Аманда Дойл - Верь мне!

— Да, дорогая наша Марни, этого никто из нас не забудет, — поспешно прервал ее Стив с той мягко-насмешливой снисходительностью, какую приберегал исключительно для своей старой нянюшки. — Не надо досказывать эту историю, а то ты окончательно отобьешь у мисс Стейси желание учиться. В какое время вам будет удобнее? — Он переключился на Лу.

— В любое время, Стив, когда тебе удобнее, — опять вмешалась Марни. — У меня на завтра для Лу нет особых поручений до самого вечера.

— Мисс Стейси? Скажем, около четырех? К этому времени становится прохладнее.

— Да, хорошо. В четыре часа, — кивнула Лу, нервно сплетая руки. — Но только я не думаю… я хочу сказать…

Но все ее надежды на спасение в последнюю минуту разбились о короткое:

— Хорошо, значит, в четыре.

Его тон был таким сурово-уверенным… Лу поняла — спорить бесполезно.

«Ох, какой же он властный, невозможный варвар!» — гневно подумала девушка, глядя, как Стив не спеша подходит к лестнице, выбивает трубку о ботинок и, пожелав всем доброй ночи, исчезает в доме.

Ее страхи не уменьшились. Наоборот, к четырем часам она дрожала как лист на ветру. А увидев громадного гнедого мерина, стоящего у ограды загона, девушка оробела. Глаза животного почти не моргали на ярком солнце. Он, конечно, казался достаточно смирным, вот только…

— Он ужасно высокий, — вздохнула Луиза.

— Шестнадцать ладоней, — спокойно подтвердил Стив. Он взял ее под локоть и подвел поближе. — Зовут его Джинго. Не волнуйтесь, он абсолютно надежен. Вы не упадете.

Оптимист, съязвила про себя Лу. Откуда ему знать, кто упадет, а кто нет?

Она резко повернулась к Стиву и успела заметить насмешливые искорки в его глазах.

Ах, так он подтрунивает, вот как? Ну хорошо, она покажет ему! Луиза О’Доннел Стейси не намерена становиться посмешищем!

Вызывающе сверкнув глазами, она решительно спросила:

— Ну и чего мы ждем?

Он взглянул на худенькую стройную фигурку стоящей перед ним девушки с гордо поднятой головой. Лу смело встретила его взгляд.

Невольная улыбка осветила строгое лицо мужчины, блеснули белоснежные зубы.

— О’кей, мисс Стейси. Приступим!

При мысли о близости к нему Лу пронзила сладостная дрожь. Каким-то образом ей удалось не показать волнение, оттого что он нежно дотронулся до ее пальцев, показывая, как правильно держать уздечку. Она сосредоточилась на его инструкциях, чтобы не умчаться в волнующий мир фантазий, рожденных его прикосновениями. Лу честно пыталась вникнуть в смысл его слов — Стив объяснял, как надо держать уздечку, когда садишься на лошадь.

— Так, встаньте поближе к его шее, повернитесь лицом к хвосту и поставьте ногу в стремя. Теперь, поднимаясь вверх, развернитесь на сто восемьдесят градусов, и окажетесь прямо в седле. Я вам помогу. Понятно? Ну-ка!

Лу послушно подпрыгнула, повернулась, как ей было велено, и неловко плюхнулась в седло. Она потеряла поводья и чуть не свалилась с другой стороны лошади.

— Хорошо! — терпеливо похвалил Брайент. — А теперь попробуйте еще разок.

Повторив эту операцию раз десять, она уже приземлялась точно там, где надо, автоматически просовывала ногу во второе стремя и без труда удерживала поводья в руках. Ура! Она может ездить верхом!

— Спасибо, — застенчиво улыбнулась девушка, готовясь спешиться. — Оказывается, это не так уж и страшно.

— Оставайтесь в седле и ждите меня.

Открыв рот для невысказанных возражений, Лу смотрела, как он прошел в соседний загон, перекинул поводья через голову своей нетерпеливой лошади, прядущей ушами, и с грациозной легкостью вскочил в седло. Его лошадь, шарахаясь и взбрыкивая, приблизилась к месту, где их смиренно ждала Лу. Стив наклонился и прикрепил белый плетеный повод сбоку к уздечке Джинго, а потом распустил его на большую длину, чтобы открыть ворота загона.

— А теперь, — объявил он, — мы освоим урок настоящей езды.

Лу стало холодно от страха, несмотря на то что солнце палило. Джинго, до сей поры пребывающий в окаменелом трансе полного безразличия, направил свою долговязую тушу вперед, к воротам, куда тянул его напрягшийся белый повод.

Дальше был кошмар. Несколько раз Лу уже готова была просить пощады, умолять Стивена, чтобы он остановился, отпустил ее. Но вспоминала его презрительную усмешку, и гордость брала верх. Девушка сжимала губы, упрямо стискивала зубы и подпрыгивала и тряслась в рыси, подскакивала и раскачивалась в легком галопе, отчаянно хватаясь за луку седла — онемевшие пальцы уже давно отпустили поводья. Снова и снова Стив останавливался, брал поводья и терпеливо сгибал ее пальчики на них.

— Ну как? Все в порядке?

— Конечно!

Неужели этот хладнокровный, презрительный голос действительно принадлежит Луизе О’Доннел Стейси? Неужели она действительно это сказала? Видимо, да, ужаснулась девушка. Лошадь снова рванулась вперед, повинуясь наезднице.

— Теперь мы опять пойдем на рыси. Не забывайте приподниматься в стременах, почувствуйте ритм лошади под собой.

— Не сдам-ся, не сдам-ся, — отчаянно бормотала она в такт тому, как с размаху шлепалась о седло. Ритм? Ох-х! Не сдам-ся!

Солнце уже опускалось на западе во всем своем багряном великолепии, когда Стив смилостивился:

— Теперь мы шагом вернемся в загон. С Джинго достаточно. Вообще, пора дать коням немного охладиться, прежде чем поить, когда они такие взмыленные.

Не сдам-ся, не сдам-ся, нет, нет, нет!

Они поехали шагом. В загоне Стив одним плавным движением соскользнул с седла, перекинул поводья через перекладину ограды и подошел к Лу. Методично он отстегнул повод, быстро и аккуратно смотал его и повесил на металлический крючок на своем седле. Потом снова вернулся к ней:

— А теперь слезайте.

Лу осунулась и побледнела. Ладони покрылись волдырями, бедра болели, натертые прокладками седла. Она осторожно слезла с лошади, и, когда ноги коснулись земли, девушке показалось, что она распилена на части и лишилась тела, что она превратилась в пигмея ростом в метр, не более. Лу покачнулась, и тут же крепкие руки обхватили и удержали ее. Стив прижал ее лицо к своей пропитанной потом рубашке цвета хаки. Потом убрал пряди волос, прилипшие к ее влажному лбу, и нежно приподнял ее подбородок. Несколько мгновений Стив смотрел на нее сверху вниз. В его взгляде читались нежность и что-то еще, чему не так просто найти название.

— Вы оказались на высоте, мисс Стейси, — произнес он ласково.

Дорога до дома показалась ей страшно длинной. Колени подгибались, шаги были неровными и забавно-мелкими. И пришлось сделать очень много этих шагов, чтобы преодолеть расстояние от загонов до задней двери дома. Лу вошла в кухню, следом за ней — Стив. Марни закручивала край пирога. Она взглянула в их сторону, и лицо ее смягчилось при виде запачканных грязью зеленых брюк, смятой рубашки, мокрого лба и дрожащих губ.