Мелани Милберн - Страсть на продажу

— Я никуда от тебя не уйду, малышка. Можешь рассчитывать на это.

— Я не умею считать даже до десяти, — сонно пробормотала Эмили. — Мама учила меня, но у меня не получается.

— Тебе всего три года. Еще будет время научиться.

— А ты умеешь считать до ста?

— Да, — снова улыбнулся Деймон, Он взял дочку на руки. — Я научу тебя, чему захочешь, дорогая.

— Мамочка, ты слышала? Папа научит меня считать до ста.

— Чудесно, милая. Уверена, у папы получится лучше, чем у меня.

— Мне нравится, что у меня есть папочка, — захихикала Эмили.

— А мне нравится, что у меня есть дочка.

— Ты ведь, правда, не уйдешь? — спросила малышка, уставившись на Деймона большими карими глазами. — Я еще не показала тебе мои игрушки. У меня есть мишка, и кукла, и кролик с одним ухом.

— А что случилось со вторым ухом?

— Я нашла мамины ножницы и отрезала его, когда была еще маленькой. Мама так ругалась, помнишь, мамочка?

— Да… я боялась, что ты могла пораниться.

— Ты почитаешь мне сказку? — спросила Эмили у отца. — Мама всегда читает мне, а когда я хорошо себя веду, даже сама придумывает сказки. Ты так умеешь?

— Я постараюсь. — Деймон взял девочку на руки и отнес обратно в постель. — Какие истории ты любишь?

— Со счастливым концом. Ты такие знаешь?

— Думаю, одна точно найдется.

— Я могу начать за тебя, если хочешь.

— Было бы здорово, — улыбнулся он, чувствуя, как сердце наполняется счастьем.

Эмили набрала побольше воздуха, напомнив ему Шарлотту, когда та собиралась говорить о чем-то важном.

— Жила-была… — Эмили лукаво усмехнулась. — Теперь ты.

— Хорошо. — Деймон сел у кровати. — Жила-была маленькая красивая девочка по имени Эмили…

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

— Она спит? — спросила Шарлотта, когда Деймон вышел некоторое время спустя.

— Да, — он запустил пальцы в волосы и начал метаться взад-вперед по комнате.

Шарлотта молитвенно сложила руки и произнесла пересохшими губами:

— Деймон…

— Я так много пропустил. — Он повернулся к ней. — Представляешь, что я сейчас чувствую? У меня ничего нет! Ни воспоминаний о ее младенчестве, ничего. Ты отняла это у меня.

— Я пыталась сказать…

— Ты не должна была оставлять попыток.

— И долго? — в отчаянии спросила Шарлотта. — Мама умирала, сестра развлекалась, а мне приходилось еще заканчивать учебу, будучи беременной. Знаю, тебе трудно понять, но я чувствовала, что мне лучше уйти из твоей жизни и разобраться со своей. Слова, которые ты сказал в тот последний день… — Шарлотта помолчала, ощутив весь груз воспоминаний. — Мне было так больно. И я подумала, что если ты все-таки поверишь мне, то заставишь остаться. Поэтому я прекратила свои попытки.

— Я бы не стал ни к чему тебя принуждать.

— Неужели? — не поверила Шарлотта. — Перестань, Деймон, или ты уже забыл, что сказал мне тогда? Что мне нельзя верить и что я шлюха, которая хочет замуж за миллионера. Считаешь, такие слова мне хотелось услышать, когда я пыталась поступить правильно и рассказать тебе о беременности?

— Я глубоко сожалею, что повел себя так. Но если бы ты продолжала попытки связаться со мной, я бы приехал немедленно.

— Да, и забрал у меня дочку, что угрожаешь сделать сейчас.

— Я хочу, чтобы Эмили была со мной. Без нее я не уеду. Тебе придется выйти за меня замуж и поехать с нами или отпустить дочку со мной.

— Это шантаж.

— Называй как тебе угодно, Шарлотта. Я хочу быть с дочкой и готов жениться на тебе ради этого.

— Что ж, большое спасибо за столь романтичное предложение.

— А чего ты еще ожидала? Я так зол на тебя, что с трудом могу мыслить здраво.

— Ты должен на себя злиться, а не на меня. Если бы ты так самоуверенно не зациклился на моей вине, то знал бы об Эмили. Об этом ты не подумал, Деймон? Если я невиновна, тогда что?

— Ты должна быть виновна.

— Почему? — Шарлотта холодно взглянула на Деймона. — Чтобы ты мог считать себя хорошим парнем, бедной жертвой?

— С тех пор не произошло ни одной кражи, — заявил он. — И их не было до твоего приезда.

— Значит, это автоматически возлагает вину на меня? — Шарлотта в изумлении уставилась на него. — Ради бога, Деймон, ты ведь не настолько глуп?

— Не желаю больше обсуждать тот случай. — Деймон отвернулся и снова зашагал туда-сюда по комнате. — Нам нужно поговорить о том, что будет с нами дальше.

— Я не уеду до окончания выставки. Я не могу так подвести Джулиана.

— Хорошо. — Деймон снова повернулся к ней. — Мы останемся до тех пор, пока ты не выполнишь все свои обязанности по ходу выставки. А на данный момент будем оформлять наши отношения.

— Но это займет не меньше месяца.

— Я могу себе позволить устроить все гораздо быстрее.

— И у Эмили нет выездных документов.

— Почему, черт возьми?

— Тебе может показаться странным, — закатила глаза Шарлотта, — но одинокие мамы не всегда имеют возможность путешествовать по миру. Видишь ли, мне приходилось работать, даже когда Эмили была совсем малышкой, чтобы кормить ее и платить за ясли и садик, Я ужасно мучалась, оставляя дочку с незнакомыми людьми, а моя грудь сильно болела.

— И, тем не менее, ты не попыталась связаться со мной.

— А смысл, Деймон? Мне надоело биться головой о стену. Вспомни, как ты вел себя со мной в первый день, когда приехал сюда. Ты показал, насколько низко твое мнение обо мне.

— Тогда почему ты согласилась снова встретиться со мной, если могла отказаться и уйти?

— Твои угрозы все еще звучали в моей голове. А когда ты сказал, что хочешь, чтобы мы стали друзьями, я решила, что так мы можем попытаться создать отношения, основанные на уважении. И мне проще будет рассказать тебе об Эмили. Я не хотела огорошить тебя правдой. Или чтобы ты узнал о дочке от других.

— Мне хотелось бы верить тебе, но четыре года назад ты вырвала из груди мое сердце. И сделала это снова, скрыв от меня дочь. Как я могу доверять тебе?

— А как я могу доверять тебе? — со слезами на глазах парировала Шарлотта. — Ты с самого начала угрожал мне, заставил вступить с тобой в отношения и не оставил мне выбора, кроме лжи, чтобы защитить Эмили и себя. Я ненавидела себя за ложь. Мой отец постоянно лгал, потом сестра и вот я.

— Шарлотта…

Деймон подошел, но она остановила его, вытянув руку.

— Не надо. Прошу тебя. Я этого не вынесу. Что с нами случилось, Деймон? У нас были чудесные отношения. Я любила тебя всем сердцем. Я никогда бы не причинила тебе боль, но ты сам все разрушил. Ты злишься, что много пропустил в жизни Эмили? — Слезы текли по ее лицу, и Шарлотта со злостью смахивала их. — Но как насчет того, что я пропустила? Никогда не задумывался над этим, Деймон?