Хелена Фенн - Ничего не боюсь

Врачи осмотрели Брюса и, осторожно уложив его на носилки, дали кислород.

— У вас есть его история болезни? У него больное сердце? — спросил один из медиков, когда они уже собрались выносить Брюса из комнаты.

— Я… я не знаю, — прошептала Рейчел.

— Мы отвезем его в ближайшую больницу, если хотите, можете поехать с нами, — любезно предложил другой.

Рейчел снова села на кровать, вцепившись в ее край, и отрицательно мотнула головой, не в силах признаться, что она вовсе не жена Брюса.

Когда спустя час раздался телефонный звонок, она все еще сидела на прежнем месте.

— Ал-ло, — запинаясь, произнесла она.

Голос Дугласа был нежным и ободряющим.

— Привет, Рейчи. Что-то случилось?

Рейчел машинально провела по лицу рукой, словно вытирая уже давно высохшие слезы.

Она представила, как отвечает: «У Брюса случился сердечный приступ прямо в моей спальне». Нет, она не может рассказать Дугласу о происшедшем по телефону.

— Рейчи? — прервал Дуглас затянувшуюся паузу.

— Я думала, ты еще у своих, — тихо произнесла она, с трудом сдерживая рыдания.

— Я только что вернулся, — ответил он. — Остановился в отеле недалеко от аэропорта, мой самолет вылетает завтра рано утром.

Рейчел сглотнула подступивший к горлу ком и постаралась, чтобы ее голос прозвучал спокойно. У нее еще будет время рассказать обо всем Дугласу, когда он вернется.

— А куда… куда ты летишь?

— В Денвер. Рейчи, что все-таки случилось?

Она прикрыла глаза.

— Мы поговорим, когда ты вернешься.

Наступила долгая пауза.

— Это что-то, что я должен непременно узнать?

Рейчел кивнула, словно он мог видеть ее.

— Да, — призналась она. — Но я не могу все сейчас тебе рассказать. Мне нужно видеть тебя.

— Я могу сесть в машину и приехать. Через полчаса буду у тебя.

Рейчел отдала бы все что угодно ради того, чтобы сейчас рядом с ней в этой комнате оказался Дуглас. Но она знала его еще очень недолго, и у нее не было пока никаких прав, чтобы требовать этого.

— Не стоит, — мягко возразила она.

Говорить больше было не о чем. Дуглас пообещал позвонить при первой же возможности из Денвера, а Рейчел пожелала ему счастливого пути. Не успела она повесить трубку, как вновь, заставив ее вздрогнуть от неожиданности, раздался звонок. Если это снова Дуглас, она, пожалуй, уступит и разрешит ему приехать. Однако голос на другом конце провода оказался женским.

— Признаться, не надеялась застать вас дома. Думала вы в больнице: держите моего мужа за руку и клянетесь ему в вечной любви.

Рейчел зажмурилась, как от неожиданного удара. Звонила Сьюзен Томпсон, жена Брюса.

— Миссис Томпсон, я…

— Пожалуйста, не надо врать! Мне только что позвонили из больницы и сообщили, что у Брюса был сердечный приступ и случилось это в квартире его друга. Надо быть полной идиоткой, чтобы не понять, кто этот друг.

Решив, что разумнее всего оставить колкости без внимания, Рейчел спросила:

— Как чувствует себя Брюс? Ему лучше?

— Он в реанимации. Я сейчас еду туда.

Рейчел вздохнула с некоторым облегчением: ей было приятно узнать, что в столь трудные для него минуты Брюс не останется один.

— Миссис Томпсон, простите меня… за все.

На другом конце с треском бросили на рычаг трубку, разговор прервался. Все еще держа телефонную трубку в дрожащей руке, Рейчел слушала короткие гудки. Отключив телефон и в спальне, и в гостиной, она приняла горячий душ и легла спать.

Ее разбудил звон будильника и яркий солнечный свет наступившего утра. В памяти мгновенно всплыла картина лежащего на полу ее спальни Брюса. Господи, только бы все обошлось!..

Однако пора было идти на работу. Поэтому, хотя Рейчел и хотелось отвернуться к стене и натянуть на голову одеяло, она поднялась, накормила кота, приняла душ, нанесла макияж и сделала прическу. Затем, включив телефон, она решила позвонить в больницу.

Ей сообщили, что состояние Брюса стабилизировалось.

Мечтая поскорее увидеть Дугласа, который лишь один сумеет утешить и ободрить ее, Рейчел надела пальто, перчатки и вышла из квартиры.

Уже ближе к вечеру, когда Рейчел, поглядывая на часы, собиралась покинуть офис, позвонил Дуглас. Он собирался на ужин со своими клиентами, и в его голосе чувствовалась некоторая торопливость.

— Ну как ты, получше? — спросил он, и Рейчел угадала скрывавшуюся за этим вопросом целую бурю эмоций.

— Вообще-то не очень, — призналась она. — Но тебе не о чем беспокоиться. Со мной все будет в порядке.

Она мысленно видела, как он ищет запонки.

— Я прочитал о Брюсе Томпсоне в вечерних газетах, Рейчел.

Итак, он знает о сердечном приступе, и она больше для него не Рейчи. Неужели он и впрямь подумал, что она и Брюс?..

— Как быстро у нас распространяются новости, — с трудом выдавила она, прижимая руку ко лбу и облокачиваясь о стол.

— Это то, о чем ты не хотела мне вчера рассказать?

Не было смысла скрывать случившееся.

— Да. Это случилось в моей спальне, Дуглас.

Он долго молчал. Очень долго.

— Дуглас?

— Я здесь. Что он делал в твоей спальне? Или я не имею права задавать подобный вопрос?

Слезы полились ручьем, и она мысленно молилась, чтобы никто из сослуживцев не зашел в комнату и не застал ее в таком ужасном состоянии.

— О чем ты! Конечно, у тебя есть на это право. Он приехал уговаривать меня возобновить наши отношения. А я попросила его забрать подарки. Потом вспомнила еще про какие-то безделушки, которые он когда-то дарил мне. Пошла за ними в спальню, он — за мной. — Рейчел судорожно вздохнула и продолжила свой рассказ: — Ну вот. Он очень разозлился, стал кричать на меня, а потом… упал.