Марша Мэннинг - Снисходительный любовник

— Чтобы быть с мисс Ирвин, я полагаю?

— Ты не должна быть такой ревнивой, — запротестовал он. — Из-за чего? Я всего лишь сказал Грейс «привет», проходя мимо. Вот и все.

— Так, значит, ты всех обычно целуешь, проходя мимо? — Дженни сама удивилась той страстности, с которой она говорила. — Так ты, выходит, и меня так же целовал? К тому же ты обещал повести меня сегодня на танцы. — Она чувствовала, что дрожит.

— Я хотел сопровождать тебя сегодня на танцы, Дженни. Я собирался это сделать. Но тут Большой Брат отправил меня паковать вещи, чтобы уладить эту сделку с древесиной и фруктами в Галифаксе. Я правда пытался позвонить тебе перед отъездом, но, кажется, у вас был отключен телефон.

— Папа собирается подключить его в эти выходные, — объяснила Дженни. — В любом случае ты мог написать мне или дать знать каким-нибудь другим способом.

— Я не думал, что это будет правильно, — сказал Лэрри. — Нет смысла давать повод к сплетням. Но теперь я здесь и ты тоже, так что к чему расстраиваться? Расслабься, Дженни. Давай наслаждаться.

Его улыбка была ласковой и убедительной, а карие глаза заглядывали ей в глаза, чтобы заставить смягчиться, но это было не так просто сделать.

— Я здесь потому, что Джад пригласил меня, — возразила Дженни. — Я могла, конечно, прийти и с твоей семьей. Твой брат тоже приглашал меня.

— Брюс приглашал тебя?! — Лэрри был так удивлен, что остановился и пропустил па. — Он никогда в жизни не приглашал девушек на танцы!

— Он пригласил меня, — повторила Дженни. — Он сказал, что не хочет, чтобы я подумала, что Кэмероны повели себя грубо, так внезапно отослав меня из дому в воскресенье, и поэтому предложил присоединиться к его компании. По крайней мере, это было вежливо с его стороны.

Она удивилась, услышав, как Лэрри выругался вполголоса.

— Так вот в чем дело! — сказал он. — Я должен был догадаться. Прости, дорогая. Меня нужно было убрать — я еще подумал, что это странно, когда Брюс сказал мне, что эта сделка возникла так внезапно, — но я и не подозревал… Конечно. Это просто была уловка, чтобы отделаться от меня. Ему не нравятся наши отношения, особенно из-за того, что ты гораздо красивее Грейс и моложе, поэтому он решил, что она может рассердиться из-за тебя. Поэтому мне пришлось уехать. Вот и истинная причина, Дженни.

Она увидела, что он улыбается, снова вовлекая ее в танец.

— Ты уверен, Лэрри? — спросила Дженни. — Мне кажется, что твой брат не может вести себя так ужасно.

— Это совершенно в духе Черного Брюса, — ответил Лэрри. — Он всегда поступает по-своему, не важно, чего это стоит окружающим, и безжалостен до тех пор, пока не добьется своего. Он решительно настроен на то, что я должен повести Грейс к алтарю этой осенью. А я полон решимости этого не делать.

— Мне кажется, она была бы тебе неплохой женой, — сказала Дженни. — Твоя мать, кажется, любит ее. Она хорошенькая, и, похоже, у нее есть какие-то деньги.

— Куча денег, но какое это имеет значение? Я не собираюсь жениться на Грейс, поверь мне, дорогая.

Дженни так хотела верить ему.

Он снова засмеялся:

— Я, разумеется, нарушил его планы на сегодняшний вечер. И я собираюсь преподать ему еще один урок прежде, чем закончатся эти танцы.

— Что ты собираешься сделать, Лэрри? — спросила Дженни.

Он не ответил, так как музыка смолкла. Музыканты стали расходиться с помоста, и люди задвигались. Очевидно, наступил перерыв.

— Я отведу тебя назад к твоему столику, — сказал Лэрри, — чтобы не возникли сплетни. Но в десять часов ты выйди в холл, как будто собираешься в дамскую комнату. Последняя дверь налево выходит на крыльцо. Я буду тебя там ждать.

Он довел Дженни до ее стула, перемолвился несколькими репликами с Джадом и отошел. Наконец пробило десять часов. Дженни извинилась и вышла из ресторана в холл. Проходя мимо столика Кэмеронов, она постаралась не смотреть в их сторону, хотя ей показалось, что Брюс взглянул на нее. Она нашла ту дверь, о которой говорил Лэрри. Она вела в маленький зимний сад со стеклянной крышей и цветущими растениями на полках и в кадках. Комната была освещена несколькими тусклыми лампами. Когда Дженни нерешительно заглянула туда, из-за колонны появилась рука Лэрри. Он увлек ее за колонну, они спустились вниз на пару ступенек в уголок, увитый виноградом.

— Здорово, не правда ли? — Он засмеялся. — Наша личная комнатка. Никто нас не увидит здесь, даже если войдет. А теперь поцелуй меня, Дженни и скажи, как ты рада снова увидеть меня.

— Ты знаешь, что я рада. Но только…

Он остановил ее поцелуем, надолго прижавшись к ней губами.

— Помолчи… Любишь меня? Любишь меня изо всех сил? Хм-м, я скучал по тебе, когда был в Галифаксе, Дженни Дин. Всю неделю, с тех пор как видел тебя последний раз в Лаверберн-Харбор. Ты так непохожа на других. Я с ума схожу по тебе.

Они тесно прижались друг к другу, целуясь снова и снова, говоря о своих отношениях, одни в этом крошечном зеленом мирке, который был таким уютным и закрытым. Все сомнения Дженни испарились, словно туман при свете солнечных лучей. Они любили друг друга, и все остальное уже не имело значения. Она не знала, как долго они оставались в этом месте, пока внезапно не раздалось резкое щелканье и темноту прорезал луч света. Голос Наоми Кэмерон донесся сквозь листву:

— Здесь никого нет. Грейс, должно быть, ошиблась.

— Наверное, они ушли в сад, — сказал другой голос, который был незнаком Дженни. — Не могут же они сидеть на заднем сиденье машины Лэрри?

— Пойдем посмотрим, Джин.

— Странно, ведь официант сказал, что Лэрри пошел сюда. Наверное, он ошибся.

— Да, мальчик сходит с ума от каждого нового личика, Джин. Я должна это признать.

— Ну что ж, мы спасем Грейс от унижения, если сможем. Их здесь нет, Брюс. Посмотри сам.

Лэрри крепко держал ее, прижав ее щеку к своему смокингу. Она слышала каждое слово и движение людей, находящихся в каком-то фунте от них, но совершенно скрытых от них обильной блестящей листвой виноградных плетей. Люди начали уходить, их шаги гулко раздавались на плиточном полу. Яркий свет исчез, и осталось вновь лишь тусклое освещение.

Не успела Дженни испустить вздох облегчения, как раздался стук высоких каблучков и виноградные листья разошлись в сторону. На них сердито смотрели темные глаза Грейс.

— Я подумала, что ты наверняка не забыл секретный ход, который мы обнаружили, когда еще были детьми, — сказала она Лэрри. — Тогда ты всегда воображал себя принцем, не так ли? Выходи, и давайте послушаем последние сказочные известия.

Лэрри отпустил Дженни и поднялся на две ступеньки, чтобы взглянуть в лицо Грейс. Позади нее маячила высокая фигура Брюса. Он ничего не говорил, а только слушал такие же страстные возражения Лэрри: