Фрэнсин Паскаль - Сентиментальная история

— Ты сноб, Стивен Уэйкфилд, — сказала она.

— И она права, — говорил Стивен близнецам. — Вот почему я и потерял Патрицию — навсегда!

Элизабет смотрела на брата с состраданием. Ей вспомнилась старая пословица: пришла беда — отворяй ворота. И она стала считать:

«Я потеряла Тодда — раз. Стив потерял Патрицию — два. Если мама потеряет папу — будет три». Пока только Джессике удалось избежать печальной участи, подумала она без особой радости.

Глава 12

— Ты шутишь! Нет, тебе нельзя идти на бал с Уинстоном Эгбертом! — Джессика была вне себя. — Не могу поверить, что моя сестра пойдет на бал с этим шутом!

Она стояла посреди комнаты Элизабет. Разговор этот происходил вечером накануне бала;

Джессика так была занята приготовлениями к этому торжественному событию, что узнала об Элизабет и Уинстоне час назад за ужином.

— Не понимаю, Джес, почему ты так расстроилась, — говорила Элизабет, сидя на кровати с учебником истории на коленях. — Уин — хороший парень. Очень остроумный. Да, он не слишком-то красив, но не три же у него головы, на самом деле!

— Но это совсем неромантично! — возразила Джессика.

— Зато меня вполне устраивает. Можно расслабиться и отдохнуть. Никто не будет распускать руки, и не нужно будет потом отбиваться у порога.

Элизабет вздохнула. Она знала, Тодд никогда бы себе ничего такого не позволил. Он бы только поцеловал ее на прощание, но и от этого она была бы на седьмом небе от счастья.

Джессика услышала, как вздыхает сестра, увидела у нее на лице мечтательное выражение.

— Лиззи, — начала она, стараясь, чтобы голос ее не звучал как ни в чем не бывало. — Ты идешь с Уинстоном, потому что он действительно тебе нравится или потому что тебя больше никто не пригласил?

Элизабет не знала, говорить ли сестре о приглашении Брюса Пэтмена. Она сомневалась, что Джессика посмотрит на случившееся ее глазами. Тогда она ужасно разозлилась, а сейчас ей было просто смешно. Ну и вид же был у него! Никогда ни одна — ни одна! — девушка не отказывалась от его приглашений!

— Меня пригласили, Джес. Брюс Пэтмен.

— Брюс Пэтмен! — завопила Джессика. — Лиз Уэйкфилд, ну как ты можешь сидеть и спокойно так говорить, что тебя пригласил на бал сам Брюс Пэтмен. Это что, пустяки? Невероятно! Нет-нет, ты просто ничего не понимаешь. Ни одна девчонка не отказала бы ему. Он красивый, Лиз. Он такой богач! У него такая потрясная машина!

Джессика стояла перед сестрой, уперев руки в боки, и глаза ее метали молнии. Джессика ни за что бы не сказала Брюсу «нет». Она попыталась представить себе на минуту, каково это — появиться на балу в сопровождении Брюса. Иногда Джессике казалось, что Брюс вот-вот пригласит ее куда-нибудь, но этого так и не произошло.

Пока.

— Ты что, хочешь сказать, что предпочла бы пойти на бал с Брюсом? — с вызовом в голосе спросила Элизабет.

— Нет, конечно. С чего ты взяла? Тодд — ужасно милый, плохо только, что у него не машина, а тарантайка какая-то. Вот у Брюса «порш» — это… это… Ну сама понимаешь, «порш» это «порш».

— Давай оставим Брюса в покое. — Элизабет поднялась с кровати, подошла к столу и взяла свои конспекты. — Мне еще надо подготовиться — завтра викторина по истории.

— Ну ладно, я ухожу. — Джессика задержалась в дверях. — Я еще хотела спросить, Лиз… Элизабет подняла глаза от конспектов.

— Это правда ничего? Ну, что я и Тодд? Я про бал. — Зеленовато-голубые глаза Джессики светились неподдельным участием.

— Я не понимаю, Джес, о чем ты…

— Только скажи мне, пожалуйста, правду, знаешь, при упоминании имени Тодда у тебя иногда бывают такие глаза… Я подумала, может, он тебе нравится? Если тебе неприятно, я не пойду с ним на бал, честное слово! Останусь завтра дома. — С этими словами Джессика подошла к столу и взяла Элизабет за руки. Казалось, она искренне переживает за сестру.

Волна любви к Джес захлестнула Элизабет. Она знала, как важен этот бал для Джессики. Она не испортит ей этот вечер — ни за что не испортит.

— Не глупи, Джес! Мы обе идем на бал, и обе прекрасно проведем время. Сестры Уэйкфилд будут неотразимы!

— Правда, Лиз? — спросила Джессика. Она снова была счастлива.

— Убирайся вон, дурочка, — сказала Элизабет и, схватив маленькую диванную подушку, запустила ее в Джессику.

Как только Джессика вышла из комнаты, улыбка сбежала с лица Элизабет. «Будет ли этот вечер так уж хорош?» — спросила она себя, и глаза ее наполнились слезами.

— Ну спасибо тебе, Джес. Вот удружила! — крикнула Элизабет из ванной, которая примыкала к спальням сестер. Она стояла там, завернувшись в полотенце.

— Всегда готова удружить. А что, собственно, я сделала? — спросила Джессика, стараясь перекричать жужжание фена, который был у нее в руке.

— Почти не оставила горячей воды, зато пару — целая ванная! — прокричала в ответ Элизабет.

— Ох, извини, пожалуйста, — сказала Джессика, просунув голову в дверь ванной. — Можешь себе представить, я так увлеклась, что забыла обо всем на свете.

— Это с тобой не первый раз.

— Ну как? — Джессика встряхнула своими золотистыми волосами. — Только честно, как тебе моя прическа?

— Хм, дай-ка посмотрю как следует. — Она обошла Джессику со всех сторон. Каждый волосок лежал, где ему и полагалось, — не прическа, а совершенство. — Грустно, Джес, все это очень грустно.

— Что?! — в ужасе закричала Джессика. — Что ты такое говоришь?

— Я просто подумала, жаль, если бедняжка Видал Сассунnote 2 останется без работы. Ведь у тебя получаются прически в сто раз лучше, чем у него. — Элизабет с хохотом повалилась на кровать. — Что, Джес, один ноль в мою пользу?

— Добрый вечер, миссис Уэйкфилд. Меня зовут Тодд Уилкинз. Мы с Ли… то есть с Джессикой едем вместе на бал.

— Заходи, Тодд. Рада с тобой познакомиться. Джес сейчас спустится.

Элис проводила Тодда в просторную светлую гостиную.

В прихожей снова раздался звонок.

— Извини, Тодд, сегодня сумасшедший день… В сопровождении Элис Уэйкфилд в комнату вошел Уинстон Эгберт.

— Вы, конечно, знакомы?

— Разумеется. Привет, Уинстон.

— Привет, Тодд. Здорово мы устроились, а? Ведем на бал красавиц Уэйкфилд! Ух! Вот это я понимаю!

Тодд и Уинстон стояли посередине гостиной и ждали, когда появятся Элизабет с Джессикой. Оба сменили привычные джинсы и футболки, в которых ходили в школу, на отутюженные брюки, спортивные пиджаки и рубашки с галстуками.

Элизабет первая появилась на площадке, Тодд и Уинстон оба не отрывали от нее глаз, пока она спускалась по лестнице. Белое открытое платье очень шло к ее загорелым плечам и светлым волосам. Она продолжала весело улыбаться, даже когда увидела Тодда. «Ну почему мы с Уинстоном не уехали еще до прихода Тодда?» — думала она.