Мерлин Лавлэйс - Пикантная сделка

Ознакомительный фрагмент

Сара указала на кофейник на мраморной стойке:

– Не хотите ли кофе? Или, может, газированной воды?

– Нет, спасибо.

Отрывистый ответ не понравился ей, и она раздумала предлагать Хантеру присесть. Скрестив руки, она прислонилась к столу и приняла вежливо-вопросительный вид.

– Вы хотели поговорить о Джине?

Мужчина помедлил с ответом. Сара не стала сердиться, когда он стал беззастенчиво рассматривать ее с головы до ног: сначала его взгляд коснулся ее лица, затем переместился ниже, к жакету в черно-белую клетку от Шанель и черным ботинкам, служившим ее фирменным знаком, а затем снова вернулся к лицу.

– Вы мало похожи на свою сестру.

– Так и есть.

Сара вполне довольствовалась стройным телосложением и тем, что ее бабушка называла классическими чертами лица. Она знала, что совсем не походит на сногсшибательную Джину.

– Моя сестра – единственная красавица в семье.

Вежливости ради он мог бы, по крайней мере, возразить, но вместо этого ошарашил ее неожиданным вопросом:

– Она также единственная воровка?

Сара разинула рот:

– Прошу прощения?

– Вы можете сделать больше, чем попросить у меня прощения. Свяжитесь со своей сестрой и посоветуйте ей вернуть раритет, который она выкрала из моего дома.

У Сары перехватило дыхание.

– Как вы смеете выдвигать такое нелепое обвинение? Вы клевещете на мою сестру.

– Это не клевета и не нелепость. Это факт.

– Вы не в своем уме! Джина, может быть, и легкомысленная, но она никогда не берет вещи, не принадлежащие ей!

Если не считать того ужасного шпица, которого Джина как-то притащила домой. Она нашла песика привязанным возле ресторана и пылко «спасла» его. Верно и то, что Джина и ее подруги-подростки постоянно занимали одежду друг у друга, так что в конце концов не могли вспомнить, что кому принадлежит. Кроме того, она превышала кредит на своем счете, когда нуждалась в деньгах, что происходило довольно часто, заставляя Сару нервничать.

Но она никогда не стала бы красть, на что намекает этот… этот грубиян. Сара собиралась вызвать службу безопасности, чтобы мужчина покинул здание с эскортом, когда он засунул руку в карман своего пиджака и вытащил телефон:

– Может, запись, сделанная в моем доме системой видеонаблюдения, изменит ваше мнение.

Он повернул экран к Саре. Она увидела изображение чего-то похожего на библиотеку или кабинет со стеклянными полками. Предметы на полках были для пущего эффекта подсвечены. Сара заметила африканскую маску буйвола, маленький медальон из перегородчатой эмали на черной лакированной подставке и что-то похожее на статую богини плодородия из Нового Света.

Хантер прикоснулся к экрану, и тот ожил. Сара замерла, увидев платиновые локоны. Ее сердце болезненно забилось еще до того, как владелица локонов приблизилась к полкам. Оно неистово застучало, когда блондинка повернулась в профиль. Это была ее сестра.

Джина небрежно оглянулась и исчезла из поля зрения камеры. Вместе с ней исчез медальон из перегородчатой эмали. Хантер остановил запись, а Сара смотрела на пустую подставку так, словно это был дурной сон.

– Византия, – сухо произнес он. – Начало двенадцатого века – на случай, если вам интересно. Похожий медальон был недавно продан на аукционе в Лондоне за сто с лишним тысяч.

Сара с трудом сглотнула:

– Долларов?

– Фунтов.

– О боже!

Она спасала свою сестру много раз, но это… Сара упала в кресло. Железная воля, унаследованная от бабули, заставляла ее держать спину прямо, подбородок – поднять.

– Этому есть очевидное логическое объяснение, мистер Хантер.

– Я очень надеюсь на это, мисс Сен-Себастьян.

Саре очень хотелось ударить его. Уравновешенной, утонченной, всегда вежливой, ей пришлось сжать кулаки, чтобы удержаться и не стереть насмешку с его чересчур красивого лица.

Должно быть, Хантер догадался о ее желании. Его подбородок затвердел, в глазах появился вызывающий блеск, он словно призывал ее нанести удар.

– Весьма интересно услышать это объяснение до того, как я передам дело в руки полиции.

Полиции! Сара похолодела.

– Позвольте мне связаться с сестрой, мистер Хантер. Возможно… возможно, придется подождать. Моя сестра не всегда сразу отвечает на звонки и на письма.

– Да, мне это известно. Я пытался связаться с ней несколько дней. – Хантер взглянул на часы. – На вторую половину дня у меня назначены встречи. Я буду занят до ночи. Я забронирую столик в «Эйвери» на завтрашний вечер, на семь часов. – Он посмотрел на Сару. – Думаю, адрес вам знаком. Это в нескольких кварталах от «Дакоты».

Сара еще не отошла от просмотра записи и почти не слышала его последнее замечание. Когда слова Хантера дошли до ее сознания, она расширила глаза:

– Вы знаете, где я живу?

– Да, леди Сара, знаю. – Он шутливо отсалютовал ей. – Увидимся завтра.

Леди Сара…

Употребление титула не должно было бы ее беспокоить. Алексис часто упоминала его на вечеринках с коктейлями и деловых встречах. Сара перестала смущаться: титул уже давно утратил какое-либо значение.

К несчастью, Алексис хотела больше, чем просто упоминать имя Сен-Себастьян. Сара грозилась уволиться – дважды! – если ее босс упомянет, что статья написана леди Сарой Элизабет Мари-Адель Сен-Себастьян, внучкой Шарлотты, княгини в изгнании. Это ранило бы гордость бабули. Впрочем, если она узнает, что ее младшая внучка совершила кражу, это потрясет ее не меньше.

Сара стремительно покинула конференц-зал. Нужно срочно связаться с Джиной. Выяснить, действительно ли она взяла тот медальон. Она шла к своему рабочему месту, когда увидела, что к ней приближается босс.

– Что это было?

Глубокий хриплый голос курильщика шокировал людей, встречающих Алексис в первый раз. Ответственный редактор «Бигайл» была худа, как щепка, и всегда великолепно одета. Она предпочитала рисковать здоровьем и курить, а не раздуться, как воздушный шар.

– Это правда? – прохрипела Алексис. – Девон Хантер был здесь?

– Да, он…

– Почему ты не позвонила мне?

– У меня не было времени.

– Что он хотел? Не в суд же на нас подать? Проклятье, ведь я распорядилась обрезать тот снимок из раздевалки до талии.

– Нет, Алексис. Ты приказала мне позаботиться о том, чтобы была видна его задница. А я сказала, что не стоит платить падкому на деньги служащему тренажерного зала, готовому фотографировать мужчин без их согласия.

Ответственный редактор отмахнулась:

– Так чего он хотел?

– Он… это… друг Джины.

«Или был ее другом, – вздохнула Сара, – пока между ними не выросла проблема в виде медальона двенадцатого века». Ей надо добраться до телефона.