Слишком долго была хорошей - Мира Айрон

всего достоинство. Сама же недавно сказала, что ты уже не девочка, потому не будь смешной.

— Я только и делаю, что излучаю достоинство, мама, — ровно и спокойно ответила Элина. — Мне уже равных нет в этом занятии. А если вдруг кого-то повеселит моё поведение, то нет проблем. Пусть люди смеются, это полезно для здоровья.

— Лина, ты что, серьёзно? — глаза Алевтины Ильиничны расширились от удивления. — Ты собираешься впустить в свою жизнь какого-то непонятного мужчину? Человека, с которым ты общалась сорок лет назад, в глубоком детстве? Ты понимаешь, сколько воды утекло с тех пор? Языком-то молоть он может всё что угодно!

— Не собираюсь впустить, а уже впустила, — пожала плечами Лина.

— У тебя что, запоздалый кризис среднего возраста?

— Можешь ещё какой-нибудь диагноз поставить мне навскидку, мама? В любом случае я не хочу и не буду больше об этом говорить.

В подтверждение своих слов Лина вернулась к уборке. Алевтина Ильинична всплеснула руками, но не смогла ничего возразить дочери.

Однако, зная свою маму, Элина не обольщалась: прекрасно понимала, что тема не закрыта, и ругала себя за излишнюю болтливость.

А кому ещё рассказать, как не маме? Молодым вряд ли интересно. А мама — это же, по идее, самый близкий человек. Родная душа, которая всегда поддержит и искренне порадуется за тебя.

Дожив до пятидесяти двух лет, Лина так и не смогла принять тот факт, что далеко не все матери и не всегда принимают сторону своих детей. Она по-прежнему очень любила свою маму и прекрасно понимала, что Алевтина Ильинична точно не из тех матерей, которые завидуют успехам собственных детей и не желают им добра. Нет. Просто её мама никогда не умела и не хотела приспосабливаться к людям и к ситуациям; она всегда считала своё мнение, представление о добре и свою картину мира единственно правильными и пыталась подогнать под собственные идеалы всех и вся. И до сих пор пытается.

Однако как только покинула квартиру родителей, Лина сразу перенеслась мыслями к грядущему вечеру. Валера ждёт её на ужин!

Сначала она задумалась о том, какой вклад можно внести в подготовку, что купить. Может, пирожное? Или торт? Или фрукты? Элина уже повернула к супермаркету, но остановилась на половине пути и мысленно ударила себя по рукам.

Она не должна вмешиваться и вносить коррективы! Пусть Валера проявит себя и сделает всё так, как задумал.

Как выяснилось позже, мысль эта оказалась весьма здравой, поскольку Мизгирёв справился с подготовкой ужина превосходно. Меню было классически простым, без экзотики и изысков, но зато мужчина приготовил всё сам, а не заказал доставку. Покупной был только торт. Валерий признался, что хоть и любит сладкое, кондитером от этого не стал.

Так был положен задел на следущий вечер: Элина пригласила Валерия на чай с тортом её собственного приготовления. Именно за чаем с тортом Мизгирёв изложил Лине планы по поводу будущего путешествия.

— Я забронировал билеты в Архангельск на первое августа. Погуляем там несколько дней и там же сориентируемся по дальнейшему маршруту. Думаю, найти автобусный тур труда не составит. Запланировал поездку на август, поскольку до этого мне ещё нужно будет съездить в поле на десять дней. Прилетят коллеги из Санкт-Петербурга.

— Ты уже что-то оплатил? Сразу скажи мне сколько нужно внести…

— Об этом не беспокойся, я разберусь сам.

Мизгирёв сказал это не снисходительно и не оскорблённо, а спокойно и по-деловому. В общем, как-то так, что Элина тут же всё поняла и прикусила язык. Правда почти сразу у неё возник вопрос на другую тему.

— Валера, я подумала по поводу университетской библиотеки. Мне нравится твоя идея. Думаю, что я справлюсь. Но, если возможно, мне бы хотелось приступить к работе уже после поездки, ближе к осени.

— Думаю, это правильное решение, — и по поводу работы, и по поводу сроков, — согласится Валерий. — Итак, мы с тобой достигли договорённостей почти по всем пунктам.

— Почему «почти»? — удивилась женщина.

— Потому что я ещё не сделал тебе предложение.

— Предложение? — испугалась Лина. — Вот так сразу?!

— Считаешь, что мы ещё недостаточно долго знакомы? — поднял брови Мизгирёв.

— Валера, вот ты смеёшься, а дело-то серьёзное!

— Ничуть не смеюсь, Лина. Мне просто совершенно не хочется терять ни минуты времени, которое я могу провести с тобой.

И тут Элина сделала то, чего никак не ожидала от себя. Точнее, сказала то, что ей не могло даже присниться.

— Я тоже не хочу терять ни минуты времени, которое могу провести с тобой, Валера. А ты… переезжай ко мне! Предложение можно и потом сделать.

— Думаешь, я откажусь? — тут же нашёлся Мизгирёв. — Только вот… почему я к тебе, а не ты ко мне?

— Потому что я не уезжаю в длительные командировки и, соответственно, больше времени буду проводить дома. А мне привычнее здесь. Не обижайся только!

— Даже и не думал обижаться. На что? Я счастлив, что у тебя хватило смелости сделать такой решительный шаг. Что ж, признаю твою правоту. Когда можно начать собирать вещи?

— А пойдём вместе собирать?

На том и порешили. Валерий переехал, а точнее, перешёл к Лине в тот же вечер. А через два дня, когда они вместе готовили ужин, раздался звонок в двери. Как оказалось, в гости к Элине пришли её родители.

— Мама? Папа? — удивлённо спросила Элина, переводя взгляд с хмурого лица Алевтины Ильиничны на растерянное — Владислава Ивановича. — А почему вы без предупреждения?

— И что? Теперь ты нас на порог не пустишь, если без предупреждения? — с вызовом спросила мать. — Вот времена настали! Родные люди должны заранее ставить в известность о своём визите.

— Аля, — тихо и укоризненно предупредил жену Владислав Иванович. — Спокойнее.

— Конечно, впущу, мама! — Лина посторонилась. — Просто я удивлена. Если есть возможность предупредить, почему не сделать этого? Ведь меня могло не оказаться дома, вот в чём дело!

— Да, а замки ты поменяла, — усмехнулась мать.

— Разумеется, — пожала плечами Элина. — Мой дом — моя крепость.

— Лина, всё в порядке? — в дверях появился Валерий, который вытирал руки кухонным полотенцем. — Здравствуйте!

Он сразу узнал родителей Элины, поскольку не только помнил их с детства, но и не один раз встречался с ними во дворе дома за прошедшие с его возвращения годы.

— Здравствуйте! — кивнула Алевтина Ильинична и бросила многозначительный взгляд на мужа, но тот лишь протянул Мизгирёву руку.

На жену не смотрел.

Лина порадовалась тому, что они с Валерой решили приготовить на ужин овощное рагу и отварить молодой картофель, а не затеяли что-нибудь порционное. Теперь хоть не придётся в спешном