Энн Макалистер - Пурпурное пламя

— Не волнуйся. Он меня не обижает.

— Но ты уверена, что у вас все получится? Вы ведь такие разные.

— Да, — согласилась Сьерра, — иногда вся затея кажется мне безумием, но… мы отправляемся в свадебное путешествие.

Глаза Пэм загорелись, и она стиснула ладони Сьерры.

— Правда? — оживилась она. — И когда же? Куда?

— Пока еще не знаю. Но… Доминик сделал так, что со мной разорвали контракт. Вот почему у меня сегодня выходной. Когда я пришла утром на работу, то обнаружила, что на мое место взяли другого человека.

— Вот это да! Ты серьезно?

— Не переживай, — поспешно сказала Сьерра, прежде чем Пэм, по своему обыкновению, не подумала самого худшего. — Ты еще не знаешь Доминика Вулфа. Он всегда такой. Упрямый. Непреклонный. Нахальный.

— Да, противоположность тебе, — усмехнулась Пэм.

Сьерра рассмеялась.

— Вот почему, когда мы вместе, между нами словно искры пробегают. — Она сложила руки на груди и мечтательно произнесла: — Он все расскажет мне сегодня. Вечером.

Пэм тоже улыбнулась.

— Я рада, — сказала она и крепко обняла Сьерру. — Ты заслуживаешь счастья, Сьерра. Заслуживаешь, как никто другой.

Сегодняшний день обернулся для Доминика совершеннейшим кошмаром.

Он и вчера не смог выбросить из головы мысли о Сьерре, но по крайней мере, она была на работе, и Доминик понимал, что не может просто ворваться в студию, выкрасть оттуда Сьерру, притащить ее домой и увлечь в спальню.

Сегодня Сьерра дома, разве только зашла к Финну, чтобы обнаружить, что у нее больше нет работы.

Наверное, Доминику стоило рассказать ей обо всем еще прошлым вечером, но у него как из головы вылетело. Когда Сьерра была рядом, он не мог думать ни о чем другом, кроме нее.

А этим утром, когда он вернулся из душа, Сьерра крепко спала, и у него не хватило духу разбудить ее — все равно ей не надо было идти на работу. Поэтому Доминик отключил будильник, решив, что Сьерра наверняка позвонит Финну, как проснется, и ей скажут, что на ее место взяли замену.

Доминик взглянул на часы. Прошло всего три минуты с тех пор, как он смотрел на них в последний раз. Десять минут седьмого. В принципе он может уйти прямо сейчас. Шайла ушла двадцать минут назад, а все прочие — и того раньше.

— Ты же не заставишь ждать свою жену? — спросила Шайла, когда заглянула попрощаться.

Доминик поднял голову от заваленного бумагами стола.

— Только, самую малость.

Ему очень хотелось поскорее вернуться домой, но он не собирался жертвовать работой ради женщины. Поступить иначе — значило признать, что Сьерра стала играть в его жизни слишком большую роль. Доминик ни за что бы не признался, что едва не сбежал из офиса еще в обед.

Заставив себя сосредоточиться на документах, разложенных на столе, он прочитал заключения по делу Харкера, потом пробежал их еще раз. У Доминика была репутация человека, который не упускает ни одной, даже самой мельчайшей детали. Он точно знал, чего хочет и чего именно ждет от предстоящей сделки. Не боялся рисковать, но этот риск всегда был тщательно просчитан. Обычно, изучая подробности сделки, Доминик уходил в работу с головой. Но только не сегодня.

Сегодня он то и дело обращался мыслями к Сьерре. Чем она занималась весь день? Ждала ли его домой? Желала ли видеть его так же сильно, как он ее?

Проклятье!

Доминик заставил себя прочитать документы вслух. Обдумать каждое слово. И каждые несколько минут он смотрел на часы. Без четверти семь, он наконец решил, что достаточно испытал свою силу воли. Он аккуратно сложил бумаги в папку и неспешно положил ее на край стола. Еще раз проверил электронную почту и переслал сообщение Кенту на случай, если помощник решит сегодня вечером почитать сообщения. Потом, довольный тем, что снова взял под контроль свою жизнь, закрыл кабинет и направился домой.

Сьерру нельзя было назвать выдающейся кулинаркой, но в сложившихся обстоятельствах она хотела сделать все по высшему разряду. Поэтому позвонила Марии и попросила ее помочь.

— В чем именно? — осторожно поинтересовалась Мария.

— Мне нужна пара рецептов, — небрежно обронила Сьерра.

— Рецептов? Каких? Я полагала, что ты предпочитаешь ужинать вне дома. Разве не так?

— В общем-то да, — согласилась Сьерра, — просто сегодня вечером мне хочется устроить нечто особенное.

— И кто же он?

В этом была вся Мария — она не упускала ни одного слова, ни одной интонации собеседника и улавливала самое главное. Да и как могло быть иначе, если делом ее жизни было брать интервью и писать несравненные по проницательности статьи? А уж то, что творится на душе у родной сестры, она понимала с первой секунды.

Сьерра не желала признавать, что испытывает безответную страсть к Доминику Вулфу. Но в данном случае таиться не было смысла.

— Это Доминик, — сказала она.

— Который? — спросила Мария.

Господи!

— Доминик, брат твоего мужа.

— Что? Нет! Ты шутишь! Сьерра, но это ведь даже не смешно. Ты и Доминик? Да Рис со смеху лопнет. Нет, скажи, кто это на самом деле? То есть… я рада, что ты наконец-то нашла кого-то, кто не наскучил тебе за пять-десять дней, но… — Голос Марии замер, потому что Сьерра ничего не отвечала на ее реплики. Пауза затягивалась. — Ты не шутишь. — Слова упали в тишину, как камни в тихий пруд. Мария тяжело вздохнула: — Сьерра, ради бога. Доминик, конечно, красивый и умный, как Эйнштейн. Но он сделан из камня. Он думает только о делах. Наверно, даже спит в костюме и галстуке.

— Ничего подобного.

— Он ни разу… Что ты сказала?

— Я сказала, что он не спит в костюме. Разве что в галстуке… — Сьерра хихикнула. — Иногда.

— О, боже мой. — Снова повисла долгая пауза. — А что, если я посоветую тебе обрубить концы? Покончить с этим, пока еще не поздно? Милая, поверь мне, Доминик никогда не зайдет так далеко, как хочется тебе. Он не поддастся чувствам, не захочет терять свободу. Он стопроцентный закоренелый холостяк.

— Доминик женился на мне во вторник.

Сьерра знала, что не следует вот так просто выпаливать подобные новости. Знала, что нужно подойти к предмету издалека, попытаться как-то смягчить эффект неожиданности, подготовить сестру. Но часы уже показывали четыре. Еще два часа — и Доминик приедет домой. А Сьерра хотела приготовить ему ужин — вкусный ужин, — чтобы отпраздновать их свадьбу и приятные известия о грядущем медовом месяце.

— Прости, Сьерра, но я, должно быть, ослышалась. Мне показалось, ты сказала, что он женился на тебе? — Мария говорила так, словно ей не хватало воздуха.

— Нет, все правильно. Мы поженились. Во вторник днем. — Сьерра почему-то решила, что упоминание о времени церемонии может смягчить шок.