Отравлен тобой. Искупление. - Чарли Маар

не смотреть на него, но взгляд машинально падает на этого человека.

— Хабиби, если ты надеешься, что я выпущу тебя из дома без объяснений...

— Ты хочешь объяснений? — сдергиваю куртку с вешалки в прихожей и быстро напяливаю на плечи. — Хорошо, Ренат. Я объясню. Ты ублюдок. И я хочу уйти. Не надо меня искать. Не надо за мной ехать. Ничего от тебя мне не надо. Не трогай меня больше никогда. Ты сказал, что если я захочу уйти, то ты отпустишь меня в тот же миг. Навсегда. Держи своё слово, Север.

— Чёрт возьми, хабиби! Да что случилось?! Всё было прекрасно, а тут неясно, почему, ты взбунтовалась! — рычит Ренат, подойдя ко мне вплотную, когда я уже застегиваю сапоги.

— Всё просто. Гниль из людей не вытащить. И иди, ответь своему приятелю, а то он очень переживает, достаточно ли я успокоилась и стоит ли ещё подкинуть сделок Роберту Астрову!

Ренат выругивается на арабском. А я выбегаю из дома, громко хлопнув дверью.

Глава 18

Глава 18

Марианна

Иногда свет мешает видеть больше, чем тьма. Свет ослепляет. Как ослепляет любовь и вера...

Уже несколько дней Ренат не пишет, не звонит и не приезжает. Если первую неделю после того, как я уехала из его дома, он различными способами пытался со мной поговорить и увидеться, то сейчас попытки прекратились.

Я не ответила ни на одно его сообщение и не на один звонок. И не читала, что он писал. Только по почте прислала заявление на увольнение. Вот и всё, что я сделала.

На звонки родителей я тоже всё это время не отвечаю.

И, кажется, я должна чувствовать себя правильно. Это они за моей спиной занимались купле-продажей моего доверия. Но почему-то правильно я себя не чувствую. Мне просто очень плохо и тоскливо.

Девчонки, к которым я вернулась на съемную квартиру пытались поговорить со мной, видя, в каком подавленном состоянии я нахожусь, но и с ними говорить я не захотела.

Я бы поделилась со Стефой, но она уехала в Марокко, выслав мне приглашение на свадьбу с Игнатом и билет в одну сторону...

Сейчас я смотрю на этот билет, кручу его между пальцами, и чувствую, как кожа горит от соприкосновения с бумагой.

Всё плохо. Внутри плохо и больно.

От тяжёлых мыслей отвлекает только работа — я нашла удалённую. Пишу статьи для сайта и отсылаю на почту...

Даже не помню, когда из дома в последний раз выходила. Продукты девочки покупают, а я готовлю. Выходить на улицу нет ни причин, ни желания.

Сегодня звонила Анька и сказала, что из офиса журнала, откуда я уволилась, нужно забрать свои вещи. Вот и повод выйти появился. Хотя особого энтузиазма во мне это не вызвает.

Ренат больше не приезжает. И не звонит.

Где он сейчас? Что с ним происходит?

Пальцы дрожат от желания прочитать, что он написал, но я держусь.

Не буду читать. Всё конечно.

У Ани я спросила, в офисе ли сейчас Ибрагимов. Она ответила, что нет. Вот и славно. Я спокойно заберу вещи и уеду.

Заплетаю волосы в толстую косу, напяливаю свитер с оленями и джинсы, после чего беру ключи и выхожу из дома. Сегодня довольно морозно. Щёки мигом леденеют, пока я бреду до остановки, с хрустом ступая по снегу.

Не знаю, что я буду делать дальше. Наверное, просто жить. Рано или поздно, должно получиться.

До офиса добираюсь, слава богу, без пробок. Поднимаюсь на нужный этаж и иду к своему кабинету, где меня уже ждёт Анька.

— Вот ты, мать, даёшь, конечно! Взяла и уволилась. Оставила меня одну. Кто так делает? Неужели травма после аварии оказалась настолько серьёзная?

— Вовсе нет, — пожимаю плечами, взяв из рук девушки коробку с моими вещами, которые она предварительно сложила. — Просто нашла другое место.

— Понятно, — вздыхает Анька. — Ну ты хоть звони или пиши, а то совсем пропала. И вообще, что у нас за текучка кадров началась? После твоего увольнения Ибрагимов решил фирму перепродать. Говорят, скоро у нас опять новый владелец будет.

Ещё одно доказательство, что Ренат здесь только из-за меня был...

— И я тут разговор босса слышала, что этот Ибрагимов вообще в Марокко улетел. Спрашивается, нахрена вообще приезжал и фирму нашу выкупал? Бесит!

Улетел в Марокко?

Вот значит как?

Он же обещал отпустить меня. В тот же миг, как я попрошу.

Миг растянулся. Но он держит слово.

Так почему же мне так больно?

— Ладно, Ань, пойду я. А то мне ещё в пару мест заехать надо будет, — нагло вру бывшей коллеге.

— Давай. Не пропадай.

Ну вот и всё. Дело сделано. Всё закончилось. И Ренат уехал, окончательно меня отпустив. Именно так я хотела, верно же?

Сжав коробку с вещами, иду обратно к лифту, но в какой-то момент мешкаюсь и почему-то решаю свернуть к лестнице. Хотя, кого я обманываю? Просто лестничный пролёт находится рядом с кабинетом владельца компании. Если Ренат уехал, а фирма ещё не куплена, то кабинет сейчас ни кем не занят. Я медленно подхожу к двери. Она оказывается открытой.

Кабинет действительно пуст.

И здесь всё ещё пахнет Севером...

Я прикрываю глаза, пройдя внутрь. Мне мучительно тоскливо внутри.

Почему он так сделал? Я не понимаю. Хотел повлиять на моё решение быть с ним? Хотел купить моё доверие? Или просто пытался искупить вину так, как он это понимал? Почему отец пошёл на сделку? Чтобы продать меня? Или сделки не было?

Я подхожу к письменному столу,