Когда маски падают - Виолетта Рей

ядом, за взгляды, полные вызова, за невозможность признать, что она – его самая жестокая война и его самое сильное желание.

Её кожа горячая под его ладонью, а его дыхание – близкое, слишком близкое. Он чувствует, как она замирает на секунду, прежде чем податься вперёд, будто не решаясь до конца, но всё же позволяя себе быть втянутой в это, в эту неотвратимость, в этот момент, который должен был случиться, который невозможно предотвратить.

– Ты всегда хотела победить, – шепчет он, наклоняясь ближе, едва касаясь её губ своими, не спеша, давая ей возможность отстраниться, оттолкнуть, сказать «нет».

Но она не делает этого.

– И ты тоже, – отвечает она так же тихо, её голос обжигает его кожу, как огонь, тлеющий слишком долго, и вот теперь наконец вспыхивающий.

Она первая разрывает это последнее расстояние между ними, её руки скользят вверх по его груди, цепляются за воротник, сжимают ткань, как будто пытаясь удержаться, не потеряться в этом чувстве, которое уже захватывает их, подчиняет, сжимает в кольцо невозможного желания.

Поцелуй – яростный, голодный, беспощадный.

Это не нежность, не робкое признание, не осторожность. Это схватка, это дуэль без слов, поцелуй, в котором ещё живёт весь их прежний бой, вся их вражда, все их старые войны. Он прижимает её к колонне, слышит, как она резко вдыхает, но не отступает, не сдаётся. Её пальцы пробираются в его волосы, ногти царапают затылок, он чувствует, как её тело напрягается под его руками, как она подаётся навстречу, требуя больше, глубже, сильнее.

Его язык проникает в её рот, нахально, дерзко, требовательно, но она не уступает, встречает его таким же огнём. Он сжимает её бедро, притягивает к себе, чувствует её изгибы, её жар, её готовность сгореть вместе с ним в этом мгновении.

Когда он отрывается от её губ, их дыхание смешивается, она прикусывает нижнюю губу, в её глазах всё ещё вызов, но теперь к нему примешивается нечто большее – то, что он никогда прежде не видел в ней.

– Что теперь? – спрашивает он, проводя пальцами по её шее, ощущая, как учащённо бьётся её пульс.

Она улыбается, но это не насмешка.

– Теперь… – её губы почти касаются его губ, её руки лежат на его груди, её взгляд – глубже, чем океан. – Теперь посмотрим, кто сдастся первым.

И в этом нет лжи.

Потому что этой ночью они больше не враги.

Этой ночью они принадлежат только друг другу.

Он смотрел на неё, и в этот момент всё, что было раньше – их вражда, их противостояние, их ненависть – казалось бессмысленным. Только она, только её дыхание, только этот миг, горящий в их пальцах, в их губах, в их взглядах. Она не отстранялась, не пыталась убежать, не говорила слов, которые разрушили бы всё это, нет, она только улыбалась, как кошка, которая наконец поймала свою добычу, но ещё не решила, что с ней делать.

– Теперь посмотрим, кто сдастся первым, – сказала она, и в её голосе звучал вызов, но и нечто большее, нечто, что заставило его сердце пропустить удар.

Он провёл ладонью по её щеке, его пальцы скользнули к её шее, ощущая бешеный ритм её пульса, его губы снова накрыли её губы, горячие, требовательные, жадные, а её пальцы сжимали его костюм, словно хотели разорвать эту ткань, забрать у него последнюю защиту, сделать его уязвимым так же, как была уязвима она.

И тогда он понял.

Её руки были не там.

Всё произошло мгновенно. В одно секунду её пальцы крепко сомкнулись на его запястьях, выкручивая их так, что он едва не выругался, в следующее мгновение его тело резко развернулось, спина врезалась в колонну, а её локоть вжался ему в грудь, не давая двигаться.

– Чёрт, – выдохнул он, всё ещё не понимая, что случилось.

Она улыбнулась, но это была уже не та улыбка, что секунду назад.

– Теперь посмотрим, кто сдастся первым, – повторила она шёпотом, её губы касались его уха, но теперь в её голосе было нечто ледяное, нечто слишком знакомое.

Это была не игра.

Её рука скользнула к его карману, и прежде чем он успел что-либо сказать, она вытащила оттуда что-то маленькое, чёрное, почти незаметное.

Телефон.

Его телефон.

Чувство холода пробежало по его позвоночнику.

– Ты… – Он сглотнул. – Ты знала.

Она кивнула, её пальцы переворачивали телефон, проверяли, активирована ли запись. Конечно, активирована.

– Конечно, знала, – её глаза сверкнули насмешкой. – Знала с того момента, как ты предложил мне выпить.

Чёрт.

Она поймала его.