Натали Иствуд - Поздняя весна

Из динамика полилась оркестровая музыка, включили камеры, и Артур, подтолкнув качели, пробурчал:

— Да расслабься ты, наконец! Сидишь словно кол проглотила.

Внезапно Джуди поняла, что не знает, как себя вести. Она привыкла играть Саманту в джинсах с дурацкой стрижкой, но что должно делать это эфемерное создание в кружевах?!

— Да я расслабилась! — прошипела она, отметив про себя, что разговаривать с Артуром, не видя его лица, намного легче. — И вообще, обойдусь и без твоих советов.

— А я не желаю по твоей милости торчать перед камерой до полуночи! — парировал он. — До чертиков надоело!

— По моей милости?! А при чем тут я? Тоже мне Грегори Пек нашелся!

— Стоп! — крикнул со своего места Алекс. — Ребята, что-то не похоже, что вы без ума друг от друга. И потом, прошу не забывать: кое-кто из зрителей умеет читать по губам.

Джуди смутилась и, чтобы скрыть это, подняла голову и выпалила прямо в камеру:

— Да как можно играть такую хрень!

Качели остановились, Алекс поднял козырек бейсболки и, нахмурясь, предложил:

— А можно поспокойнее? Ну-ка, попробуем еще разок. Приготовились? Начали!

Но и следующий дубль получился ничуть не лучше. И не только он один. Джуди не могла расслабиться, а Артур явно не был расположен ей помогать. Он вел себя так, словно с трудом ее переносит. В результате они выбились из графика, а Джуди окончательно выбилась из сил.

Алекс велел звукооператору выключить музыку и направился к ним. Джуди спрыгнула с качелей и с надеждой спросила:

— Перерыв?

Режиссер помотал головой и тихо сказал:

— Джуди, я все понимаю, у вас нет опыта и вы наверняка испытываете неловкость, но…

— Ну что вы! Мне очень даже ловко, — заверила она. — И удобно. Удобнее не бывает!

Режиссер тяжко вздохнул и обратился к Артуру:

— Но ты-то не новичок! Помоги ты ей, ради всего святого!

— Ладно, — буркнул тот. — Сейчас подработаем. Дай минут пять порепетировать.

— Мы уже и так выбились из графика! Какие еще пять минут?! Джуди, вы как, готовы?

Она молча кивнула.

— Алекс, сделай музыку погромче! — попросил Артур. — Чтобы мы могли спокойно разговаривать.

Алекс кивнул и вернулся к камере. Подбежала гримерша и подправила грим. Снова заиграла музыка. Джуди похолодела. Она забыла побрызгать во рту. А вдруг у нее несвежее дыхание?!

— Работаем! — заорал режиссер, стараясь перекричать музыку. — Мотор!

Джуди повернулась к Артуру и увидела, что тот пристально изучает ее, словно видит впервые. И вдруг, прямо у нее на глазах, он стал уходить в себя. Ей уже приходилось наблюдать подобное, когда он готовился к трудной сцене, но она еще ни разу не видела процесса перевоплощения так близко. На миг он застыл с отсутствующим выражением, словно находясь в полной прострации, а потом стал меняться. Казалось, он входит в фокус перед ее глазами, причем в совершенно новом виде. Глаза излучали тепло, черты лица стали мягче, складки вокруг рта разгладились… Кого же он ей напоминает? Да, он точно похож, но на кого?

А потом Джуди вспомнила: таким она видела Артура в своих мечтах.

Взяв за руку, он повел ее к дереву.

— А тебе идет это платье, — улыбнулся он.

— Правда? — обрадовалась она.

— Спорим, у тебя под платьем джинсы?

— Ничего подобного! — возмутилась она.

Артур положил руку чуть пониже поясницы и легонько нажал.

— Действительно. Никаких джинсов.

По телу Джуди пробежала дрожь. Он стоял так близко, что тепло его тела согревало ее сквозь тонкое кружево платья.

— Мне сесть на качели? — чуть запинаясь, спросила она.

— А ты хочешь?

— Нет, я… — Джуди опустила глаза, но он кончиками пальцев коснулся ее подбородка и заставил посмотреть ему в глаза.

— Ты только не бойся.

— А я… и не боюсь.

— Не боишься?

— А чего мне бояться? — печально улыбнулась она. — Я же не Саманта. И это не мои мечты. Это все придумки сценаристов. Они…

— Какая разница, чьи это мечты? — понизив голос до доверительного шепота, словно они были одни во всем мире, произнес Артур. — Давай насладимся ими вместе!

У Джуди перехватило дыхание. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь листву, играли на его лице причудливыми бликами, и она не могла оторвать от него взгляд.

— Насладимся? — еле слышно повторила она. — А как?

— Дотронься до моего лица, — шепнул он. — А потом я до твоего.

Джуди пошевелила пальцами, но рука так и осталась у бедра. Она хотела ее поднять, но у нее ничего не получилось. И тогда Артур нежно сжал ей запястье и стал поднимать ее руку к своему лицу, пока она не коснулась его щеки. А потом отпустил ее, давая действовать самостоятельно.

И Джуди, удивляясь себе, провела кончиками пальцев по его щеке, подбородку, запоминая каждую впадинку и каждый подъем… Не в силах остановиться, она скользнула рукой к его рту и принялась исследовать контур губ.

Улыбаясь, Артур поднес свою руку к ее губам. Чуть касаясь, обвел губы, провел по подбородку, щеке, а его глаза смотрели на нее с нескрываемым восхищением. И внезапно она увидела себя его глазами и почувствовала себя по-настоящему красивой.

— Джуди, сейчас я тебя поцелую, — шепнул он.

Губы у нее раскрылись, сердце застучало как бешеное. Артур наклонил голову, и его теплое дыхание коснулось ее щеки. Он притянул ее к себе так осторожно, словно боялся, что она растает у него под руками, а потом коснулся губами ее рта. И поцеловал.

Поцелуй был чист. Это был поцелуй, пробуждающий Спящую Красавицу, поцелуй из сказочного сна.

И Джуди показалось, что музыка звучит у нее в душе.

Когда их губы оторвались друг от друга, он с улыбкой спросил:

— А ты знаешь, какая ты красивая?

Утратив привычную болтливость, Джуди молча покачала головой. Артур оторвал ее от ствола дерева и, выведя в пятно света, снова поцеловал. А потом потянулся, сорвал с дерева лист и пощекотал ей нос.

Джуди хихикнула.

— А ты, наверное, легкая как перышко, — сказал Артур и, не дав ей ответить, подхватил ее на руки и медленно закружил.

Кружевной подол платья трепал ветерок, Джуди запрокинула голову и тихонько засмеялась. Солнечные лучи зажгли искры в ее черных волосах.

— У тебя голова не кружится? — спросил Артур, посылая ей ответную улыбку.

— Нет… Да…

Он поставил ее на землю и, придержав за талию, не дал покачнуться. Потом снова закружил в танце, скользя из тени на свет и обратно. Джуди чувствовала себя легкой и грациозной, до боли живой, словно заколдованная принцесса в сказочном лесу. Притянув к себе, Артур снова ее поцеловал.