Марина Куликова - Поляна страсти

– Проходите, раз уж вошли.

Дарья старалась казаться равнодушной, но внутри у нее все клокотало: «Он пришел! Но зачем? Чего он желает от меня?»

– Благодарствую, – иронично улыбнулся нежданный гость и занял единственный в избушке табурет.

«И он еще может сидеть в то время, когда я и шагу ступить не могу!» – подумала девушка.

– К чему этот визит, барин?

– Я давно не видел тебя, вот к чему.

– Ну так можете идти, ведь ваше желание сбылось.

– Разве ты этого хочешь?

– Дело не в моих желаниях. Вы скоро женитесь, Павел Иванович.

В серых глазах Павла мелькнули лукавые искорки.

– Novia [5]. Скоро она станет моей женой.

– Вы должны ждать этого события с нетерпением.

– Я буду ждать с нетерпением… Дарья. Я хочу видеть тебя на свадьбе.

Дарья нахмурилась: «Насмехается или выражает особое расположение?»

– Прошу простить меня, барин, но это невозможно.

Брови Павла поползли наверх. Казалось, он был удивлен.

– А я считаю, возможно!

Дарья вгляделась в лицо Павла, пытаясь угадать, что скрывается за его словами. Но в ответ могла лишь отрицательно покачать головой.

– Ты очень упряма, Дарья, – вздохнул молодой Наумов, поднялся и направился к выходу. На пороге он обернулся, вздохнул, задержал на девушке взгляд, словно запоминая, потом отворил дверь и вышел.

Из окна Дарья видела: Павел шел к барскому дому, то и дело оборачиваясь на ее избу. Она едва сдерживала себя, чтобы не выскочить за ним вслед, не обнять его и не поведать о своей любви. Будет ли у нее шанс быть откровенной с Павлом? А если и будет – решится ли она?

Жизнь непредсказуема. И размеренное течение событий еще не означает, что однажды все не изменится коренным образом.

После вереницы серых и мрачных дней выглянуло яркое, хотя и по-зимнему холодное солнце. Небо очистилось и засияло голубыми красками. Под яркими лучами снег, покрывший мерзлую землю, заискрился, словно серебро.

Дарья любовалась прекрасным пейзажем из окна кухни, когда к ней приблизилась Лизавета Карловна и властно объявила:

– Екатерина Андреевна хочет тебя видеть, следуй за мной.

Девушке ничего не оставалось, как подчиниться. Глядя на раскачивающуюся в такт ходьбе широкую спину горничной, она шла и пыталась догадаться: зачем барыня вызывает ее?

Миновав два коридора и невысокую лестницу, Дарья и ее провожатая оказались перед белой дверью с резным рисунком. Лизавета Карповна вошла первой, доложила барыне, что девушка у двери, а спустя мгновение Дарья уже предстала перед Екатериной Андреевной.

Каково же было ее удивление, когда, помимо барыни, она увидела в комнате конюха Федора!

– Подойди, – приказала Екатерина Андреевна.

– Для чего я понадобилась вам?

Но властная женщина будто не услышала вопроса:

– Сколько тебе лет?

– Девятнадцать.

Екатерина Андреевна натянуто улыбнулась. В ее глазах светилась безумная ненависть и презрение. Дарья смотрела на нее и понимала: эта женщина готова на все, чтобы испортить ей жизнь. И в следующее мгновение догадка подтвердилась.

– Пора подумать о муже для тебя.

Сердце Дарьи беспокойно заколотилось, кровь прилила к лицу.

– Но, Екатерина Андреевна, я… мне…

– Молчи! Твой отец, умирая, просил меня позаботиться о твоей судьбе, и я выполняю его волю. Неужели ты станешь противиться?

– Но, барыня! – Дарьей овладело отчаяние. Было очевидно, что хозяйка дома прочит ей в мужья конюха Федора!

– Я хорошо подумала, – тоном, не терпящим возражений, заявила барыня. – Федор – конюх, ты – дочь конюха. У вас много общего, вы прекрасно подходите друг другу.

– Это не так, – начала Дарья, но ее попытки защититься оказались тщетны.

– Позвольте представить вас друг другу! Федор – твой будущий муж. Дарья – твоя будущая жена, – с усмешкой произнесла Екатерина Андреевна.

«Как же я ненавижу ее! – подумала Дарья. – Кто дал ей право вторгаться в чужую жизнь? Как смеет она делать это?»

– Можете идти, – вздохнула барыня. – Свадьба состоится через пять дней, она будет скромной, как и подобает людям вашего круга.

Ее слова прозвучали для Дарьи как приговор. Она застыла, не в силах сдвинуться с места, готовая обрушить на Екатерину Андреевну гневную тираду.

Конюх, словно предчувствуя гневный порыв девушки, быстро схватил ее за локоть и вывел из комнаты.

Едва они оказались наедине, Дарья выдернула руку и, не скрывая злости, прокричала:

– Если ты думаешь, что я выйду за тебя замуж, ты глубоко ошибаешься!

– Слово хозяйки – закон для всех нас, – оскалился в ответ Федор.

Но Дарья лишь усмехнулась и ускорила шаг. В саду конюх нагнал ее и, схватив за руку, развернул к себе лицом.

– Вот теперь тебе не уйти от меня, – брызжа слюной, прошептал он. – Советую тебе не противиться, иначе все узнают, что молодой барин бывает в твоей избе. Ты сама знаешь, барыне это ой как не понравится! А что тебя ждет после этого, я и подумать боюсь!

Дарью передернуло. Она едва не задохнулась от возмущения.

– Сейчас ты можешь вести себя, как вздумается, – угрожающе зашептал конюх, – но когда мы поженимся, тебе придется следить за своими словами и действиями.

– Я никогда не стану твоей женой! – Дарья высвободила руку и, гордо подняв голову, направилась прочь.

Федор засмеялся ей вслед. Он был уверен, что их судьбы уже решены. Но как же он ошибался!

Оставшись в одиночестве, Дарья тщетно пыталась осознать, в каком положении оказалась. Если она станет женой конюха, ей придется распрощаться с мечтами о Павле. Если не подчинится – распрощается с поместьем, с Поляной, а значит, и с Павлом.

Куда ни кинь – всюду клин. И что же делать? К кому обратиться за советом и поддержкой? К Павлу? Дарья отвергла эту мысль, едва она появилась. Павел – почти женатый человек, его заступничество могут истолковать превратно. К Марфе? Но чем она может помочь?

Весь этот кошмар происходит по вине Екатерины Андреевны, этой самоуверенной женщины, возомнившей себя Богом, имеющим власть управлять чужими судьбами!

«Нет, не позволю ей вмешиваться в свою жизнь!» – твердо решила Дарья. Она вспомнила о дневнике, хранившем тайну злодеяний барыни, и решила использовать его в качестве грозного оружия, способного утихомирить хозяйку дома в ее нелепых планах.

«Непременно нужно добыть дневник! – загорелась девушка. – И как можно скорее!»

Как это сделать, Дарья еще не знала, но иного выхода у нее не оставалось: на карту поставлено ее будущее.

Чтобы проникнуть в самое чрево барского дома, Дарье пришлось прибегнуть к хитрости. В самый разгар подготовки к ужину, когда еда была уже разложена по тарелкам и ее уже нужно было нести в столовую барина Наумова, Дарья, поймав взгляд Марфы, схватилась за живот и изобразила жуткие страдания на лице. Сцена получилась правдоподобной: кухарка, забыв про дела, бросилась к Дарье и обеспокоено спросила: