Очевидный выбор - Арина Рекк

самостоятельно, что произошло не сразу, учитывая задеревеневшие от напряжения мышцы.

— Твой мир под запретом, — повторил он уже известное мне и отодвинулся, отойдя к стоящему в паре метров от нас дереву и принявшись сосредоточенно колупать кору отросшим черным когтем. — Мы запрет нарушили, переместившись. Теперь придется отвечать перед законом.

— У вас будут неприятности? — я подошла к нему, напряженно вглядываясь в непривычно серьезное лицо.

— Разберемся, — Мар мимолётное улыбнулся, не прекращая своего занятия, — ничего страшного не случится.

— Но почему тогда я не могу остаться?

— Впутаешься в это, и в ближайшее месяцы забудь о возвращении домой.

Я застыла.

— Месяцы?!

Меня ужаснуло не то, что я могу застрять тут не предупредив родителей, а понимание, что все эти месяцы я не увижу ни Мара, ни Рига!

В ответ Мар бросил меня тяжёлый взгляд.

— Мы думали у нас будет больше времени, но волки среагировали быстрее, чем мы предполагали, — Мар с досадой качнул головой.

Он, наконец, доколупал дерево и выковырял оттуда… камушек.

— Вы же сказали, что амулета переноса нет…

— Его и не было, накопленного заряда едва хватит, чтобы отправить обратно тебя. Еще вчера не хватило бы и на это. Брось на землю, когда я отойду. Машина должна стоять там же, ключи внутри. Если ее нет, иди по дороге в том же направлении, куда мы ехали, минут через тридцать будет деревня. Там для тебя снят номер на весь месяц, скажи, что ты от барсов, в матрасе номера вшиты деньги и мобильный.

— Вы подготовились…

— Мы предполагали, что все может закончиться именно так.

Не хочу, чтобы это заканчивалось. Никак.

— Не хочу уходить, — понимая, что мы прощаемся, я обняла Мара, прижавшись лицом к его груди. Он крепко обнял в ответ, зарывшись носом в волосы, глубоко вдохнул несколько раз подряд, и отстранился.

— Мы придём за тобой, когда разберемся с последствиями, — сказал с улыбкой, глядя прямо в глаза. — Ты просто подожди немного.

— Не хочу уходить, — снова повторила я, цепляясь за его руки. Казалось, что если уйти вот так, торопливо, даже не попрощавшись толком, то все произошедшее окажется просто сном. Что я перестану верить в то, что это все было по-настоящему. И сойду с ума от тоски, которую чувствовала уже сейчас.

***

— Рассказывай! — мама внимательно на меня посмотрела.

Я возмущенно воззрилась в ответ, чувствуя как щеки заливает румянец смущения.

С того момента как Мар вернул меня домой, прошло полтора месяца. И я бы соврала, сказав, что было легко. Чтобы не забыть, не придумать лишнего, и не перестать верить в их существование, я все записала в тетрадку. Тетрадку положила в сумку, с которой не расставалась ни на минуту, потому что не знала когда именно вернутся за мной Мар с Ригом и сколько у них будет времени. Предчувствуя скорую разлуку с родителями, я практически жила у них. И сумка моя была при мне… На этом я и прокололась. Придя в очередной раз к родителям, была отправлена в магазин за какой-то мелочью. Сумка, конечно же, отправилась со мной. Мелочь была куплена и уложена в сумку, принесена домой и благополучно в сумке забыта. И вот я отправилась в туалет, а мама, с моего, конечно же, разрешения, сумку распотрошила, чтобы заказанную мелочь достать. И наткнулась на тетрадку. Она даже ее не открывала, та была небрежно открыта на последней странице. Так что мама просто бросила взгляд и зависла, начав читать.

И вот сейчас, прочитав об эротических каникулах дочери, которые она наверняка приняла за фантазии, решила выведать еще и подробности?!

Под ее пристальным взглядом я все-таки не выдержала.

— Ну мам!

Мама только весело фыркнула:

— Тогда начну я, — и после задумчивой паузы продолжила: — во время посещения нижнего мира, и после, когда появилось время, ты не задумывалась ни разу, почему вдруг оказалась истинной для оборотней? Почему вообще их истинная пара оказалась в другом мире?

Замерев и не донеся до рта чашку чая, за которой намеревалась спрятаться, я спросила:

— И почему же? — я спросила на всякий случай, но основную мысль начала улавливать.

Мама вздохнула и продолжила:

— Мы с папой… оттуда. Родились и выросли в нижнем мире.

— К-как так-то?

Вот в жизни не заикалась, но все когда-то случается в первый раз.

— Мы были теми еще бунтарями, — улыбнулась мама, — в нижнем мире не просто так существует строжайшей запрет на посещение верхнего, но мы тогда не задумывались о причинах. И зря, как оказалось.

— Что-то случилось? — блеснула умом я. Конечно же случилось, если они тут!

— Разрядился артефакт переноса, — усмехнулась мама, и в этой усмешке мне почудилась горечь, — и мы просто не смогли вернуться домой, застряли в верхнем. Сначала ждали, что за нами придут и вытащат, но мы сами сглупили. Не хотели, чтобы нас отговорили, и никого не посвятили в планы. Не сказали, куда отправились. Так что нас не нашли.

Я все же отпила из чашки.

Посмотрела на маму.

Уточнила:

— То есть ты оборотень?

— Была когда-то. В верхний мир не достаёт излучение ядра, а значит и магии нет. Моя вторая ипостась уснула спустя несколько месяцев пребывания тут.

— А отец? — переспросила глупо.

— И отец тоже.

— А… кто вы?

— Кошки, — улыбнулась мама, — мы оба — большие белые кошки. Истинные пары всегда имеют подходящих друг другу зверей.

И тут до меня дошло…

— И я тоже… кошка?!

— И ты тоже кошка, — спокойно подтвердила мама.

А потом с работы вернулся отец.

Мы проговорили с родителями до глубокой ночи, так что домой я решила не идти, а переночевать у них.

Запершись в своей старой детской, села на узкую кровать и глубоко задумалась обо всем услышанном. Я всегда считала, что мои родители выросли в детском доме, познакомились там, а позже и поженились. Их привязанность друг к другу, понимание друг друга с полуслова… да что там, с полувзгляда, всегда объясняла их давним знакомством.

У меня и с бывшим мужем ничего не получилось, потому что мы так и не смогли построить с ним такие же отношения. А на меньшее, видя перед собой на протяжении всей жизни пример едва ли не идеальных отношений, просто не могла согласиться.

И вдруг на меня такая апатия навалилась, и нестерпимо захотелось к себе. Закрыться дома, забраться под одеяло и, наконец, поплакать. Потому что с момента, как я вернулась в верхний мир, я старалась быть оптимисткой. Оборотни обещали вернуться — значит надо просто ждать.

Но после разговора с родителями, которые, не скрываясь больше, рассказали о собственном