Будь моей - Мария Летова

но сношу это молча, как и бесцеремонную хватку на своей руке.

– Эй, малыш… мама сейчас вернется, – лепечет Крис за моей спиной. – Давай я включу тебе «Три кота»…

Стащив вниз по ступенькам, Влад разворачивает меня лицом к себе и больно сжимает плечи, опустив на них обе ладони. Заглядывает мне в глаза, говоря опасно низким голосом:

– Какого хуя, Арина?

– Не… ори… на меня, – прошу его сипло.

Он бросает взгляд на веранду поверх моей головы. Выдыхает так, что крылья его носа шевелятся, я же, наоборот, дышу маленькими порциями.

– Я не пропустил ничего важного?! Не пропустил? – Обрушивает на меня стальной холод своих глаз.

– Я знакома со шкалой твоих ценностей! – выплескиваю на него в ответ. – Семьи в ней нет.

Он встряхивает мои плечи, гаркая:

– Ты ни хрена о моих ценностях не знаешь. Я хочу провести с ней время. С… – он запинается, и его голос ломается. – С Софи.

– Не сегодня…

– Сегодня. Сейчас. Прямо, твою мать, здесь и сейчас, – говорит с горечью и вдавливает свой лоб в мой так, что мне приходится зажмурить глаза. –  Блять, Арина… как ты могла смолчать о ней…

Мне физически больно от его близости, от боли в его словах и от того, что мне это не безразлично.

– Я не знала, где тебя искать. Ты просил от тебя отстать!

– Не пудри мне мозги! Это не тот, блять, случай, когда стоило выполнять мою гребаную просьбу!

– Ты был женат! Я не хотела мешать твоему гребаному счастью. С дорогим для тебя человеком!

– Это твоя месть? Очень жестокая. – Он отталкивает меня от себя и трет ладонью лицо, отворачиваясь.

– Мы тебе были не нужны! – бросаю с горечью ему вслед. – Признай это! Ты бы отправил меня на аборт, ну, признайся! Я никогда не вписывалась в твою жизнь, даже одна. Что говорить о ребенке?

– Не манипулируй моим прошлым, – бросает резко и зло. – И не выдумывай ерунды. Мы никогда не узнаем, как бы я поступил, не вешай на меня ответственность за свой поступок.

Он кружит на месте, запуская в волосы пальцы, вновь и вновь возвращаясь взглядом к Софи, которая машет нам ладошкой. И мне в очередной раз за день становится тошно, когда Влад в ответ поднимает свою ладонь.

Я вижу, как, перебросив ногу через цветочный ящик, Андрей спрыгивает с веранды и идет к нам. Вырастает передо мной, развернув к себе за локоть.

– Че происходит? – На его лице непонимание и удивление. – Вы орете на всю улицу.

Влад бросает на него горящий взгляд, и я вдруг понимаю, что он, в отличие от меня, не собирается делать тайны из своего отцовства.

– Твоя племяшка – моя дочь.

– Не понял. – Лицо брата превращается в калейдоскоп эмоций, его завершает полный шок.

– Че ты не понял? –  усмехается Влад.

– Ты, блять, шутишь сейчас?! – Андрей хватает его за футболку, заставляя остановиться, и переводит взгляд на меня.

Отвечаю ему молчанием, отворачиваясь.

– Какого хера тут происходит?! Ты пять лет назад мою сестру трахал?

– Прекратите… – Вклиниваюсь между ними и толкаю Андрея в грудь, заставляя сделать шаг назад. – Вы Софи напугаете, если подеретесь…

– Ты совсем охуел, Градский?! – выкрикивает над моей головой, пытаясь до него дотянуться. – Тебе телок было мало?! Ты, блять, конченый пидорас! – лицо и глаза Андрея наливаются кровью.

– Тебя это не касается! – взвиваюсь я.

– Еще как касается!

– Давай спокойно поговорим, – Градский смотрит на него, становясь холодным и отчужденным.

– Сажай свою жопу в тачку и пиздуй отсюда. Не заставляй себя бить, – гневно бросает ему Андрей.

Влад бесстрастно кивает и смотрит на меня, когда я оборачиваюсь к нему:

– Завтра с тобой свяжется мой юрист.

– Нет, – отрезаю я.

– Да, – отвечает. – Я планирую с ней видеться. И дать столько, сколько смогу. Свое отчество, фамилию и время.

– Я не дала согласия!

– Я его и не спрашивал.

В последний раз бросив взгляд на Софи, Влад разворачивается на месте и идет к машине. Хлопает водительской дверью так, что у меня закладывает уши.

Его автомобиль срывается с места, свистя шинами.

Я тоже разворачиваюсь, чтобы взять Софи и убраться подальше отсюда, но Андрей тянет меня к себе.

– Погоди… Он… что, тебя заставил? Больно сделал? – спрашивает хрипло. – Ты поэтому молчала?

Его глаза лихорадочно горят. Я не видела его таким взвинченным и растерянным ни разу в жизни.

– Нет! – говорю шокированно. – Что за чушь ты несешь?! Он бы никогда… Я… сама хотела…

– Ты мне врешь? Я его убью…

– Я любила его, ясно! – Пытаюсь вырвать свою руку. – И это… скорее я заставила…

Он в неверии качает головой.

– Просто, блять, поверить не могу… Ты и Влад. Софи.

– Отпусти…

– Арина… мы ни хера не договорили.

– Андрей! Не заставляй себя бить! – ору на него впервые в жизни, потому что уже нахожусь на пределе.

Он разжимает пальцы, и я несусь назад в кафе, уже зная, что теперь в моей жизни больше ничего не будет как прежде.

Глава 14

Влад

– Ты хочешь, чтобы я их напугала? – слушаю голос своего юриста в гарнитуре мобильного.

Пытаюсь не сбиться со счета, качая пресс в отельном спортзале.

Голова раскалывается, кофе, который выпил наспех, просится назад.

В шесть утра здесь, кроме меня, никого. Мой короткий сон в последние дни с привыканием к разнице во времени никак не связан. Все, на что способен по ночам в последние два дня, – пялиться в потолок или бездумно переключать ТВ-каналы. Добровольная изоляция, которая нужна мне, чтобы поставить мозги на место.

– Что ты имеешь в виду? – спрашиваю на выдохе.

– Из того, что имеем, – здесь есть с чем работать. Пять лет скрывали ребенка. Они продолжают препятствовать общению?

– Они не будут препятствовать, – говорю устало.

– Обычно в таких случаях лучше договориться миром, понимаешь? Встретиться и все обсудить.

Договориться миром?

С горечью усмехаюсь.

Боюсь представить, какой кол для моей задницы приготовят родители Арины, когда узнают, кто отец их внучки.

Я не планирую избегать этого разговора, но мне нужно остыть. Мой самоконтроль сыплется, как карточный домик. Никакого гребаного дзена не хватит, чтобы моя реальность осталась в том же состоянии, что и два дня назад.

Я позвонил Инге только потому, что обсудить эту проблему мне больше не с кем. Она слишком личная, а у Инги холодная голова, мертвая хватка и отличное понимание профессиональной тайны.

Пока молчу, она продолжает размышлять вслух:

– Ты хочешь отсудить девочку? У меня есть люди в Москве. Мы можем попробовать…

– Господи, уймись… – прошу.

Сажусь на пол и