Болевой порог (СИ) - Рузанова Ольга

- Оля. Как ты? – Валентина Ивановна присела на краешек кровати и положила ладонь мне на лоб.

- Нормально, - прошептала одними губами, вымученно улыбаясь.

- Тогда почему плачешь?

  Плачу? Вытерла лицо руками и убедилась, что да, оно было мокрым.

- Давай температуру смерим… Похоже, опять поднимается…

- Температуру? – просипела, проследив за ней глазами.

  В изголовье кровати появился столик, которого я не заметила раньше. На нем стояло множество пузырьков, лежали марлевые повязки, градусник и даже тонометр.

- Ты сильно простудилась, - вернувшись, сунула мне подмышку термометр, - а потом еще… это… - кивнула на шею… - всю ночь, бедняжка, бредила, плакала, кричала…

  Я?! Бредила?! Кричала?!

- Врач приходил… какую-то капельницу поставили… потом успокоительное вколол, ты и успокоилась…

- А где…

- Дима? – я кивнула, хотя спросить хотела вовсе не о нем, а об Олеге, - В Красноярск улетел… по работе… дней на пять, что ли… - женщина нахмурила брови, - тебе поесть надо… я бульон сварила, сейчас принесу.

- Олег как?

- Прооперировали… жить будет…

- А Виктор?

- Уволили его… - буркнула она, скрываясь за дверью.

   Господи… значит, мне не приснилось, он действительно меня лапал. Шевц это увидел. И сорвался… Я вспомнила звуки глухих ударов, стоны избиваемого и рев нападавшего.

  В голове была мешанина из обрывков воспоминаний, случайно брошенных фраз. И у меня никак не получалось выстроить события того вечера в логическую цепочку. Не хотелось верить, что вооруженный конфликт у «Хромой Лошади» произошел по причине моего побега. Это случайность. Стечение обстоятельств, имевшее для меня фатальные последствия.

  Валентина Ивановна принесла куриный бульон и не ушла до тех пор, пока я его не доела. А сделать это было непросто. Глотать даже жидкую пищу оказалось нереально больно.

- Доктор прописал тебе ингаляции и полоскания горла, - сказала она, заметив мое состояние, - через пару дней станет легче…

- Валентина Ивановна, скажите, до меня в этой комнате кто жил? – я специально не стала спрашивать, жил ли здесь вообще кто-то, а сразу поставила вопрос ребром.

  Откровенно говоря, меня давно мучил этот вопрос, потому что было видно, что комната обжитая. И если тут жила предыдущая пленница, то куда она в итоге делась?.. Может ли быть, что этот Отелло придушил ее так же, как чуть не придушил меня?!

-  Да никто не жил… Это вообще не мое дело… - она схватила тарелку и хотела уже встать, но я удержала ее за руку.

- Пожалуйста… Я никому не скажу…

- Ой… там, в общем, история не очень красивая получилась… Девушка здесь жила. Нина. Дима ее из Красноярска привез. Хорошая такая девушка, милая, но наивная…

- Почему наивная? – вся обратилась в слух.

- Любила она его очень, до обожания… а он ей ясно дал понять, что свадьбы не будет. Так она, уж не знаю, как, забеременела. Думала ребенком его привязать. Глупая…

- И?.. – я, затаив дыхание, ждала продолжения, - он бросил ее?..

- Бросил. Но перед этим отвез на аборт.

- Аборт?.. – сипло, едва ворочая языком повторила я.

Глава 32

3 года назад

  Я не хотела детей. Нет, я не была против них в принципе. Я не хотела их от Карманова. Раньше, в прошлой жизни, мне, как любой нормальной девчонке, грезились большая любовь, белая фата и орава ребятишек. Сейчас нет. Такие, как мой муж, не должны размножаться.

  Поэтому вопрос о контрацепции для меня стоял остро. Я скрупулезно принимала таблетки и не пропускала ни одного дня. У Карманова уже была дочь от первого брака и, несмотря на то, что он не общался ни с ней, ни с ее матерью, свой долг перед человечеством считал выполненным. К моему счастью, в этом вопросе наши интересы полностью совпадали.

  Но получилось так, как получилось… Я забила тревогу, когда задержка составляла всего один день. Когда принимаешь оральные контрацептивы, цикл работает, как швейцарские часы, поэтому даже такой незначительный сбой заставил меня обливаться холодным потом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

  И каков же был мой ужас, когда на следующий день тест выдал мне две полоски! Я не понимала, как такое вообще возможно! Он посещал мою спальню не чаще двух – трех раз в месяц и при этом я тщательно предохранялась. Помимо противозачаточных таблеток, каждый раз после полового акта я спринцевалась специальными растворами. Откуда мне было знать, предохраняется он со своими любовницами или нет… И тут такое!..

  Я сделала еще дюжину тестов и все они оказались положительными. Плакала всю ночь, металась из угла в угол, места себе не находила. Мне даже поговорить не с кем было. Ни одного близкого человека, способного выслушать и дать дельный совет.

  Мужу я не рассказала. Боялась до дрожи в коленях. Даже представить себе не могла его реакцию на эту новость. Наорёт, побьёт и отправит на аборт. А если заподозрит несуществующего любовника, мне конец.

  Зря я тогда полезла в интернет почитать, как развивается эмбрион на моем сроке.  У моего ребенка на седьмой неделе уже начнет биться сердечко, а на восьмой сформируются почки. Во мне проснулся материнский инстинкт. Осознание того, что внутри меня новая жизнь, накрыло с головой.

  Я захотела его. Уже безумно любила. Это ведь не только ребенок Карманова, он еще и мой наполовину. И он ни в чем не виноват.

  Промучившись так неделю, я решила рискнуть. Не говорить мужу о беременности хотя бы до двенадцатой недели, а там, может, его сердце дрогнет, когда покажу фото с УЗИ. Да и законом аборты на таком сроке запрещены. Ну, а если выгонит меня беременную из дома, буду только рада.

 У меня все получилось. До четырнадцатой недели никто не догадывался о моей беременности. А я сама уже настолько свыклась с мыслью, что стану мамой, что не представляла, как раньше могла не хотеть ребенка.

  Шли дни, у меня уже начал вырисовываться небольшой животик. Под предлогом визита к бабушке, встала на учет обычной поликлинике и успешно прошла первый скрининг. И все бы ничего, но я никак не могла решиться рассказать обо всем мужу.

  Однажды вечером он вызвал меня в кабинет. Такое редко, но случалось. Обычно в эти моменты он был пьян. Его тянуло на сентиментальные беседы, а свободные уши были, видимо, только у меня. Решив воспользоваться редким моментом, когда Карманов находился в благодушном настроении, я, отправляясь к нему, прихватила с собой фото малыша с УЗИ.

- Ты беременна?! – вопрос с порога прямо в лоб.

  Мое сердце ухнуло вниз. Муж был трезв, как стеклышко. Сидел за столом, крутя в руках один из своих коллекционных ножей, и смотрел на меня недобрым взглядом.

- Леша… Я понятия не имею, как такое могло случиться… Ты же знаешь, я предохранялась, а тут…

- Срок?

- Четырнадцать недель, представляешь… - нервно улыбнулась я, - сама недавно узнала, как раз собиралась тебе рассказать…

- Недавно, говоришь?... – провел большим пальцем по лезвию ножа, - в твоей комнате нашли полупустую банку с витаминами для беременных.

- Леш…

- Я говорил – никаких спиногрызов!!! Сука!.. Говорил или нет?!

- Говорил… - промямлила, опустив глаза, - но ведь он уже есть, Леша, вот, посмотри…

  Подойдя ближе, протянула фото.

- Видишь, у него уже ручки есть и ножки… А это глаза…

- Я. Говорил. Никаких. Спиногрызов. – произнес Карманов четко, разделяя каждое слово.

  А затем, одной рукой держа снимок на весу, ножом разрезал его пополам. Меня накрыло волной ужаса. Выпучив глаза, инстинктивно схватилась за живот и попятилась назад.

- Зачем, Леша… - в отчаянии прошептала я.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Иди спать.

- Ты его полюбишь, обещаю…

- На х@й иди! Я сказал!!! – рявкнул он.

  Не помню, как я добежала до своей комнаты. Меня всю трясло. Залезла под одеяло с головой и, обнимая живот, плакала полночи, пока не уснула тяжелым сном.

  Как бы не была напугана, я не верила, что он навредит ребенку. Да, он не хотел детей. Да, я обманула. Но малыш уже есть. Его наследник. Его плоть и кровь. Со временем, он, если не полюбит, то примет сам факт его существования. Перебесится и успокоится.