Любовь под маской льда - Эмми Грейсон

— Послушай, парень, мне не нужны проблемы… В беседу их вплелось завывание сирены. Грант повернул голову и увидел полицейскую машину, остановившуюся у магазина. Из нее вышли двое.

— Офицер! — крикнул он.

Полицейские — мужчина и женщина — обозрели сцену, женщина сказала напарнику:

— Иди помоги ему.

Сама она вошла в магазин. Гранту стоило больших усилий не бросить извивающегося воришку навстречу полицейскому и не кинуться следом в «Колокольчик». Как только на руках негодяя закрылись наручники, Грант поднял с тротуара ноутбук и поспешил к двери, краем глаза отмечая, что рядом остановилась машина скорой помощи. «Нет!» — пронеслось в его мозгу. Ему вспомнилось, как точно так же в прошлом он услышал вой сирен, увидел машину скорой помощи и застал дома мать, держащую на руках отца. Помощь подоспела слишком поздно, и уже ничего нельзя было сделать. Только не это!

Грант ворвался в магазин, чувствуя, что грудь словно сдавили обручем — он едва мог вздохнуть. Воображению его рисовались ужасные картины… однако Александра сидела возле кассы, морщась, пока офицер полиции прикладывала смоченный водой платок к значительному порезу на голове. В ушах его зашумело, невозможно сказать, от ярости или страха, нахлынувшего задним числом. Да ее могли убить!

— Грант? — Александра подняла голову, но тут же поморщилась. — То есть, простите, мистер Сантос, что вы здесь делаете?

— На тебя только что напали и ограбили, Александра. Какой, к черту, мистер?

Она состроила рожицу, закатив глаза, и Грант немного расслабился.

— Ладно. Грант, что ты здесь делаешь?

— Ты забыла пальто в Метрополитен-музее.

Внимательно взглянув на него, Александра радостно воскликнула:

— Ты принес мой компьютер!

Она попыталась было встать, но офицер положила руку на ее плечо.

— Мэм, вам следует сначала показаться врачу.

— Но я в полном порядке, — возразила девушка. — Правда, негодяй ударил меня по голове, но все хорошо.

— Ничего хорошего! — прорычал Грант, и обе присутствующие женщины посмотрели на него с изумлением.

— Конечно, в том, что пострадала моя голова, ничего хорошего, но она почти не болит. Я буду в полном…

— Ты едешь в больницу! — перебил Грант.

Девушка-полицейский нахмурилась.

— Мэм, я с ним согласна, несмотря на то что мне не нравится его тон. С травмой головы не шутят. Как только адреналин схлынет, боль может усилиться.

Александра встретилась глазами с Грантом и вздохнула.

— Ладно.

Было уже после полуночи, когда лимузин Гранта остановился у книжного магазина. Бросив взгляд на Александру, свернувшуюся клубочком на сиденье, полусонную и бледную, он принял мгновенное решение.

— Ральф, можешь ехать домой. Я отведу мисс Мосс в ее квартиру и останусь с ней. Водитель невозмутимо ответил:

— Да, сэр.

— Ты не останешься на ночь, — возразила Александра, потянувшись к пряжке ремня. — Я в полном порядке.

— Ты выглядишь как зомби, — ответил ей Грант, выходя из машины.

Он обошел автомобиль, открыл дверь со стороны Александры и взял ее на руки. От неожиданности она ойкнула:

— Что ты делаешь?

— Несу тебя.

— Я могу и сама дойти, вообще-то. Меня ударили по голове, а ноги не пострадали.

— А еще тебе дали сильные болеутоляющие препараты после того, что с тобой произошло. И твой брат с невестой уехали из города, ты сама говорила, что тебе некому позвонить.

Когда Александра сказала это в больнице на вопрос врача о том, кому из близких можно позвонить, у Гранта отлегло от сердца. Он понимал, что это по меньшей мере странно, ведь они расстались уже давно, и между ними нет никаких отношений — следовательно, личная жизнь бывшей подруги не должна его волновать. Но отчего-то при мысли о том, что у нее может быть парень, что-то холодное и неприятное шевелилось внутри.

— Или я несу тебя, или ты уволена, — привел веский аргумент Грант.

Девушка фыркнула, но ничего не сказала. Пока они шли по маленькой улочке к книжному магазину, голова ее опустилась ему на плечо. Грант крепче прижал к себе свою ношу. Вскоре осознание того, что происходит, пришло к нему в полной мере: спустя столько лет он снова держит Александру в своих объятиях и голова ее лежит на его груди, как бывало раньше после занятий любовью. Эта девушка не была его первой партнершей и не стала последней. И до нее, и после у него были подружки, и с ними было хорошо, но ни одна не дарила ему такого ощущения близости и привязанности, как Александра. Для нее он был первым любовником, и это почему-то будило в нем потребность заботиться о ней, защищать, чего опять-таки нельзя было сказать о других его отношениях. Когда-то эта его забота восхищала Александру, но те времена, похоже, прошли. По крайней мере, сегодня она готова была справиться своими силами: дала отпор грабителю, набрала номер службы спасения, терпеливо ждала появления полиции, вместо того чтобы разрыдаться и броситься искать утешения в объятиях Гранта, как это было раньше. Она вообще предпочитала раньше молчать, улыбаться и кивать, даже если что-то было ей не по душе, лишь бы не привлекать внимания. Но то была Александра Волдсворт, теперь же перед ним была Александра Мосс, и она была совсем другая. Она даже поспорила с Грантом, когда тот попытался заплатить за МРТ и КТ, на которых сам же и настоял, чтобы убедиться, что налет грабителя не заставил Александру серьезно пострадать. Медсестра, что присутствовала при сцене, только крутила головой туда-сюда, точно наблюдая за чрезвычайно захватывающим теннисным поединком. Конечно, Грант настоял на своем и оплатил медицинские услуги, но он не ожидал, что ему придется так долго спорить с девушкой, чтобы это сделать.

Поначалу он был рад узнать, что, кроме большого синяка на лбу, Александра не заработала никаких других проблем. Потом в нем заговорило раздражение: уже долгое время ничто так не выводило его из себя и не заставляло