Томас Кэрри - Мезальянс

– Реджиналд, обед будет подан через пять минут.

Он тут же открыл дверь и предстал перед ней свежевыбритым, в свитере и мягких домашних брюках. Синтия нахмурилась.

– Переоделся к обеду, – пояснил Кормакс. – Ну не мог же я заявиться в халате, особенно когда моя партнерша по столу выглядит так восхитительно.

Восхитительная партнерша покраснела.

– Надеюсь, ты не слишком устал от этих усилий. Иди и устраивайся в кресле. Я скоро...

– Синтия, – Реджиналд легко коснулся ее руки, – расслабься. Клянусь, я не накинусь на тебя.

– Я полагала, мы решили не поднимать пока этот вопрос, – отвернувшись, пробормотала она.

– Мы не можем делать вид, будто вчерашней ночи не было вовсе, – тихим голосом сказал Реджиналд, потом взял ее за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза. – Но давай на сегодняшний, только сегодняшний вечер забудем, что я был болен, что ты здесь только потому, что пообещала Майку присматривать за мной. Я наслаждаюсь твоим обществом, Синтия, неужели ты не можешь хоть на пару часов притвориться, что наслаждаешься моим?

Ее взгляд был прямым, а ответ – предельно честным:

– Ты прекрасно знаешь, что мне не надо притворяться.

– Ты поэтому согласилась вернуться сегодня, да?

Синтия усмехнулась.

– В числе прочих причин.

Да, Реджиналд оказался прав. Она вернулась, потому что мысль о том, что он болен и справляется с болезнью один, была ей невыносима. И потому что пообещала его старшему брату тоже. Но это все добродетельные, добропорядочные причины. Главная же заключалась в том, что ей хотелось провести с ним этот вечер. Синтия прекрасно знала, что эта маленькая интерлюдия так далека от их обычных, повседневных жизней... Как только Реджиналд выздоровеет, она больше ему не понадобится...

И да, ей действительно не было никакой необходимости притворяться: их совместный обед был для нее сплошным удовольствием. Сидя в больших мягких креслах, с подносами на коленях, они вкушали превосходную лососину и дружески спорили о достоинствах разных фильмов и книг.

– Подумать только, – сказал Реджиналд, опустив вилку и промокнув рот салфеткой. – Еще утром я бы не поверил, если бы мне сказали, что я смогу съесть полный обед, не то что попросить добавки!

– Это лучший комплимент для кухарки. Хотя ничего хитрого здесь нет, любой может такое приготовить.

– Возможно, и так, но раньше все мои знакомые предпочитали обедать в ресторанах.

Хоть Синтия и отдавала себе отчет, что у такого мужчины, как Реджиналд Кормакс, должны быть тучи поклонниц, все же ревность уколола ее своим болезненным жалом. Она поднялась, собрала тарелки и понесла их в кухню. Когда же вернулась с кофе, Реджиналд вскочил ей навстречу, чтобы забрать тяжелый поднос.

– Осторожно, не надо так резко вставать, – предостерегла его она, когда чашки задребезжали на подносе. – Ты еще не готов к таким стремительным движениям.

Реджиналд поставил поднос на столик, чуть скривился, пересел на диван и похлопал по месту рядом с собой.

– Одному Богу известно, что бы со мной было к этому времени, если бы не ты. А нельзя мне немного бренди к кофе?

– Нет. Не сочетается с антибиотиками, – категорически заявила Синтия, затем подала ему кофе и добавила: – И этого не больше одной чашки, а то не будешь спать.

– Я и так скорее всего не буду, если ты останешься в соседней комнате. – Его глаза жгли ее огнем неприкрытого желания.

– Тогда мне лучше уехать домой.

– Тогда ты тоже не будешь спать.

– О? Правда? И почему же это?

– Потому что будешь беспокоиться обо мне.

Реджиналд посмотрел на нее с таким нескрываемым самодовольством от победы в споре, что она хихикнула.

– Демагог!

– И тем не менее я совершенно прав. Ты потеряешь сон из-за любого, если будешь знать, что он болен и один.

Трудно было сделать более ошибочное утверждение. Синтия ни разу не испытывала такой настоятельной потребности заботиться о ком бы то ни было, пока в прошлую пятницу не увидела совершенно больного мистера Кормакса.

– Тебе лучше поскорее вернуться в постель.

Для первого раза ты провел достаточно времени сидя.

– Да, но если я вернусь в спальню, то конец, не увижу больше Синтии, – жалобно протянул он.

Она откинулась на спинку дивана и улыбнулась.

– Ну хорошо, думаю, большого вреда не будет, если ты посидишь до последнего приема лекарства.

– Ура! – как маленький возрадовался большой взрослый дядя. – Спасибо. И за это, и за многое-многое другое. Странно думать, что все это время мы практически делили этот дом, даже не зная друг друга.

– Это не так, Реджиналд, – возразила Синтия. – Мы не делили его, я занималась только готовкой в кухне, а ты здесь живешь.

– Да, но это благодаря твоим усилиям я стал с удовольствием возвращаться домой. Всякий фаст-фуд я терпеть не могу, так что после работы всегда отправлялся куда-нибудь в ресторан, а сюда приходил, в общем-то, только переночевать. Жаль, что я никогда рано не возвращаюсь, а то мы бы давно встретились.

Синтия снова хихикнула, вспомнив обстоятельства их неожиданного знакомства.

– В первый момент мне хотелось сквозь землю провалиться. Что ты подумал, застав в своей кухне постороннего человека с пишущей машинкой?

Кормакс с улыбкой покачал головой.

– Подумал, что начались галлюцинации.

– Ты был очень терпелив, Реджиналд... – тихо сказала она.

– И рад этому. Иначе бы ты не вернулась и я мучился тут в одиночестве и ни одна живая душа даже не подумала побеспокоиться обо мне.

– Вряд ли. Если бы меня не было, твой старший брат просто нанял бы сиделку.

Реджиналд содрогнулся от ужаса.

– Да, пожалуй, и это заставляет меня быть втройне благодарным тебе, Синтия.

Тут она неожиданно даже для себя зевнула.

– Прости, у меня выдался трудный день...

– Я полагал, что ты поехала домой, чтобы немного отдохнуть, – вкрадчивым тоном произнес Кормакс.

Синтия смущенно покраснела.

– Ну, потом я еще и отдохнула, но у меня все же есть работа, которую нужно выполнять...

– Значит, ты провела сегодняшний день в кухне своего домохозяина?

– Да, я готовила еду для него и Грегора, и не надо сверкать глазами! Так я зарабатываю свой хлеб насущный. По крайней мере, в настоящий момент.

– Но, думаю, что, учитывая обстоятельства, парни могли бы дать тебе выходной, – нахмурился он.

– Безусловно. – Хотя она совершенно не собиралась рассказывать Крису и Грегору об этих самых обстоятельствах. – Но это значило бы злоупотребить их добрым отношением ко мне.

– А они знают, что ты за мной ухаживаешь?

– Нет. Временами я по несколько дней с ними вообще не встречаюсь. Но даже при встречах совершенно не обязана отчитываться в своих поступках. – С этими словами она выразительно взглянула на часы.