Мэрилин Джордан - Симфония любви

Громкий разговор в холле, слава Богу, смолк. Ник оглядел сверхсовременную кухню, к которой никак не мог привыкнуть. С невеселой улыбкой он подумал о стайке сгорающих от любопытства подруг Лили. Чего такого они не знают, чтобы вламываться вечером к новобрачным? Отчего бы не оставить их хоть на время в покое? Он тяжело вздохнул и, толкнув кухонную дверь, не спеша вышел в коридор на передовую линию огня.

К своему изумлению, он увидел не целый выводок леди, а всего двух девиц. Одну звали Моника, а вторую Джойс. Обе, поглядывая на него, смущенно хихикали, охали и ахали, как будто он был не живым человеком, а редкой породы щенком, выставленным на продажу в зоомагазине. Он безуспешно попытался поймать взгляд Лили до того, как она пригласит гостей в гостиную. То ли она действительно не смотрела в его сторону, то ли специально избегала встречаться с ним взглядом.

— Мы давно работаем вместе с Лили, еще с того времени, когда она устроилась в универмаг Крогера, — охотно объясняла ему по пути в гостиную Джойс, словоохотливая живая блондинка, полная противоположность Монике, чуть более спокойной шатенке. Было видно, что они просто вне себя от счастья.

— Это когда она еще училась в университете, — пояснила, обернувшись к нему, Моника. — Веселые времена были, помнишь, Лили?

Слова эти исторгли у подруг восторженные ахи и охи, и все трое наперебой принялись вспоминать забавные случаи. Каждый рассказ то и дело прерывался взрывами смеха. Ник слушал и молча улыбался. Он сидел около Лили, покровительственно положив руку на спинку ее кресла.

— Она всегда уверяла, что выйдет замуж самой последней из нас. И посмотрите на нее! Хороша кумушка! Она всегда и во всем была первой, хотя никогда этого не признавала.

— Ну да, вот она я, впереди всех со знаменем в руках, — саркастически хмыкнула Лили.

Все снова от души рассмеялись, а Ник с улыбкой легонько потрепал жену по плечу. Он почувствовал, как она чуть шевельнула плечиком под его ладонью, а затем удивила его еще больше, придвинувшись к нему поближе и рассеянно положив руку ему на бедро, не нарушая приличий, но и существенно выше линии дружеского знакомства. Для полноты впечатления она вознамерилась сыграть по уши влюбленную жену. Слава Богу, девушки не знали, какая холодная у нее рука, он чувствовал это даже через брюки. Неужели она так сильно нервничает? Есть над чем поразмышлять.

— Не хотите ли чего-нибудь выпить? — вежливо предложила Лили.

— Спасибо большое, — ответила Джойс. — Мы ведь и правда заскочили ненадолго. Но я не уйду до тех пор, пока не узнаю, что это вон там за чудная кушетка.

Лили смущенно шевельнулась в своем кресле, и Ник почувствовал, как она напряглась. Скорее всего из-за необходимости играть роль счастливой жены, подумал он, не испытывая при этом особой жалости. В конце концов, в дом вломились ее любопытные подруги, а не его друзья. Ник встал и, обняв Лили за талию, подошел вместе с ней к кушетке.

Он понятия не имел, что она сейчас чувствовала, зато отлично осознавал, что чем дальше, тем больше теряет голову. Насколько приятно держать Лили в объятиях, он уже знал, однако лицо у него начало гореть, а дыхание заметно участилось. Он вдруг обнаружил, что его нос с такой непринужденностью устроился около уха Лили, как будто проделывал это сто раз на дню. Ник со стоном подумал, чем все может закончится, но на попятный идти было поздно.

— Это сенсорная кушетка, — чуть сдавленным голосом пояснила его жена. Ухо ее, к которому легонько прижимались его губы, было нежным, теплым и едва заметно пахло какими-то незнакомыми Нику духами.

— А для чего она?

Ник, как и две подружки, с интересом ждал ответа. Конечно, он давно обратил внимание на эту часть гарнитура и понимал, что это не просто очередное место для сидения. Однако догадаться, отчего эта штуковина называется сенсорной кушеткой, он, как ни старался, не мог.

— Она заполнена внутри специальным гелем, — объяснила Лили, — который прилаживается под форму тела и создает плавающий эффект.

— Блеск! — прокомментировала Джойс.

— Класс! — добавила Моника.

— В нее еще встроена аудиосистема, воспроизводящая низкочастотный звук, который проходит через гель, и получается вибромассаж. Надо всего лишь лечь и положить голову на этот вот валик с колонками.

— Я просто в отпаде! — ахнула Джойс, широко распахивая глаза. — На этой штуке такую ночку можно провести!

— Да не смущай ты их! — игриво рассмеялась Моника. — Ребята, наверное, не раз встречали здесь рассвет.

Лили покосилась на Ника и почувствовала, как заливается краской. Он в ответ так плотоядно усмехнулся, что она непроизвольно поежилась. Ник прекрасно понимал, что Джойс следит за каждым движением, каждым взглядом, каждым жестом молодоженов, и это подтвердила ее широкая понимающая улыбка.

— Ты права, Моника. Нам пора.

Обе дамы поднялись и стали собираться.

Ник еще крепче притиснул Лили к себе:

— Я бы с удовольствием продемонстрировал вам все прелести этой кушетки, да только Лили все еще стесняется, понимаете? Верно, солнышко мое?

Лили удалось изобразить на лице улыбку и при этом незаметно пихнуть Ника локтем в бок. Он-то знал, что гостьи сочтут это шутливым упреком с ее стороны, вот только сделала она это со всей силы.

— Да уж, я понимаю, — хихикнула Джойс. — Как-то на Рождество мы с подружками решили подарить друг другу шутливые подарки, и кто-то, не помню уж кто, преподнес Лили набор эротических куколок. Надо было видеть ее лицо! По цвету оно стало таким же, как ее волосы!

— Когда я брался за нее, то знал, что это тяжелый случай, но кто-то должен же был это сделать, — с понимающим видом покивал Ник и вызывающе прижал Лили к себе.

От этих слов глаза у нее полезли на лоб, и она еще сильнее покраснела.

— Подождите, чего вы так подхватились, — взяв себя в руки, запротестовала она. — У меня на кухне есть горячий шоколад.

— Да ты что, Лили, у нас с мозгами вроде все в порядке, — рассмеялась Джойс и заговорчески подмигнула: — Мы же видим, что твой муж поскорее хочет остаться с тобой наедине. Верно, Ник?

— Попадание в десятку, — хохотнул в ответ Ник. — Рад был с вами обеими познакомиться.

Долгие прощания и поздравления наконец смолкли, и Лили закрыла за гостьями дверь.

— Ты не должен был так бесцеремонно выставлять их вон, — проворчала она. — Они и так уже собрались уходить.

— Да вовсе я их не выставлял. Я всего лишь предложил им образ безумно влюбленного мужа, которому не терпится заключить в объятия молодую жену, тем более что после свадьбы и недели не прошло. Похоже, им понравилось.