Сандра Мартон - Путь к сердцу мужчины

— Если вы думаете, что я имею какое-то отношение к этой головоломке, то ошибаетесь.

— Неужели?

— Точно.

Девушка поменяла позу. Шуршание нейлоновых чулок заставило его встрепенуться.

— Я догадалась, как все произошло. Теперь картина вырисовывается.

— Да? — Джо пытался сосредоточиться на дороге. — И как же?

— Ваша бабушка просто запуталась.

— А ты ни при чем, да?

— Можете не верить, но это так. Ей нужна была повариха для вас, которая жила бы в доме. А мне — работа и жилье. Все устраивалось удачно.

— Да уж, — с картинным энтузиазмом согласился Джо, — не сомневаюсь!

— Миссис Романо позвонила мне, и мы договорились о встрече.

— И когда ты к ней приехала, она сказала, что у нее есть внук, которому требуется повариха.

— Совершенно верно.

— А может быть, — продолжал он, ожесточаясь, — она поведала тебе, что у нее есть богатый, неженатый внук? И ты подумала: «Ага! То, что нужно».

— Я подумала и сказала, что, если он не женат и живет один, то я не смогу работать в его доме, — продолжила Люсинда, не обращая внимания на его предположение.

— А почему? — Он остановился перед очередным светофором.

— По кочану.

— Прекрасный ответ, крошка, он все объясняет. Весьма информативно. Так…

— Потому что это было бы неудобно.

«Неудобно?» — удивился Джо. Такого слова он не ожидал услышать.

— Неудобно?

— Да.

Он снова взглянул на нее. Девушка смотрела вперед, нервно сжав руками колени.

— Я бы чувствовала себя неловко в одном доме с молодым, неженатым представителем противоположного пола. Я так и сказала вашей бабушке. Объяснить ей было сложно, потому что… ну вы знаете… она плохо говорит по-английски.

— Плохо?

— Да.

Загорелся зеленый. Джо несся как на пожар и наконец влетел на дорожку, ведшую к дому нонны. Он резко затормозил.

— Но в конце концов она поняла меня, — закончила Люсинда.

Он наклонился к ней. Девушка выглядела такой милой и невинной, но Джо знал, что это лишь маска. Просто прикидывается, а сама выступает на мальчишниках.

— И добавила, что с этим не будет проблем, потому что ее внук…

— …гей.

— Да.

— И ты расценила это как вызов?

— Нет, конечно.

— Тогда как? Как возможность подцепить парня, который станет воском в твоих цепких руках?

— Вы спятили? Я просто поняла, что буду в безопасности. Если бы вы были геем, мне не пришлось бы опасаться ваших непристойных посягательств.

Непристойных посягательств, тупо повторил про себя Джо. И это говорит женщина, час назад сидевшая на стойке в его кухне и готовая отдаться ему.

— Потом она спросила меня, нравятся ли мне мужчины. А я ответила, что нет, после того как мой жених… В чем дело?

Джо вышел из машины, обошел ее, открыл дверцу и вытащил Люсинду на тротуар.

— Ни в чем. — И пошел к крыльцу. — Во всем! «Есть многое на свете, друг Горацио…» Интересно, нашелся бы в мире судья, который приговорил бы меня к заключению за убийство бабушки, учитывая все… Да, говорите мне «ты», а то глупо звучит…

Дверь распахнулась. Нонна Романо стояла на пороге, сияя невиннейшей из улыбок.

— Джузеппе, — пропела она, раскидывая руки для объятий. — И Лучана. Ну заходите, заходите.

— Ее зовут Люсинда, — понуро поправил Джо и обогнул бабушку, обнимая Люсинду за талию. — И хватит уже итальянского, будем говорить на старом добром, всем понятном английском.

Нонна нервно откашлялась, переводя взгляд с внука на девушку и обратно.

— Что-то случилось? Я выглянула в окно, увидела твою машину. Смотрю, ты не пошел к заднему крыльцу, как обычно, Джуз… Джозеф.

— Да, случилось. Еще как случилось, — огрызнулся он. — Ты говорила этой… женщине, что я… — Джо сделал глубокий вдох, — что я не люблю женщин?

— Нет. Да. Я имела в виду, таких, как она. Простите, синьорина, но вы не во вкусе моего Джозефа.

— Странно, когда мы встречались, она говорила по-английски гораздо хуже, — прошептала Люсинда. — Не могу поверить, что это та же самая женщина.

— Та же самая, — ухмыльнулся молодой человек. — Не так ли, нонна?

Та сделала шаг назад.

— Джозеф, мио бамбино, я только что поставила противень с маникотти в…

— К черту маникотти. — Джо отпустил Люсинду и сложил руки на животе. — Ты сказала ей, что я не интересуюсь женщинами. И когда она упомянула о том, что только что порвала со своим парнем…

— Женихом, — подсказала Люсинда. — Дома, в Бостоне. Я рассказала ей об этом, как и о том, что мужчины мне противны и я никогда больше не стану иметь с ними дела.

— Так все было, нонна?

— Ну… может быть, столько времени прошло. Знаешь, в старости память не та и…

— Это было неделю назад. И у тебя отличная память.

— Джо, я хотела как лучше.

— А получилось как всегда, — отрезал Джо. — Но на этот раз ты зашла слишком далеко. — Он обнял Люсинду за плечо и притянул к себе. — Знаешь, что ты сделала, нонна?

— Да, — заулыбалась та, — нашла тебе повариху.

Молодой человек засмеялся. Девушка попыталась высвободиться, но тщетно.

— Да она без поваренной книги и воды не вскипятит.

— Нет, она училась готовить во Флоренции.

— Чушь! — Его глаза сузились от гнева. — Эта девица умеет только кровь горячить.

— Что?

— Она проводит время, развлекая мужчин. Нонна схватилась рукой за сердце.

— Dio mio![8] — прошептала она.

— Неправда, — возмутилась девушка, — ничего такого я не делаю. Миссис Романо, ваш внук…

— И, — торжествовал Джо, — мало того, она даже не итальянка. Как тебе такой поворот, нонночка?

В глазах нонны блеснули слезы.

— Но вы же говорили, — бормотала она, — что вас зовут…

— …Люсинда Бэрри. Из семьи бостонских Бэрри, — напомнила девушка и сама удивилась. Неужели она так сказала? Впервые в жизни произнесла эту ужасную фразу, но на тот момент другая не подошла бы.

— Вот такие дела, — резюмировал Джо. — Готовить она не умеет, итальянских корней у нее нет, а интерес к мужчинам у нее профессиональный. — Он лучезарно улыбнулся Люсинде. Девушка вздрогнула от его взгляда и попыталась отстраниться, но его рука сжалась на плече еще сильней. — И вот что я тебе скажу, дорогая нонна.

— Что?

— Я решил, несмотря ни на что, ты все-таки была права.

Бабушка смотрела на него как на умалишенного, но он не собирался останавливаться. Отомстить ей как следует, чтоб неповадно было сводничать.

— Я наконец понял, что мужчина не должен прозевать свою женщину.

— Какую женщину? — удивилась нонна.