Сара Вуд - Путешествие в Португалию

– Не могу поверить, что мужчины не интересовались тобой, – проговорил Дэкс, обеспокоенный тем, что Мэдди могла без разбора пользоваться своим искусством обольщения. К его удивлению, ее передернуло.

– Я редко выходила из дому, – пробормотала она. – Забота о дедушке занимала все мое время.

– Ты все еще ухаживаешь за ним? Моешь, убираешь, бегаешь по магазинам?

– Конечно. Ему уже поздно меняться. Кроме того, он очень болен. У меня больше нет работы, и поэтому приходится напрягаться. Ты не знаешь, как тяжело быть бедным, – неожиданно сказала она. – Ты никогда не чувствовал дурноту оттого, что у тебя пусто в кошельке, не искал лихорадочно в карманах или под диваном случайно завалившуюся монету для того, чтобы купить несколько картошек и немного сыра. – Ее глаза сверкнули. – Тебе никогда не приходилось умолять домовладельца отложить оплату на неделю или откладывать товары на контроле в супермаркете, потому что у тебя нет денег, чтобы оплатить свой несчастный счет!

Некоторое время они молчали. Дэкс пришел к выводу, что это не может быть ложью.

Разозлившись, Мэдди вскочила на ноги, сняла с плиты кастрюлю с кипящей водой и начала греметь посудой в раковине.

Хорошая сделка, подумал он. Устала от нищеты и цепко ухватилась за возможность нырнуть в роскошь.

Его охватили смешанные чувства. Симпатия, обида за ребенка, который был лишен детства. Он кипел от злобы, думая о том, что Кук безжалостно использовал покорную внучку, чтобы облегчить свою жизнь и обеспечить старость.

Но это не меняло ситуацию. О свадьбе не может быть и речи. Никто никогда не заменит ему Луизу. Он никого не полюбит так, как любил ее.

И все же Дэкстер понимал желание Мэдди выйти замуж за богача. Он только чувствовал презрение к тому, что она ставила материальное благополучие превыше любви и собственного достоинства.

Тем не менее его мучила совесть. Когда он скажет ей, что не будет никакой свадьбы, она расстроится. Это был ее билет в рай, и она поставила на карту все.

Мэдди вернется домой без гроша в кармане. Дэкс чувствовал, как его сердце сжимается, когда он думал о предстоящей жизни Мэдди, и пытался уверить себя в том, что она такая же эгоистичная, как и ее дед Кук, что у нее нет никаких моральных устоев и она будет использовать его, Дэкса, пока не получит свое.

И все-таки его сильно тянуло к ней. Не думая о последствиях, он шагнул к Мэдди, положил руки на ее напряженные плечи и прижал к себе.

– Мне жаль, – сказал он. – Жаль, что у тебя была такая адская жизнь.

Прижатая к нему, она как бы окаменела. Ее руки замерли в мыльной пене. Нет, они дрожали. В его голове все перемешалось, он прижал ее к себе еще крепче.

– Все нормально. Могло быть и хуже, – пробормотала она, так сильно натирая кастрюлю, что нечаянно уронила ее в мыльную воду, окатив обоих водой.

– Оставь это, – попросил Дэкс.

– Нет, – вскрикнула она, отталкивая его локтем. – Не знаю, что нашло на меня. Мы с дедушкой должны были стараться изо всех сил. У нас обоих есть свои слабости и преимущества. Я молодая и энергичная, а он старый и немощный. Вот такие дела. И я не хотела бы жаловаться на человека, который меня вырастил.

Он отпустил ее.

– Хорошо, хорошо. Но ты все еще пытаешься во что бы то ни стало изменить свою жизнь.

– Да, пытаюсь, – призналась она. – И я изменю ее.

Его губы сжались. У него пропадала симпатия к ней. Такая пойдет на все ради денег.

– Ты не попробовал персики… – тихо произнесла Мэдди, с горечью думая, что скоро им придется расстаться и она больше никогда не увидит его.

Но она хотела остаться. Почувствовать снова его руки на себе, его губы…

Их глаза встретились – и между ними пробежала искра. Его глаза были темными и горячими, как расплавленная смола; неожиданная тоска, появившаяся в них, заставляла ее сердце беспорядочно прыгать. Она жаждала его страсти и, главное, его нежности.

Дэкс взял персик, и она наблюдала, как он вдыхает аромат спелого фрукта. Его глаза закрылись, когда он надкусил сочный, мягкий плод.

Он медленно открыл глаза и, продолжая есть персик, посмотрел на нее из-под ресниц. Это был самый эротичный взгляд, который она когда-либо видела.

Мэдди вздрогнула. Если она не уедет в ближайшее время, то попадет под его чары. А ей необходимо было докопаться до истины. Надо спросить про аварию.

– Дэкстер, – сказала она, садясь на стул, – я хочу спросить у тебя кое что. Это очень важно для меня.

Он напрягся. Выражение его глаз настораживало ее.

– Спроси. Тебе, возможно, не понравится то, что ты услышишь в ответ.

– Да. Но мне надо знать. – Она облизнула губы. – Это о прошлом. Что именно произошло с нашими родителями? Дедушка никогда мне ничего не говорил. Он только…

– Не сегодня, – резко перебил ее Дэкс. – Я иду спать.

Она поборола разочарование. Возможно, завтра ей удастся поговорить с ним.

– Ты устал. Извини, – сказала она и, вскочив на ноги, добавила: – Тебе что-нибудь принести? Бренди? Немного горячего шоколада?

Он изучающе посмотрел на нее. Затем устало кивнул:

– Горячий шоколад. Спасибо.

Довольная, что может помочь ему, Мэдди ринулась за молоком. Краем глаза она увидела, как Дэкстер достал грязные вещи из сумки, которую принес, и бросил их в корзину для белья, стоявшую перед дверью.

Она нахмурилась.

– У тебя очень грязная и тяжелая работа.

– Да. – Проведя рукой по волосам, он направился к двери в дальнем конце комнаты.

– Но ты наверняка, по крайней мере, исполнительный директор.

– Да.

– Тогда почему?..

Дверь захлопнулась.

Ее сердце колотилось. Что-то случилось, и Фицджералды скрывают это от нее.

Она залила шоколадный порошок молоком и последовала за Дэкстером с намерением докопаться до истины. Может, они потеряли все свои деньги? Может быть, весь этот банкет в гостинице был фарсом и это было лишь прикрытием для гостей, чтобы скрыть от них, что Куинты уже нет и Дэкстеру самому приходится работать?

Ей было необходимо узнать. Если это так, деду придется смириться с тем, что она не выйдет замуж за Дэкса.

Узкий коридор вел к двум дверям, одна из которых была открыта. Опрятная постель гораздо больше подошла бы женщине, чем Дэксу.

– Дэкс, – позвала она, однако ответа не последовало.

Наверное, он был в ванной, находившейся за спальней. Она осторожно приоткрыла дверь и увидела, что он заснул одетый на огромной двуспальной кровати.

В комнате, кроме тумбочки, стоящей рядом с кроватью, почти не было мебели. Она поставила чашку с горячим шоколадом и наклонилась, чтобы снять с него ботинки.

Его темные взъерошенные волосы закрывали лоб. Черная тень от густых ресниц лежала на идеально выточенных скулах, и сон смягчал очертания его сурового рта.