Марша Ловелл - Женщина-загадка

Она усмехнулась и опустила глаза, изучая меню. Джейка вдруг разобрала злость. Полдюжины бутылок? Ха! Неужели он всего несколько секунд думал об этой женщине с восхищением? Да она просто заноза в боку! Особенно Джейка раздражало, что Сьюзен оставалась в его обществе спокойной и невозмутимой, в то время как он то и дело краснел, как влюбленный подросток, и маялся от сексуального возбуждения. И почему-то с каждой минутой становился все более раздражительным.

Джейк привык гордиться своей выдержкой, привык считать себя бесстрастным, хладнокровным. И он действительно таким был, пока не наткнулся в гостиничном номере на полуобнаженную Сьюзен Хадсон. Пока она не выручила его в затруднительной ситуации. Пока не угостила его конфетой из своих рук. Пока не поцеловала его в этом чертовом снегу. Пропади все пропадом. Сексуальная неудовлетворенность — скверная штука, особенно паршивая, когда страдаешь в одиночку, решил Джейк. Не может быть, чтобы Сьюзен в самом деле была так холодна и спокойна, как кажется. Он решил взять контроль над ситуацией в свои руки.

— Мне не нужно упиваться вином, — мягко произнес он, — ты и так мне нравишься.

Взгляд Сьюзен метнулся к его глазам, и Джейк с удовлетворением заметил, что она вроде бы испугалась, во всяком случае, насторожилась. Неплохое начало, подумал он, по крайней мере, удалось сбить с нее доспехи непрошибаемого спокойствия.

— И много ли ты успел выпить?

— Бокал пива.

Сьюзен заглотала наживку, теперь нужно было подсекать. Не дав ей времени задать еще один вопрос или перегруппировать силы, Джейк спросил:

— Скажи, ты занята?

— Занята чем?

Ха, уходит от ответа, притворяется, что не поняла! Джейк торжествовал.

— У тебя есть мужчина, бойфренд?

Такой вопрос невозможно понять неправильно, теперь она не отвертится. По выражению лица Сьюзен Джейк понял, что ему удалось ее ошеломить, а значит, он снова контролирует ситуацию. Джейк непринужденно откинулся на спинку стула и улыбнулся. Однако он рано расслабился, Сьюзен ответила вопросом на вопрос:

— Почему ты об этом спрашиваешь? Джейк пожал плечами.

— Так просто, поддерживаю беседу.

Ври, да не завирайся, пропищал в его голове ехидный голосок, ты спрашиваешь потому, что тебе не терпится это узнать, и потому, что ты вообще хочешь узнать о ней как можно больше.

— Никого постоянного, — ответила Сьюзен. — А ты с кем-нибудь связан?

— Что значит «связан»?

Теперь уже Джейк уходил от ответа, притворяясь непонимающим. Он чувствовал, что угодил в одну из женских ловушек, но не знал, как это случилось и что с этим делать.

— У тебя есть кто-нибудь?

— Нет. — Джейк несколько секунд раздумывал, стоит ли вдаваться в подробности, и в конце концов решил, что если он хочет узнать побольше о Сьюзен, то справедливости ради должен и сам что-то рассказать о себе. — У меня была постоянная подружка, но на прошлое Рождество мы расстались.

— Почему?

— Я хотел жениться.

Брови Сьюзен взметнулись вверх.

— А она не хотела выходить замуж?

— Хотела. Но за моего лучшего друга.

В глазах Сьюзен появилось сочувственное выражение.

— Должно быть, ты очень страдал.

Джейк невесело усмехнулся.

— Да, это было не очень приятно, я разом потерял женщину, лучшего друга и работу.

— А работу-то почему? — удивилась Сьюзен.

Джейк снова задумался, стоит ли говорить, и снова решил не увиливать.

— Мы все трое работали в одной компании. В тот же день, когда они объявили о своей помолвке, я узнал, что они украли несколько моих идей. Это был не самый удачный день в моей жизни.

— Это ужасно. И что же ты сделал?

— Уволился.

У Сьюзен расширились глаза.

— Как, ты не попытался отстоять свои идеи?

— Нет. Вижу, тебя это удивляет.

— Честно говоря, да.

— Признаюсь, такая мысль мне приходила в голову, но я не мог ничем доказать, что идеи действительно мои. Наверное, я в конце концов мог бы восстановить справедливость, но в процессе мне пришлось бы долго общаться с ними обоими, а я этого не хотел. Поэтому я обрубил концы и ушел. С недельку я предавался жалости к себе, а потом собрался с духом, подлечил сердечные раны и нашел новую работу. Сьюзен стало его очень жаль, не сдержавшись, она тронула его за руку.

— Это ужасно, Джейк, представляю, как тебе было тяжело. Ты ее до сих пор любишь?

— Нет.

Джейк посмотрел на ее руку, и Сьюзен проследила направление его взгляда. Рука Джейка под ее ладонью была теплой, Сьюзен поймала себя на мысли, что ей приятно к нему прикасаться и еще приятнее слышать, что у него нет постоянной подружки. В ее мозгу сработал сигнал тревоги, она убрала руку, подняла глаза, и их взгляды встретились. Ошибиться невозможно — между ними не просто проскакивает искра, а вспыхивает целый фейерверк!

Джейк покачал головой, нарушая волшебство момента.

— Сам не знаю, зачем я тебе это рассказал. Сьюзен заставила себя улыбнуться.

— Я же задала вопрос.

Официант принес вина и закуски. Сьюзен с удивлением отметила, что они с Джейком заказали одни и те же салаты. Когда официант ушел, Сьюзен поднесла к губам бокал и заметила:

— Теперь мне многое стало понятнее.

— Что именно.

— Например, почему в офисе ты держишься от всех на безопасном расстоянии. И почему так настойчиво делаешь карьеру — тебе пришлось начать все заново на новом месте.

Джейк не ответил. Сьюзен задержала взгляд на широкой груди Джейка, и ей почему-то захотелось, чтобы он был в кашемировом свитере. На левом запястье поблескивали тонкие золотые часы. А сами руки… они выглядели как руки человека, который умеет ласкать женщину. Сьюзен заставила себя поднять взгляд к его лицу и обнаружила, что Джейк тоже ее разглядывает, причем очень пристально, словно пытается прочесть ее мысли. От столь пристального внимания ей стало жарко, она даже пожалела, что надела платье с длинным рукавом, а не что-нибудь полегче. К столику снова подошел официант, но только для того, чтобы передать Джейку, что его просят к телефону. Сьюзен испытала острейшее разочарование: секунду назад ей показалось, что Джейк собирается сказать что-то важное. Он встал из-за стола.

— Прошу прощения, я ждал этого звонка.

Джейк прошел к стойке бара, где стоял телефон. Сьюзен проводила его взглядом. Она, конечно, не слышала его голоса, но даже на расстоянии ощущала напряжение, сковавшее его сильную фигуру. Сьюзен казалось, что напряжение это с каждой секундой нарастало, а потом внезапно спало. Когда Джейк повесил трубку и вернулся к столику, он весь светился от счастья, лицо выражало такое облегчение, что Сьюзен, даже не зная, в чем дело, невольно прониклась к нему сочувствием. Что же должно было настолько сильно его мучить, чтобы он испытал такое облегчение, когда проблема решилась?