Кэтрин Росс - Игра по-шотландски

Эмма совсем сникла. Видимо, именно ей придется рассказать Ид всю правду. Пока не поздно.

— Ну, знаете… — начала она.

— Дело в том, дорогая тетя, — прервал Фрейзер Эмму, — что в нашей жизни произошло все слишком быстро.

Эмма смотрела на него в изумлении.

— Да. Мы помолвлены, и об этом многим известно. Но нежелательно торопить события. Нужно все как следует обсудить.

Ид пожала хрупкими плечами.

— Вы поступаете разумно, — согласилась она. — Главное — узнать друг друга получше.

— Точно. — Фрейзер был доволен. — Куда спешить? — Он допил чай и поставил чашку на стол. — А сейчас мне нужно вернуться к работе. Тебя подвезти, Эмма?

Она кивнула.

— Моя машина в городе.

Ид, слегка расстроившись, выпалила:

— Приезжайте пообедать на следующей неделе. Эмма, вы же еще не поведали мне, как начался ваш роман.

— Тетя, мы появимся у тебя после свадьбы Рут и Марка. Ты не против? — пробормотал Фрейзер.

— Но я тоже собираюсь на эту свадьбу, — доложила Ид. — Рут в курсе, я ей звонила. Кстати, можно обсудить все там. За рюмочкой-другой.

Эмма улыбнулась.

— А где состоится церемония, в отеле? — в замешательстве спросила она.

— Да, конечно. Там соберется много народу. Гости будут пить и расслабляться в свое удовольствие.

— Я не пью много. К тому же после торжества нужно как-то добираться до дома.

— Вы вдвоем можете остановиться здесь, — нежно перебила молодую женщину Ид. — Я приготовлю вам комнату с двуспальной кроватью.

— Нет, в этом нет необходимости! — Эмма почувствовала, как краснеет. Она не решалась даже взглянуть на Фрейзера.

— Я забронировал для себя комнату в отеле, — прервал Фрейзер свою тетю. — А также номер для Эммы. Спасибо за предложение.

— Понятно. — Ид нахмурилась. — Впрочем, правильно сделал. Опасно ехать по горным дорогам поздно ночью.

— Мы очень благоразумны, — подтвердил Фрейзер, иронично ухмыляясь.

— Настолько, что не хотите воспользоваться роскошной двуспальной кроватью, — заметила Ид.

Фрейзер наклонился и поцеловал старушку.

— Не смущай мою невесту, — рассмеялся он. — Ты просто хулиганка.

Ид покачала головой.

— Раздельные комнаты… Ну, не знаю. Все как-то по-детски…

— Ты действительно забронировал мне комнату в отеле? — спросила Эмма, когда они уходили из дома Ид.

— Да. Вечеринка будет длиться до утра. Так что ты сможешь отдохнуть, когда захочешь, в своем номере. Я собирался тебе сообщить об этом сегодня. — (Эмма секунду помолчала.) — Возражаешь? Откажись.

— Нет, ты прав. Лучше ночью остаться там. — Эмма покачала головой. — Но мы скверно поступаем, обманывая твою тетю.

— Она сама себя обманывает, — усмехнулся Фрейзер. — А если бы я сообщил, что мы вовсе и не помолвлены, Ид расплакалась бы у нас на глазах. Зачем лишать старушку иллюзий?

Эмма вздохнула.

— Но я чувствую себя отвратительно.

— Рассмотрим все с другой стороны, — решительно заявил Фрейзер. — Пусть сейчас тетя считает, что в будущем наша свадьба состоится, однако потом мы как бы разорвем помолвку. Скажем Ид, что совершили ошибку, что не подходим друг другу.

— Не хочется лгать хорошему человеку, — тихо промолвила Эмма. — Ведь тетя так заботилась о тебе и твоей сестре, когда ваши родители расстались, — выпалила девушка. — Я уже все знаю.

— Ид — замечательная. Она поддерживала нас в трудную минуту. И поверь мне, делала это бескорыстно.

— Твоя мама жива?

— Да, она снова вышла замуж и обосновалась во Флориде. — Фрейзер пожал плечами. — Я бесился долгое время из-за того, что она оставила нас. Но теперь, будучи взрослым, я пытаюсь понять ее. Она очень страдала здесь — ненавидела уединение, ей совершенно не подходил этот климат, многое другое…

Эмма замолчала. Она не могла оправдать поступок матери Фрейзера. Отказаться от своих детей с такой легкостью… Жестоко. Господи, ну почему ей, Эмме, не дано испытать счастье материнства?

— Ты в порядке?

— Да.

— Но, кажется, тебя что-то гложет…

Его наблюдение поразило Эмму. Однако она взяла себя в руки и улыбнулась.

— Фрейзер, ты тоже порой бываешь печален. Вспоминаешь прошлое?

— Случается. Тем более что тетя постоянно рядом. — Он усмехнулся. — Я, конечно, благодарен ей за все, но она чересчур рьяно меня опекает. В тридцать три года хочется уже быть независимым.

Эмма рассмеялась.

— Она призналась мне, что пыталась женить тебя.

— Пыталась. — Фрейзер весело кивнул.

— Ид желает тебе счастья.

— Тетя — весьма романтическая натура, — сказал он, растягивая слова.

— Кстати, ей известно, что на свадьбе Марка и Рут появится твоя бывшая невеста. Ид волнуется по поводу того, как ты на это отреагируешь.

— Вы очень мило побеседовали. — Фрейзер остановился у машины Эммы.

— А хочешь, чтобы тетя перестала нянчиться с тобой? — продолжила Эмма, игнорируя его сарказм. — Убеди ее в следующем: ты взрослый, самостоятельный человек и ты сам, по собственной инициативе, расстался с… Самантой.

— Думаешь, это сработает? — Фрейзер рассмеялся и покачал головой. — Я сомневаюсь.

— Может, стоит попробовать? — предложила Эмма.

— Прекрати, — отозвался Фрейзер. — Я сам разберусь в своих делах.

— Пожалуйста.

— И не смотри на меня так.

— Как? — Эмма не могла понять, о чем он.

— Будто я причиняю тебе боль или что-то в этом роде…

— Я не утверждаю это и не собираюсь лезть в твои дела.

— Отлично.

Они обменялись многозначительными взглядами. Потом Эмма повернулась и взяла пакеты с покупками.

— Между прочим, — пробормотала она, — я приобрела в местном бутике кое-что. Счет пришлют тебе.

— Предприимчивая особа, — весело констатировал Фрейзер.

— Это была не моя идея, — рассердилась Эмма. — Твоей тети. Не беспокойся, я верну тебе все деньги.

— Эмма, не злись, а главное, ответь мне на один вопрос. Почему мы постоянно ссоримся?

Она посмотрела на него растерянно.

— Я не знаю…

Еще бы. Разве можно признаться в ревности к женщине, на которой Фрейзер собирался когда-то жениться?

— Я тоже. — Он прикоснулся к ее лицу.

Эмму бросило в жар, ее кровь будто закипела, сердце, казалось, остановилось.

Фрейзер Маккларен наклонился и страстно поцеловал Эмму Синклэр.

Она была ошеломлена. Но затем провела рукой по густым темным волосам любимого и поцеловала его сама.

Их тела соприкоснулись. Его рука обвила ее талию, другой он гладил грудь и бедра молодой женщины, наслаждаясь всеми изгибами ее тела. Поцелуй становился лихорадочным, безудержным.