Кэтрин Гарбера - Такой желанный… враг

Она оперлась рукой о кровать, а он терся об нее, такой огромный и жаркий. Джесси не могла дождаться, когда он наконец войдет в нее. Она еще никогда в жизни так не ждала секса. Джесси была абсолютно готова. «И мне это нравится», — подумала она. Она не хотела больше контролировать свои эмоции, она хотела все отпустить и наслаждаться, даже если это делало ее уязвимой.

Он наклонился над ней и зашептал ей в ухо грязные сексуальные слова, чтобы возбудить ее еще сильнее. Алан говорил о том, что он собирается с ней сделать и как глубоко хочет в нее войти. Джесси отвела бедра назад, готовясь принять его, и уже почувствовала в себе конец его плоти.

— Черт, дай мне секунду, — сказал он.

Он отвернулся. Раздался щелчок — Алан открыл набор для бритья, стоявший на прикроватной тумбочке. Джесси бросила взгляд через плечо и увидела у него в руках пачку презервативов. Она забеспокоится о том, что он планировал этот секс, но это случится позже.

Алан снова подошел к ней сзади, обнял ее за талию и поцеловал в шею. Затем спустился губами по позвоночнику и обнял ее за грудь, слегка надавливая на соски. Наконец он устроился между ее ног, одной рукой спускаясь к клитору. Его пальцы слегка нажали, и Джесси задрожала под его прикосновением. Затем он отвел руку, заставив ее громко застонать.

И снова он был готов войти в нее. Он дразнил ее самым концом члена, а она наслаждалась его отрывистыми прикосновениями, но желание было сильнее ее. Она изогнулась, приглашая его проникнуть, но он снова отодвинулся, затем наклонился к ее уху и прошептал:

— Хочешь меня?

— Да, — прошептала она, ненавидя свой срывающийся хриплый голос. — Черт, Алан. Ты нужен мне. Хватит играть.

— Но ожидание — лучшая часть процесса, — произнес он, снова прислоняясь к ней.

— Нет. Отдаваться — лучшая часть, — возразила она.

Она услышала его стон, и он вошел в ее тело одним долгим мощным движением. По телу Джесси пронеслись первые волны надвигающегося оргазма. Алан замер и начал целовать ее шею и гладить кожу.

Это было слишком. Она хотела, чтобы он двигался в ней, доводя ее до самого края. Ей не нравилось это ожидание, от которого мурашки бегали по всему телу.

— Хватит ждать. Возьми меня.

— Рано. — Слово прозвучало так, словно он произнес его через стиснутые зубы.

Она сжалась вокруг него и снова услышала стон Алана. И он наконец начал двигаться. Его бедра работали с такой силой, что с каждым разом он заходил все глубже. Пока не достиг заветной точки.

Джесси прогнулась назад, чтобы с каждым новым ударом он заходил так же далеко, потому что почувствовала приближающийся ураган оргазма. Алан горячо дышал ей в шею и двигался все быстрее и быстрее, пока Джесси не почувствовала цунами оргазма. Алан выкрикнул ее имя и вошел в нее последние три раза, упав головой ей на плечи.

Он поцеловал ее. Так нежно и чувственно, что у Джесси заныло сердце. Предполагалось, что он — высокомерный плейбой. Он не должен был целовать ее таким образом. Он не должен был быть нежным. Он должен был вести себя как… как Алан.

Джесси замотала головой и притворилась, что привыкла к оргазмам такой силы. Но она знала, что на этот раз все было по-другому. Она хотела повести себя как мужчина. Выдать саркастический комментарий, хотя в тот момент она понимала, что между ними произошло нечто невероятное. То, что навсегда изменит их обоих.

И ей это ужасно не нравилось. Почему Алан, которого она всегда считала воплощением дьявола, довел ее до такого состояния?

Алан вышел из нее, прерывая ее раздумья. Джесси встала и посмотрела на него. Они были так близки, но они все же были врагами. Ничего не изменилось.

И в то же время изменилось все.

Алан шепотом выругался и притянул ее к себе, положив ее голову себе на плечо.

— Что ты делаешь? — спросила она.

— Прячусь, — ответил он.

— От чего?

— От тебя. Ты смотришь на меня так, словно я не оправдал твои ожидания.

Его слова пролились бальзамом на ее душу. Джесси отказывалась поверить в то, что он нащупал ее слабое место. Она не могла не признать: она не сможет больше сражаться с ним и притворяться, что ненавидит его.

Алан Маккинней больше не был для нее врагом. Он был мужчиной. Мужчиной, которого она находила чертовски привлекательным.

Глава 8

Детский плач заставил Джесси подскочить от неожиданности. Она лежала в постели в объятиях Алана. Мгновение она не могла понять, где находится, но инстинкт заставил ее тут же вскочить, схватить первый попавшийся под руку предмет одежды — им оказалась рубашка Алана — и побежать по направлению к детской.

Алан поспешил за ней.

Когда они забежали в детскую, в полутемном помещении Хана лежала на спине и заливалась плачем. Они одновременно потянулись за ребенком, но Алан позволил Джесси взять ее на руки первой.

Она прижала малышку к себе и беспомощно посмотрела на Алана:

— Как ты думаешь, чего ей не хватает?

— Думаю, она хочет есть. Я пойду подогрею смесь, а ты пока поменяй подгузник, — сказал Алан.

Он вышел прежде, чем она успела ответить. Джесси положила Хану на пеленальный стол и сменила подгузник. Как так получилось, что он знает о детях больше, чем она сама?

Она знала, что он не ездил к их друзьям после того, как родилась Хана. Они оба прилетели в Северную Каролину в день рождения Ханы. Джесси прекрасно помнила, как они смотрели друг на друга в холле гостиницы, пока ждали новостей о Хане. Они почти обнялись, но рядом стоял Джон, и им стало неудобно.

В тот момент, объединенные общей радостью, они почти примирились. А потом они держали маленькую Хану. И поздравляли своих друзей…

Хана все еще плакала, и Джесси наклонилась к ребенку. Она замурлыкала мелодию, которую слышала в мобиле над кроваткой малышки, на ходу придумывая слова.

— Перестань плакать, малышка Хана. Скоро Алан принесет бутылочку, и ты заснешь.

— А вот и я, — произнес Алан, заходя в комнату. — Я проверил температуру, капнув на запястье. Теперь я уверен, что все нормально.

— Огромное спасибо, — кивнула Джесси. — Я даже не задумалась, что смесь может быть слишком горячей.

Он пожал плечами:

— Хочешь, я покормлю?

— Можешь покормить, — сказала она.

Алан подошел и протянул бутылочку Хане. Стоя рядом с Джесси, он наблюдал, как малышка жадно глотает молоко. Она приподняла ладошки и взяла Алана за палец.

Они оба внимательно смотрели на Хану, и на Джесси с новой силой обрушилась тяжесть потери.

— Вот так они стояли и смотрели на нее, — пробормотала она.

— Я думал о том же, — кивнул Алан. — Это несправедливо. Мы здесь, а их нет.