Алисон Нортон - Отец по договору

— Я решил, что нам пора подумать об имени, — пояснил Аллан, для которого радостный блеск в глазах Линор был дороже всякой благодарности.

— Это замечательно! Спасибо тебе большое. — С сияющим лицом Линор вытащила следующую книгу «Имена и сокращения». За ней еще одну — «В честь кого назвать ребенка»… Столько прекрасных подарков, как будто наступило Рождество! — Ах, Аллан, это так мило с твоей стороны! Ты даже не представляешь, как я рада! Даже одной книжки было бы достаточно.

— Одной книжки никогда не бывает достаточно.

— Оксфордский подход, — засмеялась Линор.

— Да нет, лично мой.

Линор прижала книги к груди.

— А я-то думала, что буду совсем одна! Что никто не поддержит меня во время беременности!..

— Я поддержу. — Аллан ощутил, как какое-то теплое чувство зарождается в его душе. — Я собираюсь быть настоящим отцом, Линор. И не только с того момента, когда ребенок родится, но и сейчас. Эта новая жизнь, она уже существует, пускай пока внутри тебя, и я участвовал в ее создании.

Глаза Линор наполнились благодарными слезами. Она отвернулась, чтобы скрыть волнение.

— Я хотела попросить тебя об одной вещи. Я на днях собираюсь пойти к врачу, ну, понимаешь… в женскую консультацию. Флоренс порекомендовала мне очень хорошего специалиста. Вот я и подумала: почему бы тебе… То есть, если ты занят, то нет вопросов…

— Предлагаешь пойти с тобой?

Линор, смутившись, уставилась в пол.

— Если ты не против.

— Я не против, — ответил Аллан, не раздумывая ни секунды. — Когда ты идешь?

— В понедельник, в два часа дня.

— Отменю деловую встречу.

— Правда?

Он решительно кивнул.

— Прекрасно, — прошептала Линор едва слышно.

Это действительно было прекрасно. Они вдвоем явятся узнать, все ли в порядке с их малышом! Чтобы скрыть радость, молодая женщина протянула одну из книг своему собеседнику.

— Ну что же, папочка, а теперь начинай готовиться.

— Папочка? — не понял Аллан.

— Ты же сам говорил, что это и твой ребенок тоже.

Линор открыла книгу, краем глаза замечая, что Аллан сделал то же самое. Несколько минут оба молчали, погруженные в чтение.

Похоже, Аллан собирался подойти к выбору имени так же серьезно, как он подходил ко всему. Линор улыбнулась. Может, из них не получилось настоящих супругов, но уж хорошие родители точно выйдут. И ребенок вырастет в атмосфере любви и заботы, а это главное.

Интересно, а в какой атмосфере вырос сам Аллан?

— Послушай, как к тебе относились твои родители?

Он изумленно взглянул на нее.

— Почему ты спрашиваешь?

— Мне кажется, нам надо больше знать друг о друге, раз уж судьба свела нас вместе…

— Ну, мы с мамой всегда были большими друзьями, — с неожиданной теплотой отозвался Аллан. — Она сделала меня таким, какой я есть. Отдавала мне всю любовь без остатка… Я помню, как она учила меня играть в футбол. Мама вообще очень многое умела, да и сейчас не растеряла своих талантов. Она отличный художник-акварелист, занимается фотографией, водит машину. Ей приходилось нелегко, особенно когда я был маленький, но мама никогда не теряла присутствия духа и меня научила этого не делать.

Линор смотрела на Аллана и удивлялась: даже выражение его глаз менялось, когда он говорил о матери! Видно, они и в самом деле очень близки. Молодая женщина позавидовала ему.

— А твой отец?

— Я его никогда не видел. Никогда даже не слышал его имени. Не знаю, ни кто он, ни откуда родом. — Губы Аллана сжались, взгляд стал холодным и жестким. Хотя он всем своим видом пытался изобразить равнодушие, Линор поняла, что коснулась запретной темы. — Он бросил мою мать, как только узнал, что та беременна. Она никогда мне про него не рассказывала, а я не спрашивал.

— Прости, я не знала, — тихо сказала она и положила руку ему на плечо. Теперь ее не удивляло, что Аллан стремится стать хорошим отцом. — Но на самом деле я рада, что ты мне рассказал.

— Это еще не все, — Аллан, не замечая ее руки, смотрел куда-то в пространство. — Мои мать была кухаркой мистера Ладлоу. Мы жили в их особняке, в комнатах для прислуги.

Линор уставилась на него так, будто видела впервые.

— Вот почему Кевин говорит, что вы росли вместе.

— Да, мы выросли в одном доме. Но я не сразу стал частью его компании. Мне пришлось заставить его забыть, что я незаконнорожденный сын кухарки.

— Ты потрясающий человек, Аллан Форестер, — медленно произнесла Линор. — Ты сам сделал себя. Этим можно гордиться.

Он недоуменно обернулся и встретился с ней взглядом.

— Гордиться?

— Ну да. Только посмотри, какой путь ты проделал! Ты не похож на никчемных денди, которые унаследовали денежки от отцов и теперь не могут придумать, на что бы их потратить. Ты настоящий боец.

— А ты дочь графа. И поэтому не снизошла до брака со мной.

— Неужели ты думаешь, что я отказала тебе из-за сословных предрассудков? — Изумлению Линор не было предела.

— А почему бы еще? Фамильная гордость взяла верх над богатством.

— Твое происхождение… Да кого оно волнует, кроме тебя! Куда важнее, какой ты человек.

— Интересно, сказала бы ты то же самое, будь твои миллионы при тебе? — горько усмехнулся Аллан.

Линор пожала плечами, не желая говорить ему, что думала так всегда.

— Какой прок рассуждать о том, что могло бы быть? Все, что происходит с нами, — к лучшему. Я в этом уверена.

— Тогда почему же ты отвергла мое предложение?

Она помедлила, прежде чем ответить.

— Потому что —… я хочу быть похожей на тебя.

— На меня?

Кажется, Аллан не понял, что она имеет в виду.

— Да. Ты прошел сквозь огонь и воду, и они закалили тебя. Ты добился своего, заставил мир уважать тебя. Я хочу того же самого.

— Не вижу, чем брак со мной может помешать тебе.

— Еще как может! — воскликнула Линор. — Я видела это на примере моих родителей. Я хочу, чтобы мой ребенок гордился мною. Относился ко мне так, как ты относишься к твоей матери. И поэтому хочу твердо стоять на своих ногах. Понимаешь?

— Понять нетрудно. Но пойми и ты, как сильно я хочу дать ребенку настоящую семью!

— Где гарантии, что самая настоящая семья останется нерушимой? Посмотри на моих родителей.

— А я знаю по себе, как тяжело расти без отца. Мама делала для меня все, что могла, но отсутствие мужчины в доме сказывалось на ней не лучшим образом.

— Времена меняются. Теперь куда легче быть матерью-одиночкой.

— Не намного, — возразил Аллан. — Если хочешь знать правду, пооткровенничай с Флоренс.

— Она говорила, что у нее бывали тяжелые времена, — задумчиво произнесла Линор.