Васильки - Алёна Берндт

посеве огурцов в открытый грунт сидящая на скамеечке у подъезда Лилия Сергеевна. Близился вечер, солнце уже скрылось за высотки, и Вася не заметил, как задремал…

– Васька! Пapaзит ты этакий! Ты чего там развалился?!

Вася подпрыгнул, услышав эту громкую, гневную тираду, которую с чувством произнёс на соседнем балконе Борис Иванович.

«Это уже ни в какие ворота не лезет! – возмущённо подумал Василий, – Ну, всё! Хватит это терпеть! Сейчас я ему всё выскажу прямо в лицо! Какой я ему «пapaзит!»

Вскочив с кресла, Вася ринулся к распахнутой настежь раме остеклённого балкона и набрал было полную грудь воздуха, чтобы на одном дыхании высказать соседу, как же он надоел своими претензиями на пустом месте! А самое главное – сейчас он перешёл уже все границы! Что значит – «пapaзит»?! Да кто дал право этому старику Васю так оскорблять?!

С шумом выдохнув набранный в грудь для громкого высказывания возмущения воздух, Вася остановился в паре шагов от растворенных балконных рам. На него с любопытством смотрел сидящий на перилах рыжий кот с пышной белой манишкой на груди. Взгляд его рыжих глаз был как-то по-человечески весел и любопытен, Васе даже стало как-то неловко от того, что он тут в одних трусах стоит…

– Васька! Ты зачем залез на чужой балкон?! Иди сюда, кис-кис-кис! Упадёшь ещё, меня Катя убьёт…, – надрывался на соседнем балконе Борис Иванович.

Не поведя и ухом на это вульгарное «кис-кис», ибо не пристало так обращаться к такой монаршей особе, кот продолжал смотреть на Васю, который смущённо поддёрнул трусы. Кот, судя по всему, был Васиным тёзкой, поднялся и грациозно прошёлся по перилам, напугав не только соседа, но и самого Васю тоже, он хотел было протянуть руки и схватить животное, но побоялся его напугать.

– Эй, как вас там…, – громко сказал Борис Иванович, вероятно обращаясь к Васе, – Не пугайте его, я сейчас приду и заберу кота!

– Ладно, не трону, – пожал плечами Вася и отошёл в сторону.

Кот спрыгнул в Васино кресло, потом на пол, и помахивая пышным хвостом вошёл в комнату, оглядывая жилище и обнюхивая попадающую по пути мебель.

– Ну, и как ты с ним ладишь? – шёпотом спросил у кота Вася, – Он что, и тебе палкой своей грозит? Вон, уже стучится, сейчас тебя заберёт. Но ты, если что, приходи. Дорогу знаешь, куда бежать спасаться!

Вася усмехнулся и пошёл открывать дверь соседу, который без перерыва стучал в дверь. Стук не прекращался и когда Вася поворачивал ключ в замке. Отперев дверь и увидев Бориса Ивановича, Вася не торопился впускать соседа в квартиру.

– Скажите, зачем вы это делаете?! – резко спросил он, преграждая путь в свою квартиру.

– Что? – с некоторым удивлением ответил Заболоцкий и попытался отодвинуть Васю в сторону, но силы были явно не равны.

– Зачем вы так стучите? Вы же знаете, что я дома, что я слышу ваш стук и скоро открою вам дверь! Зачем вы стучите, не переставая?! Вы же понимаете, что до двери я не со скоростью света долечу, это займёт как минимум полминуты, и барабаните в дверь! Мне вы спуску не даёте, на любой стук громче вдоха вы колотите мне в стену, а в отношении вас уважение к соседям не работает, так?

– Это не ваша квартира! – сердито воскликнул Борис Иванович, но его голос нерешительно дрогнул.

Вася подумал, что скорее всего до этого момента никто не осмеливался дать хоть сколько-то значимый отпор сварливому деду, молча снося его скверное поведение.

– А может быть, уже моя! Вы не подумали, что я мог её купить у прежней хозяйки? Да даже если бы и не моя, я что, по-вашему, человек второго сорта? Извольте объясниться!

– Отдайте кота! – совсем растерявшись, буркнул Заболоцкий и снова попытался проникнуть в квартиру.

– А вот не отдам! Нет у меня никакого кота, и в дом я вас пускать не хочу, после того как вы меня доставали всё это время! С чего ради я должен вам помогать?

– Отдайте кота… пожалуйста, – в голосе Бориса Ивановича слышались растерянность и отчаяние, – Это внучки моей кот…

– Ладно, забирайте, – вздохнув, ответил Василий и посторонился, пропуская соседа в свою квартиру.

Ну не мог он по-другому поступить! Конечно, проучить соседа за мерзкое поведение и неуважительное к себе отношение, не имеющее под собой никакого основания, было бы не лишним… Но Вася не мог. Ему было жаль деда, и ничего с этим не поделаешь.

– Вася, Вася, иди сюда, – звал Заболоцкий разгуливающего как у себя дома по Васиной квартире кота, – Иди сюда, кис-кис…

– Он к вам не хочет, видимо. Может, ему тоже не нравится у вас жить, – ответил Вася и осёкся, увидев болезненный взгляд Бориса Ивановича, видимо его фраза попала в «болевую точку».

– Простите, я не хотел вас обидеть, – сказал Вася примиряющим тоном, – Я имел в виду, что он привык дома находиться, а тут ему место непривычное, вот и гуляет… Сейчас я его поймаю, подождите.

Вася осторожно подошёл к сидящему возле дивана коту, который наблюдал за людьми и не собирался никуда убегать. Погладив животное, Вася осторожно поднял на руки кота, прижал к себе и снова погладил по мягкой шёрстке. Потом молча передал его Борису Ивановичу, который взяв кота торопливо направился к выходу. Остановившись уже в дверях, он сказал:

– Спасибо вам…. Кстати, как вас зовут? Я запамятовал…

– Меня зовут Василий. Судя по всему, мы с ним тёзки, – кивнул Вася на кота.

– Да…. Тёзки. Спасибо вам, Василий.

Заболоцкий ушёл к себе, и Вася отметил, что впервые со времени их знакомства, расставшись с ним, сосед не хлопнул сердито своей дверью, а спокойно её закрыл.

Глава 14

С этого момента привыкший к сложившемуся ранее укладу Вася перестал слышать сердитый стук трости в стену, даже когда случайно уронил на пол целую кастрюлю спагетти. Вася замер в ожидании немедленной «кары», но ни стука не раздалось с той стороны стены. Вася улыбнулся и подумал, что коту-тёзке надо объявить благодарность в виде сосиски, когда тот в следующий раз заявится в гости. А то, что кот непременно