Дианна Тэлкот - Купидон выходит замуж

— Кто там?

— Массажисты, сэр. — В комнату вошли юноша и девушка лет двадцати. — Нам нужно пару минут, чтобы все подготовить для часового сеанса массажа. Раздевайтесь до пояса, а если хотите, то и полностью. Мы подождем.

Берк взглянул на Купидон. Возможно, массаж не такая уж хорошая идея. По крайней мере сейчас.

— Меня зовут Сэнди, — заговорила девушка. — Мы с Джимом профессиональные массажисты. Специализируемся на шведском расслабляющем массаже. Могу гарантировать, после сеанса вы почувствуете, что родились заново.

Джим включил портативный проигрыватель, и комната наполнилась звуками классической музыки.

— Купидон! Не боишься?

— Нет! — храбро ответила она.

Через пятнадцать минут они расслабленно лежали на массажных столиках. Джим зажег камин. Для создания атмосферы, пояснил массажист.

Сэнди поинтересовалась, нет ли у них аллергии на эфирные масла, а когда получила отрицательный ответ от обоих, зажгла аромалампы.

Берк смотрел на линию спины Купидон, потом, когда она улеглась навзничь, на очертания ее груди и чувствовал возрастающее возбуждение. Он не раз видел женскую спину и грудь, но никогда в жизни не испытывал в такие моменты ничего подобного.

В теле Купидон было нечто манящее, загадочное, приглашающее, заставляющее мужчину испытывать первобытный голод.

Купидон относилась к тем женщинам, которых лепили скульпторы, а художники изображали на своих холстах.

Ее клубнично-золотые волосы спускались на плечи, как у греческой богини. А изящная лебединая шея напомнила Берку скульптуры, которые он видел в музеях. Масло придавало ей еще более аппетитный вид.

— Я хочу немного присыпать вас тальком, — сообщил Джим.

Берк молча кивнул.

— Чудесно, — промурлыкала Купидон на соседнем столике.

Сеанс был окончен.

— Садитесь осторожно, — предупредила Сэнди. — Первый раз может закружиться голова.

Купидон и Берк повиновались. Они сидели напротив и улыбались друг другу, опьяненные ощущениями.

Массажисты быстро собрали свои принадлежности.

— Можете не переодеваться. Отдайте полотенца горничной.

Берк дал паре щедрые чаевые и проводил их до двери.

Потом вернулся к Купидон. Девушка стояла посреди комнаты. Огненные блики играли в ее волосах. Простыня оставляла открытыми ее плечи, спадая до самых ступней.

— Рада, что я вспомнил о массаже? — улыбнулся он.

На губах Купидон заиграла улыбка Моны Лизы.

— Думаю, у тебя есть все для того, чтобы стать отличным мужем. Я только переоденусь, и можем… — ее взгляд упал на постель.

— Переодеваться не обязательно. Если не хочешь.

— Но мы ведь еще не женаты. Может, я и не суеверна, но думаю, что всему свое время, Берк.

— Понимаю. — Он не понимал. Не совсем. Он не привык к таким поворотам. В его жизни мужчины всегда делали то, что хотели, а женщины приспосабливались к этому. Но он пообещал пересмотреть свои взгляды на жизнь и намеревался не сходить с пути. — Хочешь позвонить родным? Сообщить им, что мы женимся?

— В этом нет необходимости, — покачала головой Купидон. — Они знают, что я делаю свой выбор… следуя зову сердца.

Купидон вошла в ванную и поспешно переоделась, не желая быть вдали от Берка даже секунду.

Никогда больше ей не придется спать одной в своей большой постели в Валентайне. Все изменилось. Теперь она не одна. Две подушки на кровати. И одно одеяло на двоих.

Да, она поедет с Берком на его ранчо. И ее жизнь уже никогда не будет прежней. Купидон ни о чем не жалела. Просто удивлялась, как быстро она поняла, что Берк тот самый мужчина, который ей нужен.

В постели она снова положила голову ему на плечо. Как и вчера, они смотрели в потолок и разговаривали. Вот только сегодня все казалось другим. А завтра настанет их первая брачная ночь…

— Поцелуй на сон грядущий, — промурлыкал Берк, и Купидон потянулась к его губам.

Его рука ласкала ее грудь. Купидон прогнулась, желая большего.

— Берк?..

— Нет. Не сегодня. Завтра я покажу тебе, что такое связь между мужчиной и женщиной.

Простонав, он отстранился. Купидон поняла, как он хочет быть с ней и как ему сейчас трудно.

Несколько минут они лежали, обнявшись. Мысленно составляя список дел на завтра, Купидон не заметила, как задремала. Думая о делах, она отвлекалась от мысли, что Берк может никогда не признаться ей в любви.

Купидон вышла из примерочной в зал. Продавщица поглядела на нее с одобрением.

— Не думала, что этот наряд с розоватым отливом. Но вам очень идет. А вы как считаете? — обратилась она к Берку.

Он одобряюще кивнул, оглядев платье с длинными рукавами и соблазнительным корсетом.

— Нравится? — поинтересовалась Купидон. — Или…

— Милое.

— Может, оно слишком пышное. Но я хотела, чтобы платье запомнилось нам обоим. Чтобы, вспоминая о дне свадьбы, ты видел меня именно такую.

— Вспоминать тебя в этом платье… неплохо.

— Фата мне не нужна. Я просто…

— У нас есть прозрачная фата как раз к этому платью, — вмешалась продавщица. — Хотите примерить?

— Да, — ответил за невесту Берк.

Женщина тут же достала фату и надела на голову Купидон. Тонкий, почти невесомый шелк в сердечко делал ее похожей на ангела.

— Берем. Моя невеста обожает сердца.

— Правда? Тогда у нас есть и подходящие туфельки. — Женщина вынесла из подсобки пару крошечных белых туфель с сердцами, расшитыми жемчугом.

— Какая красота! — Купидон потянулась к ним.

— Это последняя пара. И больше их не будет.

— Позвольте мне. — Берк кивнул Купидон на кресло и, опустившись на одно колено, примерил туфельку на ее ножку. — Подходят.

— Чувствую себя Золушкой, нашедшей своего принца.

Взгляд Берка потеплел. Он улыбнулся Купидон и сказал продавщице:

— Мы берем все. И срежьте бирки прямо здесь, иначе мы можем опоздать на собственную свадьбу.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Часовня показалась Купидон совсем крошечной по сравнению с огромным зданием отеля или казино.

Женщина за стойкой предложила Купидон букет.

— Но цветы искусственные, — возразила девушка. — Да. Но этого не видно на фотографиях.

— Ведь это подделка, — произнесла Купидон громче.

— Может, вы хотите один цветок? Выбирайте. У нас сегодня плотный график. Валентинов день, если помните.

— Будто я этого не знаю, — буркнула Купидон, бросив беглый взгляд на Берка, который расплачивался за церемонию. Он повернулся, чувствуя на себе ее взгляд.

— Все в порядке? — произнес он одними губами.