Рита Рейнвилл - Вдвоем все же лучше

К приходу Джада она отнюдь не повеселела. Он вошел, неся два бумажных мешка, наполненных маленькими белыми коробочками.

— Куда это выложить?

— Сюда, пожалуй. — Она двинулась в кухню. Джад шел следом, с удовольствием разглядывая ее загорелые ноги, короткую пышную юбку летнего платья и плетеные босоножки на каблучке, мягко пошлепывающие при каждом шаге. Выкладывая пакеты с едой на стол, он увидел, что она достает из шкафа какие-то блюда и вазочки.

— Не надо. — Он подошел и легко обнял ее за талию. — Одно из преимуществ китайских блюд то, что их можно есть из коробочек. Нам нужны только пара тарелок, вилки, бокалы для вина да несколько ложек. Не зная ваших вкусов, я взял всего понемногу. Здесь цыплята в миндальном масле, сладкая и соленая свинина, чаумейн, — перечислял он, расставляя коробочки на середине стола.

— По-моему, еды здесь чуть ли не на половину «Дома», — заметила Кэти, ставя тарелки и жестом приглашая его садиться.

— Это второе преимущество китайских блюд, — весело пояснил он, выкатывая яйцо из коробочки на тарелку. — Всегда остается и на следующий раз.

Рука Кэти замерла в воздухе, не донеся до рта вилки с жареным рисом.

— Джад, возвращаясь к теме, которую я пыталась…

— Не сейчас, Кэти. Сейчас мы поедим, выпьем немножко доброго вина, — он наполнил ее бокал, — а потом, позже, поговорим.

Позже, когда они вернулись в гостиную, сидевшая свернувшись калачиком Кэти бросила нетерпеливый взгляд на часы, а затем на Джада. Он удобно устроился в противоположном углу дивана, вытянул ноги, блаженно прикрыл глаза.

— Вы что, заснули? — Вытянув ножку, Кэти чуть подтолкнула его в бедро. — Мы прекрасно поужинали, выпили превосходного винца… — Приоткрыв один глаз, Джад вопросительно приподнял бутылку, но она отрицательно покачала головой. — Нет, больше не надо, спасибо. Так вот теперь…

— Теперь вы хотите обрушить на наши головы град проблем и заговорить меня до смерти.

— Вот уж чего я не хочу, — сказала она решительно. — Все это нелепо и смешно, но моя жизнь превратилась в такую неразбериху, что стоит все же попробовать внести ясность. Чтобы мы оба знали, на каком свете находимся.

Кэти запнулась. Карие глаза вдруг заблестели от мелькнувшей мысли.

— Но, может быть, я все преувеличиваю. Может, никакой проблемы и нет. Может, вы в самом деле заинтересовались «Домом милосердия», а вчера вам не с кем было отправиться на благотворительный вечер и я оказалась приемлемой кандидатурой. Может быть, поцелуй — это просто… просто мелочь, случайность, на которую глупо обращать внимание.

— Позвольте мне уточнить, — прервал Джад, окидывая ее внимательным взглядом. — Я правильно понял, что, если ваше последнее предположение верно, проблема решается сама собой, то есть попросту аннулируется?

— Да, — просияла Кэти, радуясь, что он сразу понял. И выжидательно замолчала.

Ждать пришлось долго.

— Ну? Так что вы об этом думаете? — вырвалось у нее наконец, когда молчание стало невыносимым.

Повернув голову, Джад посмотрел ей прямо в лицо. Пальцы руки, вытянутой вдоль спинки дивана, почти касались ее плеча. На губах играла улыбка фавна. Не выдержав ее, Кэти смущенно шевельнулась.

— Все-таки что вы скажете? — повторила она чуть охрипшим голосом.

Джад медленно, как бы раздумывая, провел пальцем по ее голени, потом прочертил дорожку до подколенной впадинки. И, когда она, дернувшись, сильнее вжалась в угол, мягко ответил:

— Кэти, милая, проблема не только налицо. Она огромна.

— Джад?! — Ее голос зазвенел настоящей тревогой.

— Но это не значит, что я не собираюсь работать в «Доме милосердия». Я решил предложить свои услуги, как только прочел статью.

— Она получилась удачной, — оживленно заговорила Кэти, увертываясь от его руки и стараясь переключить направление его мыслей. — Очень информативная и деловая. Сразу же после публикации к нам пошел непрерывный поток звонков. Я даже сочла нужным послать в редакцию благодарственное письмо.

— А потом я увидел снимок директрисы этого «Дома», — продолжал, не давая сбить себя, Джад, — и отправился посмотреть на вас, чтобы убедиться: такая женщина на самом деле существует. И, увидев вас, понял: все правда. И еще понял: я от вас не отступлюсь. — Глядя ей прямо в глаза, он медленно произнес: — Я захотел, чтобы вы стали моей, сразу, с первой минуты, я хочу этого сейчас, и я буду хотеть этого всегда.

— Бог знает что! — воскликнула она, протестующе воздевая руки. — Нельзя быть таким импульсивным. Нельзя увидеть в газете портрет — и выстроить программу на всю жизнь.

— Нельзя? Как видите, можно.

Возразить было нечего. И она продолжала просто всматриваться в его исполненное решимости и воли лицо. Да, он был серьезен, он так это чувствовал. Ему было достаточно одного взгляда, чтобы понять: я хочу эту женщину.

Ее. Кэти:

Но почему она так изумляется? Поведение Джада вполне совпадает с тем впечатлением, которое составилось у нее в первую встречу. Человек, быстро решающий, чего он хочет, и даже еще быстрее добивающийся желаемого. Но одно дело — понимать это теоретически, другое — оказаться соучастницей в ситуации, подтверждающей верность твоей гипотезы.

— В жизни не слышала более безрассудных речей, — пробормотала она, вставая с дивана и глядя на него сверху вниз.

Усмешка, скользнувшая у него по губам, привела ее в ярость.

— Все зависит от точки зрения, — сказал Джад. — Но впрочем, женщины и в самом деле чуть осторожнее в самопризнаниях и выводах.

Чтобы хоть как-то разрядиться, Кэти прошла к окну, потом, не оборачиваясь, ответила:

— Думаю, дело не в осторожности, а в благоразумии и предусмотрительности. В большей способности реалистично воспринимать мир, если хотите.

— Все так, — согласился он добродушно. — А вот мужчина обычно в первую же секунду знает, хочет он женщину или нет.

— Естественно, — презрительно прищурившись, парировала Кэти, — ведь глядя на женщину, мужчина руководствуется не разумом, а… — она замялась, глядя в сверкающие от удовольствия глаза Джада, и строго закончила: —…а гормонами.

Весело прищелкнув языком, Джад встал, подошел к ней и, все еще посмеиваясь, чмокнул в кончик носа.

— Все правильно, — смиренно подтвердил он, — именно так мы и поступаем. — Осторожно обняв ее и глядя прямо в рассерженные карие глаза, он мягко спросил: — А вы можете посоветовать, как нам с этим справляться?

— Какие еще советы? — Проскользнув под его рукой, Кэти отступила на безопасное расстояние. — Я не знаю, как справиться с собственной психикой, мне недосуг размышлять о ваших гормонах.