Дэй Леклер - С днем рождения, Сэми!

— Зовите меня Томас.

— Томас. Если вы не против, я бы хотела задать вам несколько вопросов.

— Разумеется.

— Вы понимаете, какова моя цель?

— Ребенок, если не ошибаюсь?

— Именно. У вас есть с этим проблемы?

— Ни малейших. Буду только рад помочь.

Вот свинья! Ной с остервенением выдрал из земли пучок сорняков. Он тоже будет рад помочь — помочь старине Томасу найти выход и развить достаточную скорость по направлению к канадской границе.

Однако Сэми нашла такой ответ вполне приемлемым.

— Хорошо, просто я должна быть уверена, что вы правильно понимаете свою задачу. В последний раз, когда я проводила собеседования, один из претендентов придал моему объявлению совершенно иной смысл и был просто разъярен, когда я объяснила ему истинное положение дел.

— Звучит не слишком хорошо.

— О, он был хорош. Просто великолепен. Сказать по совести, у него были вес необходимые качества. Увы, он меня не понял. — В ее голос закрались печальные нотки. — Он был просто совершенством.

Совершенством? Ной ухмыльнулся. Оказывается, подслушивая, можно узнать о себе массу интересного. Значит, она считает его совершенством? Интересно. Ной, в свою очередь, находил ее абсолютно исключительной.

— Думаю, меня вы найдете куда более совершенным, — заверил Сильвестр.

Голос его звучал весьма разочарованно. Томас явно не ждал, что Сэми начнет расточать комплименты другому мужчине. Удовлетворенно улыбаясь, Ной выдернул еще пучок сорняков.

— Сначала я задам вам несколько вопросов, — бескомпромиссно заявила Сэми.

— Спрашивайте, мне нечего скрывать.

Ной услышал звон браслетов и снова рискнул заглянуть в окно. Сэми держала в руках кипу бумаг — видимо, анкету для потенциальных папаш. Она была просто великолепна. Несмотря на все ее попытки сделать строгую прическу, непослушные пряди вес же выбивались из-под шпилек, окружая лицо солнечным сиянием. Со стороны окна Ною были прекрасно видны все изгибы пленительного тела, обтянутые красной тканью.

Впрочем, достоинства ее фигуры не укрылись и от взгляда Сильвестра. Если бы Сэми удосужилась поднять глаза и увидела выражение его лица, она бы немедленно вышвырнула его вон. Взгляд претендента был прикован к вырезу ее блузки, и Ной призвал все свое самообладание, чтобы не вмешаться в процедуру отбора немедленно.

— Вопрос первый, — начала Сэми. — Что бы вы мне подарили — ярко-красную розу или маленькую симпатичную маргаритку?

— Что, простите?

Ной опустился на землю, еле сдерживая смех. Только Сэми могла задать такой глупый вопрос. Он с интересом ждал, как Сильвестр собирается выкручиваться. Прелести Сэми не давали бедняге сосредоточиться.

— Что бы вы мне подарили? Розу или маргаритку? — нетерпеливо повторила Сэми. — Вы меня слушаете?

— Конечно, слушаю! Я… я… я подарил бы вам ярко-красную розу! Такую, которая подошла бы к вашим миленьким… э-э… то есть красненьким брючкам.

— О боже! — вздохнула Сэми. — Этого я и боялась.

— Разве я сказал «розу»? Я, конечно же, имел в виду маргаритку!

— Вы понимаете, что брак не является моей целью?

— Э-э… ну да, конечно.

В других обстоятельствах его замешательство было бы очень комичным и Ной от души посмеялся бы. Как жаль, что сейчас не другие обстоятельства.

Сильвестр прочистил горло.

— Но… какое отношение брак имеет к розам и маргариткам?

— Непосредственное! Вот вам следующий вопрос. Как вы относитесь к тому, что я не надела туфли?

Из груди Ноя вырвался тихий стон. Он был готов спорить, что раньше этого вопроса не было. Значит, все эти дни она прокручивала в голове его замечание. Ной закусил губу и опять отыгрался на сорняках.

— Я ничего не имею против, — сказал Сильвестр. — Знаете, мне очень нравится цвет вашего лака.

— Я никак не могла выбрать и остановилась на трех любимых — «розовая ракушка», «бездонный индиго» и «чувственный коралл». Коралл не слишком подходит к брюкам, но я никогда не обращаю внимания на такие мелочи. А вам какой больше нравится?

— Э-э… этот, который… чувственный.

— Ага, мне он тоже нравится больше всех. Смешные названия! Интересно, кто их придумывает?

Бумаги зашелестели, и по приближающемуся звону браслетов Ной понял, что Сэми идет к окну.

Он прижался спиной к оштукатуренной стене, надеясь, что ей не вздумается посмотреть вниз.

— Ладно. Вы готовы к следующему вопросу?

— Думаю, да. — В голосе Томаса звучало куда меньше энтузиазма, чем раньше. — У вас очень странные вопросы. Я не понимаю, какое отношение они имеют к зачатию ребенка.

— Их значение жизненно важно, — отрезала Сэми. — Если я предпочту вас другим претендентам, будете ли вы готовы выполнить работу срочно?

— Конечно. Как сильно вы торопитесь?

— Я очень тороплюсь. У меня появилось одно препятствие.

Точно подмечено! Ной чуть не произнес это вслух. И тут, к своему ужасу, увидел руку Сэми прямо у себя над головой — женщина уселась на подоконнник и срывала ярко-розовые цветы бугенвиллеи. Проклятье! Какого дьявола он не выдрал этот куст с корнями в первый же день!

— Знаете ли, — продолжала Сэми, — я наняла того мужчину, который не понял объявления, помощником по хозяйству. И, надо сказать, он от моей затеи не в восторге. Хотя это и не его дело! В общем, он будет серьезным препятствием.

— Так увольте его, — как-то приглушенно посоветовал Сильвестр.

— Я не могу, — вздохнула Сэми.

— Это же так просто! Скажите ему: «Свободен, красавчик!» — вот и все.

Ной не мог понять, где находится Сильвестр, его голос звучал как из колодца.

— Я не могу этого сделать, потому что он — подарок моей матери. Что я ей скажу? Что он мне не нравится, потому что не хочет, чтобы я заводила ребенка от мужчины, которого вижу в первый и последний раз? Да она меня просто убьет! — Сэми помолчала, рука, срывавшая цветы, на мгновение застыла в воздухе. — Ей не понять, как я хочу ребенка…

— Именно для этого я и пришел, сударыня.

Сэми оперлась на подоконник и потянулась за следующей веткой. Если бы ее милый носик продвинулся вперед еще на дюйм, она бы непременно увидела Ноя. Более того, с этого ракурса ее блузка открывала куда больше, чем прятала. Ной еле слышно выругался, пытаясь заставить себя поступить как порядочный человек и опустить глаза. Силой заставив себя отвести взгляд, он уставился на сороконожку, ползущую в траве.

Сэми сорвала еще один цветок и принялась украшать розовыми бугенвиллеями волосы. В других обстоятельствах Ной счел бы эту картину достойной восхищения, но теперь он думал, скольких проблем удалось бы избежать, если бы он догадался отправить этот чертов куст в ближайший мусорный бак.