Энн Мэтер - Горная долина

Моргана внимательно слушала его.

– А кто, скорее всего, придет ему на смену?

Пилот пожал плечами:

– Кто знает? И кто знает, приведет ли эта смена власти к улучшению положения в стране? – Он оглянулся. – Но сейчас меня прежде всего волнует, что станет с нами. Сначала они говорили, что нас перевезут с самолета куда-то в другое безопасное место, но, похоже, им совсем нельзя верить, а может, я невольно добился как раз того, чего они и хотели? Избавиться от нас!

– Как это? – Моргана с ужасом смотрела на него.

– Есть два способа. Можно поджечь самолет, а можно уморить нас голодом. Так или иначе – результат будет один.

– Я не могу поверить, что они хотят нас убить! – покачала головой Моргана.

– А почему? Как вы можете утверждать это? Маленькое утреннее фиаско только утвердит их во мнении, что мы неудобны в качестве заложников. Ведь пятьдесят семь человек контролировать не так легко.

Моргана вздохнула.

– Они не станут убивать нас в самолете. Он им нужен! воскликнула она.

Пилот нахмурился:

– Вот как? А пилот им тоже нужен?

Моргана пожала плечами:

– Не знаю.

– Нам придется ждать, чтобы узнать, что будет дальше. Раньше или позже они все равно должны будут связаться с нами.

Но утро перешло в томительный полдень, самолет раскалился, как печка, и жара расплавила остатки уверенности пленников, превратив из относительно сплоченных единомышленников в недовольную, переругивающуюся толпу. Молодой паре с ребенком было тяжелее всех. Успокоить малышку, не имея никакой возможности покормить ее. Девочка плакала без умолку, мучаясь от влажной духоты салона, и некоторые женщины тоже начали всхлипывать. Становилось все труднее. Моргана и сама едва сдерживалась, но она знала, что слезы ни к чему не приведут. Что бы ни ждало впереди, этот период полной изоляции сломил их больше, чем прямые угрозы.

Она неотрывно смотрела в иллюминатор, в сторону дощатых домиков, но там ничего не было видно. «Лендровер», на котором она приехала, стоял где-то вне поля видимости из самолета, так что неизвестно было, здесь ли он еще или уехал. Никто из них не был настолько наивен, чтобы предположить, будто партизаны ушли и оставили плато без охраны, но и догадаться, сообщили они уже о случившемся О Халкао или нет, было нельзя. Глаза у Морганы болели оттого, что она все время смотрела против слепящего солнца, и девушка испытывала безмерное отчаяние от гнетущей безысходности.

Она подумала об отце, о родственниках всех этих людей, которые напрасно ждали их в Лос-Анджелесе, мучаясь самыми страшными предчувствиями, о спасателях, которые снова и снова пытаются восстановить связь с самолетом, о поисковых командах, которые уже, наверное, выслали на их поиски. Но никто не сможет найти их здесь, в этих горах, где долины похожи как близнецы и один горный кряж встает за другим. Было бы невероятной удачей, если бы кто-нибудь из пилотов сумел пролететь достаточно низко и разглядеть внизу это плато, ведь они сейчас находились на расстоянии многих сотен миль от того маршрута, которым следовали, и никто в мире не знал об этом! Да и потом, даже если бы их обнаружили, что смогли бы предпринять для их спасения? Нет, положение было совершенно бедственным.

После полудня ребенок, наплакавшись вволю и утомившись, заснул, а отец прошел в начало самолета поговорить с Морганой и пилотом. Он был молод, лет двадцати пяти или двадцати шести на вид, и очень беспокоился за жену и ребенка.

– Пожалуйста, – сказал он с американским акцентом. – Сколько еще нас могут продержать здесь? Наша девочка не выживет в такой жаре без кипяченой воды и молока. Сделайте что-нибудь, прежде чем она проснется. Это бессмысленное затворничество. Вы знаете, что не можете взлететь, а мы не можем бесконечно оставаться в самолете без воды и пищи!

Моргана с сочувствием смотрела на него.

– Это моя вина, – вздохнула она. – Я вовлекла вас в это и теперь должна как-то исправить ситуацию.

– Но как? – уставился на нее пилот. – В чем ваше преимущество перед любой другой женщиной из присутствующих?

Молодой американец нахмурился.

– А насколько хорошо вы знаете этого О Халкао? – поинтересовался он довольно резко. – У вас есть на него какое-нибудь влияние?

– Да что вы такое говорите? – Глаза Морганы вспыхнули.

Американец покачал головой.

– Да так, ничего, – пробормотал он будто небрежно. – Просто, понимаете... мне кажется, у меня кончается терпение. Но как именно вы можете нам помочь?

Моргана задумалась.

– Я могу пойти и сдаться, – предложила она. – Может быть, если я снова окажусь у них в руках, они переселят вас в те помещения, которые приготовили.

Услышав это, пилот ударил кулаком по ладони другой руки.

– Что за ерунда! – сердито воскликнул он. – И у нас, кстати, есть пистолет.

– А сколько там патронов? – спросил чей-то голос. Моргана повернулась и увидела подошедших стюардесс.

– Вот видите! – воскликнул американец. – Это безнадежно! Безнадежно!

Моргана вздохнула и поднялась со своего места.

– Ничего не поделаешь, – сказала она, когда пилот попытался было задержать ее. – Я должна это сделать.

Моргана опять посмотрела в иллюминатор в сторону палаток и вдруг резко отпрянула.

– Смотрите! – ослабевшим голосом произнесла она. – Подкрепление!

Все столпились у иллюминаторов, стараясь понять, в чем дело. К плато прибыло целых два «лендровера», и сейчас они подъезжали к самолету. Один был с открытым верхом, и на нем сидели несколько солдат, у каждого на коленях лежало ружье.

В самолете немедленно началась паника. Женщины кричали и истерически визжали, мужчины безуспешно старались их успокоить. Обе стюардессы отчаянно пытались отнять у одной целый пузырек снотворного, которое она хотела проглотить, кто-то из пожилых пассажиров лежал в своем кресле в бессознательном состоянии от невыносимой жары и ужаса.

У Морганы взмокли ладони, по спине пробежала струйка холодного пота. Ее охватил панический страх, и девушке стоило огромных усилий не поддаться эмоциям.

– Это все из-за вас, – визгливо кричала ей какая-то женщина, лицо ее искажала гримаса испуга и ярости, кто-то еще кивал в подтверждение ее слов, с презрением глядя на Моргану.

Не говоря ни слова, Моргана отвернулась и прошла к выходу. Пока она сражалась с замком, рядом с ней оказался пилот.

– Не уходите, слышите! – воскликнул он. – Они в панике. Не обращайте внимания на то, что они говорят. Им просто нужен козел отпущения, и им оказались вы!

Моргана покачала головой.

– Разве вы не видите, что делать нечего? – сказала она бесцветным голосом. – Мне нужно идти. Я... я должна попытаться предотвратить это... что бы они ни собирались с нами сделать!