Шарон Берри - Репетиция брака

– Привет! Добро пожаловать в Челси!

Джейн подняла голову. Она сидела на корточках и пропалывала траву в кустах роз перед коттеджем. Перед ней стояла, улыбаясь, молодая пара. Мужчина и женщина, оба блондины, постарше двадцати лет, одетые в джинсы и одинаковые тенниски.

Улыбаясь, Джейн поднялась на ноги.

– Извините, что мы помешали вам, – сказала женщина, – но мы хотели познакомиться с вами. Меня зовут Луиза Коуэн, а это мой муж Хэнк. Мы живем на набережной недалеко от пляжа.

– А, верно, – сказала Джейн, – я видела там домики. Они просто чудесны! Но как вам этот океан, один вид которого захватывает дух?

– Иногда я думаю, что волны поднимутся и смоют все вокруг, – рассмеялась Луиза. – Мои родители все время напоминают мне и мужу, что мы дразним природу. Но я думаю, – добавила она, пожимая плечами, – что если вы хотите жить около воды, то вы должны быть готовы к неожиданностям.

Джейн не хотела никакой неожиданности. В Харборе природа не грозила разрушить ее квартиру, однако неожиданное вторжение Джека разрушило ее чувство безопасности и уюта.

Спохватившись, что она не представилась, Джейн сняла рабочие перчатки и протянула руку.

– Я Джейн Олден. – И кивнув в сторону дома, добавила: – А Чарльз ремонтирует веранду. – Сделав паузу, пояснила: – Он мой муж.

– Сегодня утром Хэнк встретил его в скобяном магазине, – кивнула головой Луиза.

Джейн не знала, как ей следует отвечать, поскольку Чарльз ничего не рассказывал ей о встрече с соседом. А потом, резонно подумала она, почему он должен был говорить о Хэнке? Чарльз не муж ее. Несомненно, он не думал о Хэнке Коуэне больше, чем о покупке кольца для нее. Она мельком взглянула на обручальное кольцо и подумала, что стоимость этого кольца, наверное, включена в список других скобяных товаров, подлежащих оплате департаментом.

Но ее интересовало, что он говорил о Томе. Хэнк, вероятно, подумал так, как от него ожидали: Том – сын Чарльза.

Джейн радовала растущая близость между Чарльзом и Томом. Красный мяч был только началом. Сегодня утром, когда Чарльз собрался в магазин скобяных товаров, он спросил ребенка, хочет ли он поехать в автомашине. Малыш так разволновался, что забыл про домашнее печенье, которое ел.

Хотя Джейн понимала, что общение с Чарльзом помогает ребенку пережить травму, нанесенную попыткой Джека похитить его, она была неприятно поражена готовностью малыша обойтись без нее. И она сказала об этом Чарльзу, когда собирала Тома.

– Я обещал ему, что мы купим красный грузовик, – сухо сказал Чарльз.

– Это можно назвать подкупом.

– Да, это так называют.

– В самом деле, Чарльз, я не считаю, что нельзя, чтобы он ожидал подарков от вас всякий раз, когда вы берете его с собой.

– Почему?

– Почему? Потому, что вы испортите его!

– Ну и что? Он будет ассоциировать красные мячи и красные автомашины, а может быть, и стаканчики с мороженым со мной вместо того, чтобы вообще бояться мужчин из-за Джека. Кроме того, я буду портить его всего один месяц, и он успеет стать маленьким монстром. После того как я уйду из его жизни, вы и воплощение образцового материнства, ваша сестрица, можете портить его в обратном направлении.

Насмешливо-презрительный выпад против Джесси рассердил Джейн, и она, естественно, хотела возразить, но Чарльз и Том шли уже к машине, и Джейн решила про себя, что лучше не возражать. Конечно, с точки зрения Чарльза, Джесси вела себя не очень ответственно.

Теперь, обращаясь к Луизе и Хэнку, она сказала:

– Думаю, что Чарльз будет рад снова вас видеть, Хэнк. Я как раз собиралась приготовить нам что-нибудь выпить! Вы не присоединитесь к нам?

– Милая, разве я не говорил тебе, что нам следует подождать до второй половины дня? Ведь Олдены заняты! – сказал Хэнк своей жене.

– Хэнк прав, Джейн, – добавила Луиза, – мы не хотим вам мешать.

– Глупости! Я все равно собиралась закончить через несколько минут. Я рада, что вы пришли! – ответила Джейн, по-настоящему радуясь возможности побыть с посторонними людьми. После их прибытия сюда четыре дня назад она разговаривала только с продавщицей в ювелирном магазине и с девушкой-контролером в супермаркете. Им не нужно было часто появляться на людях, но она не привыкла к такой изоляции.

Пребывание в одиночестве, по всей видимости, порождало сознание, что она нравится Чарльзу. Ее приводила в восхищение дистанция, которую он установил между ними; ей было любопытно узнать что-то из его прошлого в тех рамках, которые он допускал, и что самое опасное из всего, ей была любопытна реакция на него ее собственного тела.

В худшем случае она могла бы объяснить свою реакцию физическим любопытством, а в лучшем – эмоциональным, раздражающим осложнением, с которым она не знала, как бороться.

А в моем возрасте это полагалось бы знать, мрачно думала она, собирая садовые инструменты. Ее осторожность в отношении мужчин, главным образом из-за Роберта и благодаря наблюдению за отношением Джесси к Джеку, стала автоматической. И все же в тысяче разных случаев Чарльз вел себя по-другому, и эта несхожесть в поступках лежала в основе ее собственных запутанных эмоций.

Она собрала сорную траву и оставшийся с зимы мусор в пластиковое ведро. Глядя на розовые кусты, она вдруг с болью поняла, что в июле, когда зацветут розы; ее здесь не будет.

Луиза и Хэнк пошли с ней к веранде, где Чарльз устанавливал дверцу для защиты Тома. Малыш счастливо играл на полу с новым красным грузовиком.

Приближаясь к Чарльзу, она быстро проглотила слюну и взяла себя в руки. На южной стороне коттеджа было теплее, и поэтому он был без рубашки. На голове его была широкая лента, а на теле – обтягивающие джинсы. На Джейн были трикотажные брюки и блузка. Для Луизы и Хэнка они с Чарльзом, вероятно, казались стереотипной супружеской парой, которая не спеша занята по утрам какой-то хозяйственной работой.

– Чарльз!

Не поднимая головы, он завернул последний болт и проворчал:

– Я надеюсь, что Балтер не будет артачиться насчет ворот. Я говорил о ремонте, а не о пристройках.

– У нас гости! – быстро сказала она, прерывая его воркотню.

Он поднял голову. Его волосы, подвязанные лентой, были иссиня-черные на ярком солнце. Джейн увидела струйку пота, сбегавшую по его груди и исчезавшую в спутанных черных волосах на груди.

Он отложил отвертку и выпрямился.

– Хэнк, рад видеть тебя снова! И спасибо тебе за дверцу, это была блестящая идея! – Он положил руку на шею Джейн и говорил так, как если бы он только что вернулся из магазина скобяных товаров и рассказывал ей о встрече с Хэнком. В соответствующих местах она согласно кивала головой. – Я рассказал ему, что мы находимся на отдыхе, а для детского манежа в доме нет места. Он предложил, что для этих целей можно использовать веранду, если сделать на ней дверцу.