно, из разряда женщин, мечтающих о красивой, пышной церемонии.

— А ты нет? — допытывался Росс, злясь на себя.

— Росс… — Ханна помолчала, уголки ее губ опустились, — не беспокойся. Мы же вместе решили, что свадьба в Рино — лучший вариант. Мы бы чувствовали себя глупо, устроив настоящее венчание.

— Да уж. А ты не чувствовала себя глупо в этой капелле?

— Нет, абсолютно.

Ханна не совсем понимала, чего добивается Росс, но хотела поскорее закончить этот разговор. К чему теперь разговоры о Рино? Они уже поженились, как бы это ни произошло.

— Мне нужно постирать, — заявила Ханна, — но сначала я уложу Джейми в кровать.

Росс кивнул, явно не понимая, о чем речь. Ханна повернулась и скрылась в своей спальне. И там, надежно прикрыв дверь, дала волю своему гневу: она же слишком практична и сдержанна, чтобы бушевать на людях. Черт!

— О женщины! — метался в это время по гостиной Росс.

Ему не было нужды спрашивать Ханну, при чем здесь Кайли, это было очевидно.

У нее не было опыта отношений с мужчинами, но была бредовая идея о собственной непривлекательности.

Непривлекательности?! Росс тяжело вздохнул, вспомнив о неоднократно принимавшем ледяном душе в их первую брачную ночь. Только водные процедуры помогали ему держать себя в руках. Мысль о том, что он мог бы обнимать ее, любить, сводила с ума.

Определенно, у Ханны не было проблем. Проблемы были у него. Мысль о платонических отношениях улетучилась, как только он ее увидел. И почему с возрастом все усложняется?!

А теперь Росс начал узнавать о жене такие вещи… Ханна — потрясающая, чувственная, сексуальная, как никто из женщин, которых он знал прежде. Каждый ее жест был исполнен чувственности, гладила ли она кошку, потягивалась ли по утрам или слизывала сироп с губ за завтраком.

И она очень любила Джейми. Размышления Росса прервал вбежавший в гостиную кот.

— Видишь, как все обернулось? — пожаловался ему Росс. — И хотя у нас должна быть мужская солидарность, ты меня вряд ли поймешь.

— Мяу, — согласился Обжора, выпустив когти.

— Или нет? Держу пари, тебе не надо беспокоиться о том, что ты влюбишься и останешься с разбитым сердцем.

Кот лег и прикрыл глаза.

— Я точно рехнулся, раз начал разговаривать с котом, — изрек Росс и наградил себя парой нелестных прозвищ, убедившись сначала в отсутствии Ханны — ей незачем знать, каким богатым словарем владеет ее муж.

А что, если он попытается…

Росс сел и оценивающе осмотрел гостиную. В ней сложновато будет создать романтическую обстановку. Он хотел, чтобы Ханна наконец осознала свою привлекательность. И он не будет ее целовать и обнимать, как бы сильно этого ни хотелось. Ведь существует такое понятие, как «сила воли»!

Уложив Джейми, Ханна разобрала вещи и вышла на крыльцо. Поднявшийся ветер был прохладным, и Ханна обхватила себя руками, чтобы согреться.

Да, она избегала Росса, потому, что не хотела обсуждать их свадьбу. Истина в том, что не было бы разницы, даже если бы они поженились в Квиксильвере. Свадьба Майка и Кайли была красивой, потому что ее украшала любовь, а вовсе не цветы. А их с Россом связывает только дружба. И если Ханна не будет держать свои чувства под контролем, то и дружба превратится в руины.

Глубоко вздохнув, она обвела взглядом окрестности. Лунный свет создавал фантастические фигуры, негромко журчал ручей… Ханна наслаждалась волшебной ночью, пока за ее спиной не скрипнуло крыльцо.

— Будут заморозки, может быть даже сегодня ночью, — сказал Росс. — Объявили по радио.

— Я знаю.

Ханна сжала зубы. Неужели они сейчас будут обсуждать погоду?

— Я разжег огонь.

Росс подошел ближе.

— Хорошо, когда в доме тепло. Твое центральное отопление — неплохая штука.

— Наше центральное отопление в нашем доме, — мягко поправил Росс.

Ханна вздохнула. Наш дом… Звучит чудесно. В Квиксильвере не было домов, построенных по плану: поселенцы сооружали времянки, затем пристраивали к ним комнаты, оснащали их некоторыми удобствами, как могли. У Росса был прекрасный дом, оборудованный по последнему слову техники.

— Я рад, что тебе нравится дом, — просто сказал он.

Раздался треск — ночная тишина словно раскололась, обрушившись в окрестных горах. Большой и толстый медведь в двадцати футах от крыльца поднял голову, нюхая воздух.

— Ш-ш-ш, — прошептал Росс.

Ханна округлила глаза: она же с Аляски и знает, что, пока ты не стоишь между медведем и котлетой или не держишь в кармане бутерброд с арахисовым маслом, опасаться нечего.

Спустя несколько минут, унюхав что-то, медведь удалился, ломая по пути ветки и шурша опавшей листвой.

— Он приходит каждую ночь, — объяснил Росс и посмотрел на Ханну: она оставалась спокойной.

Еще одна причина, по которой он женился: Ханна не считала медведя-гризли достойным поводом для беспокойства. Другая женщина давно бы хлопнулась в обморок.

— Каждую?

— Да. Он хромой. Видно, попал в капкан.

Объяснив причину появления медведя, Росс тем не менее не считал, что тот нуждается в жалости. Медведь, хоть и увечный, был на редкость тучен.

— Пойдем внутрь, посидим возле камина.

— Не знаю. Уже поздно, нужно идти спать.

О, как она любит все усложнять.

— Подожди немного, — уговаривал Росс. — Я открою бутылку шампанского, которую нам подарили в Рино. Мы ведь так ее и не распили.

— Ты привез ее с собой?

— Конечно. — Росс обнял ее за плечи. — Ведь вместо того, чтобы пить шампанское с очаровательной женушкой в первую брачную ночь, я изучал потолок.

— Я не очаровательная.

— Ошибаешься, — пылко возразил Росс.

Он почувствовал смущение Ханны. А ему так хотелось, чтобы она поняла свою привлекательность и желанность для него.

Каждое непонятое слово и каждый невысказанный комплимент воздвигали между ними стену, которая скоро сможет соперничать с Великой Китайской. Пора остановиться. Росс не надеялся, что их брак будет таким же, как у Майка с Кайли, но немного тепла в отношениях не помешало бы. Иначе они скоро превратятся в заклятых врагов.

Росс взял ее руку и начал поглаживать тонкие пальчики. Он знал, что каждую ночь, уложив Джейми в кровать, она выходит на улицу. Уже три ночи подряд из окна темной кухни Росс любовался ее стройной фигурой. Она была похожа на рысь, впитывающую ночные звуки каждой клеточкой своего тела.

— Пойдем, — предложил Росс, подталкивая Ханну в сторону гостиной.

Ее глаза округлились: множество свечей и огонь в камине совершенно изменили комнату. Возле кушетки дожидалось своего часа охлажденное шампанское, рядом стояли два бокала.