Лесли Мэримонт - Жар Холодного ручья

— Ну, ну… Прямо как в романах… Не означает ли старая или столь внезапно возникшая душевная взаимная симпатия, что вы могли бы пойти на уступки и при продаже принадлежащей вам земли, мистер Палмер?

Барт почти забыл о ферме, как и о звонках с угрозами. Сейчас ему о них напомнили.

— Боюсь, нет, — с деланным безразличием сказал он. — Ферма принадлежит моей бабке, а она не хочет продавать. И запугать ее не удастся.

Гудвин опешил.

— Что вы имеете в виду, когда говорите «запугать»?

— Ей угрожали по телефону.

— Вот как?.. И вам известно, кто звонил?

— Пока нет, но если я узнаю…

— Семья Фарроу не имеет к этому отношения, — прорычал в гневе Гудвин.

— Очень надеюсь, — спокойно отозвался Барт.

Хозяин дома нахмурился.

— Полагаю, Урсула не собирается обращаться за помощью к прессе?

— Понятия не имею.

— Тогда вам лучше предостеречь вашу бабушку, ибо я не задумываясь привлеку ее к суду, если в газете вновь станут марать мое доброе имя.

— Это ваше право!

Гудвин Фарроу явно не ожидал, что разговор пойдет в таком ключе.

— Однако вам палец в рот не клади!

Барт пожал плечами. В глазах Деборы ему не хотелось выглядеть слишком агрессивным.

— Итак, как можно заключить, в таком настроении вы вряд ли расположены обсудить проблему продажи фермы? — продолжал прощупывать почву Гудвин. — Даже если я предложу большую, чем прежде, сумму?

— Особого смысла не вижу.

— Но, надеюсь, не откажетесь отобедать с нами, тем более что после планируете прогулку с моей дочерью?

Палмер улыбнулся.

— Только с вашего позволения, мистер Фарроу.

— Хм! Кто нынче спрашивает отцовского позволения?.. Тебя порадует прогулка с этим дерзким молодым человеком, дочка?

— Скорее всего нет.

— Тем не менее поедешь?

— Если Барт будет настаивать.

Брови Палмера удивленно поползли вверх: ну и самообладание! Он по-прежнему дружески обнимал ее за плечи, а она не делала даже попытки высвободиться.

Одному Богу известно, что творится в ее душе. С Деби никогда ни в чем нельзя быть уверенным. Единственное, в чем нет сомнения, — он хочет ее, как еще никогда не хотел. Ему плевать, были ли у нее другие, кроме мужа, мужчины!

Барт с упоением вдыхал аромат ее волос, и желание захлестывало его. Их лица почти соприкасались, еще мгновение — и он обрушит всю силу своей страсти на эти прекрасные губы, забыв о необходимости скрывать свои истинные чувства. Кое-как ему удалось собраться и выдавить беззаботную, обезоруживающую широкую улыбку.

— Конечно, я настаиваю, Деби. Ты же знаешь, как я упрям.

8

Решение созрело у Деборы между десертом и кофе. В течение всего обеда ее мозг напряженно работал, инстинкт самосохранения предостерегал от прогулки с Бартом. Зная этого человека, она понимала: ему совсем нет необходимости беседовать с ней. Он просто хочет продолжить то, что начал однажды десять лет назад.

Там, в гостиной, его желание стало почти физически ощутимым. Когда он на глазах отца едва не поцеловал ее в губы, она оцепенела. Одному Богу известно, чем бы в результате все кончилось; скорее всего она окончательно разомлела бы в его объятиях, поскольку с того самого момента, как он обнял ее за плечи, все внутри нее начало трепетать.

Нет, не так! Вожделение пришло сразу, стоило лишь увидеть его в гостиной лениво потягивающим виски.

Барт своим обликом и повадками напоминал черную пантеру, вмиг устремившую свой хищный взгляд охотника на жертву. Возможно, он приобрел с годами привычки цивилизованного человека, похоже, даже способен изображать сострадание и проявлять добрые чувства, когда ему это нужно, но внутри все еще остается диким и необузданным, чьим поведением управляют инстинкты.

Стремление обладать женщиной для него так же естественно, как получить удовольствие от хорошей выпивки.

Она ошибалась, думая, будто сегодня Палмер приехал выслушать новые предложения о покупке фермы. Он приехал ради одного, с одной-единственной целью — им правят чисто сексуальные желания…

Но истина состояла в другом: Деби хотела секса с ним ничуть не меньше, чем он с ней.

Сейчас, глядя через стол на Палмера, она перестала бороться с собой и испытывать страх от неизбежности, что они станут любовниками. Чему быть, того не миновать! Хуже, если она влюбится в него без памяти, подумала Деби и сама себе призналась: это уже случилось, я бесповоротно, безоглядно влюбилась…

Судорожный вздох Деборы заставил Барта пристально взглянуть на нее. Во время обеда он исподтишка наблюдал за внутренними борениями, отражавшимися на ее лице.

— Слишком горячий кофе? — спросил он.

— Немного, — послышался смущенный ответ.

Нет, кофе здесь ни при чем. Деби дрожащей рукой опустила чашку на блюдце и с трудом проглотила подкативший к горлу комок.

— Отличный обед, миссис Фарроу, — похвалил Барт хозяйку и обернулся с любезной улыбкой к Гудвину. — А вино просто превосходное. Выпил бы еще, но не могу, ведь я за рулем.

— Весьма разумно. — Гудвин явно приустал. Долго сидеть на стуле ему было тяжело. — Прошу прощения, что вынужден прервать такой прекрасный вечер… Очень рад нашему знакомству, Барт. Признаться, по рассказам дочери я представлял вас совсем другим. Деби, ты должна почаще приглашать его к нам. Что же касается земли, принадлежащей вашей бабушке, думаю, нашей компании придется найти другое решение проблемы со строительством…

Дебора нахмурилась. С какой стати отец так быстро сдался? Не сделал и попытки попросить Барта уломать заупрямившуюся Урсулу. Это совсем на него не похоже!

Словно читая ее мысли, Гудвин сказал:

— Не смотри на меня так, моя девочка. Новый торговый центр — в первую очередь твоя идея, вот и ищи выход из тупиковой ситуации или… или… — Фарроу чуть помедлил, подбирая слова. — Думается, тебе скорее, чем вообще кому-либо, удастся уговорить Палмера. Не так ли, Барт?

Черные глаза Палмера сверкнули.

— Несомненно, если захочет… В ее руках я становлюсь податливым, словно воск.

Скрытый за словами подтекст возмутил Дебору. Этому хитрому дьяволу прекрасно известно, что именно она становится податливой в его руках.

Хильда, голубушка, отвези-ка меня в мою комнату. Боюсь, я сегодня позволил себе выпить лишнего. Хорошо, если сразу усну и не доставлю вам с Томом хлопот.

Деби вдруг поняла, что сама тоже несколько перебрала. В голове шумело, приятное тепло разливалось по телу.

Под действием алкоголя она имела обыкновение становиться беспечной и легкомысленной. В таком состоянии лучше никуда с Бартом не ехать. Правда, он утверждал, будто изменился и хочет других, новых отношений с ней. Но судя по многозначительным взглядам, это далеко не так, а ее расслабленное состояние только подстегнет его.