Я не люблю своего мужа - Елена Хуторная

гостиную, где Миша смотрел телевизор. Села рядом с ним, он обнял ее за плечи. Когда началась реклама, он вдруг сказал:

– А ты не хотела бы выйти на работу?

– А что, – тут же ощетинилась она, – ты больше не в состоянии содержать меня?

– Ну что ты! – рассмеялся Миша. – Просто дел дома стало меньше, и я подумал, что тебе, наверное, интересно было бы заняться чем-нибудь. К тому же у нас в фирме открылась вакансия, вот я и подумал…

– Что за вакансия?

– Нам нужен человек, который проводил бы обучающие семинары для продавцов, имеющих дело с нашей продукцией. Требуется знание ее состава, ассортимента, основных этапов производства, немного информации о сертификации, сроках годности, основы мерчандайзинга – мне кажется, тебе не составило бы труда все это выучить. Работа непостоянная, поэтому я не решаюсь нанять человека на полную ставку, но и у имеющихся сотрудников уже не хватает времени на обучение продавцов. В общем, было бы здорово, если бы ты согласилась.

Марина помолчала, обдумывая его предложение. В конце концов, почему бы и нет? Дома ее постоянное присутствие уже никому требовалось, а работа, похоже, такая, что ей, к счастью, не придется целыми днями просиживать над бумагами.

– А кому я буду подчиняться? – спросила она.

– Вообще за это направление отвечает отдел маркетинга, но я не слишком далек от народа и смогу повлиять на ситуацию, если вдруг возникнут какие-то проблемы. Только я хочу, чтобы ты сразу отнеслась к этому решению очень ответственно, – добавил с неожиданной жесткостью в голосе, и по спине Марины вдруг пробежали мурашки. – Работа есть работа, и если ты будешь выполнять ее плохо, поддержки от меня не жди. Никогда никого не держал в своей фирме за красивые глаза и не собираюсь делать это впредь.

– Я согласна, – сказала Марина, все еще чувствуя холодок между лопатками.

Она вдруг поднялась со своего места, села к Мише на колени и поцеловала его долгим страстным поцелуем. Реакция со стороны Миши не заставила себя ждать, и впервые с момента переезда в дом они занимались любовью вне своей спальни – прямо на диване в гостиной при включенном телевизоре.

– Вот это да, – выдохнул Миша, когда они закончили.

Марина не смогла сдержать улыбки, но скрыла ее от Миши, и молча поднявшись направилась в ванную.

На работе Миша был совсем другой, чем дома, и хотя он умел, когда было нужно, и пошутить, и похвалить, и поощрить, но в других ситуациях в его голосе явственно слышались твердость и властность. Кроме того, Марине было внове, находясь на работе, сохранять дистанцию между собой и Мишей, к которому даже обращаться приходилось по-другому. Ее одновременно и забавляла и волновала эта ситуация, неожиданно возникало желание продемонстрировать свою власть над ним перед людьми, которые не смели его ослушаться, а его беспрекословное подчинение ей дома вдруг обрело новый смысл и ценность. Возвращаясь с работы вместе с Мишей, она не могла дождаться ночи, чтобы наброситься на него неистово, будто на его месте вдруг оказался совсем другой человек – одетый в модный костюм и итальянские туфли, властный, решительный, недоступный. К сожалению, дома Миша снова становился спокойным семьянином и спрашивал ее согласия на любое свое действие, что неизбежно портило впечатление, которое Марина выносила с работы.

– Просто молчи, – просила она его.

– Просто молчать? – недоумевал он.

– Просто молчи и будь не таким… деликатным. Вот она я, и ты просто бери меня, если что-то будет не так, я сообщу тебе, не сомневайся.

– Это то, что тебе нравится? – удивлялся Миша.

Марина не любила говорить на такие темы, поэтому молчала и пыталась действиями показать ему то, что она от него ждала.

Через месяц Маринино обучение закончилось, и она первый раз сама выступила в роли тренера, в результате чего осталась довольна и собой, и своей новой деятельностью. В тот же день Миша, оставшись с ней наедине, был именно таким, каким она хотела его видеть: молчаливым, решительным, даже жестким. Это оказалось настолько захватывающе, что Марина не сразу пришла в себя после случившегося. Лежала еще какое-то время, глядя в теряющийся в темноте потолок и радовалась, что Миша в кои-то веки не пытается поговорить с ней после близости. А несколько минут спустя и вовсе услышала его мерное посапывание и улыбнулась в темноте: наконец-то повел себя как настоящий мужик – заснул сразу после секса.

Она с удовольствием потянулась, легко поднялась с постели и сходила в ванную, чтобы умыться. Хотя ее никто не мог видеть, обернулась в полотенце перед тем, как выйти в спальню, и уже готова была снова лечь, но посмотрела в окно и вдруг…

Увидела черное бархатное небо, море, светящееся зеленым, заметила, как вдруг стало тихо: не было слышно ни шелеста листвы, ни мяуканья соседской кошки, ни шума проезжающих вдалеке машин. А ведь сегодня двадцать первое июня, подумала Марина. Вдруг вспомнилось блаженное ощущение счастливого покоя, тепло окутывающего тела льда, слияние с обволакивающей живой водой.

Она выпустила из рук полотенце и ступила на балкон.