Я не люблю своего мужа - Елена Хуторная

Миша, отодвигая от себя пустую тарелку, – а я сделаю один звонок и встретимся в спальне?

Он посмотрел на нее с тем самым выражением лица, которое Марина раньше так ненавидела, но и оно не вызвало в ней никаких отрицательных эмоций.

– Хорошо, – еще раз сказала она.

На этот раз все прошло вполне традиционно, без всяких игр и приспособлений, после чего Миша снова позвал Марину в свои объятья. Она прислонилась к нему, и это было даже приятно. Марина сама не заметила, как уснула.

Начиная с того дня, жизнь стала приносить неожиданно больше радости. Марина стала легче переносить присутствие Миши и даже иногда ездила с ним в город поужинать где-нибудь, причем делала это не без удовольствия. Вдруг оказалось, что она совершенно забыла, как это – быть вместе, вдвоем, без детей, родни и друзей. А в этом определенно была своя прелесть, потому что это давало повод почувствовать Мишины ухаживания и заботу. Да и просто приятно было бывать с ним на людях, ему шли его костюмы и галстуки, и вообще Марина вдруг осознала, что он привлекательный мужчина, и многие женщины, а не только бестолковая Поля, посматривают на него с откровенным интересом.

Их встречи в голубой спальне перестали казаться такой пыткой, какой были раньше, Марине стали приятны Мишины подарки и похвалы, а спустя пару недель после встречи с подругами она наконец заметила, что стала совершенно спокойно засыпать, и плечи больше не стягивало в узел.

Отчасти, считала Марина, причина произошедших перемен заключалась в ставших регулярными Мишиных командировках, благодаря которым она узнала новое удовольствие – быть дома одной. За время его отсутствия она успевала побыть с собой, отдохнуть, после чего воспринимала его возвращения уже вполне нейтрально, а отчасти даже радовалась им, потому что это означало, что Миша обязательно проведет день с сыновьями, а она сама в это время сможет заняться своими делами. Даже к Гене стала относиться гораздо спокойнее, и когда они виделись, не чувствовала ничего, кроме вялого интереса, который тот все еще вызывал в ней своей статной фигурой и красивым голосом. Однако мыслей о близости с ним больше не возникало.

Так прошла осень, отметили все дни рождения, Новый год, Рождество, а в феврале Миша уговорил Марину оставить мальчиков бабушкам и съездить с ним в Таиланд. Убедил ее, что пора им двоим побыть наедине друг с другом, вдали от дома, будничной обстановки и повседневных хлопот. Предложение звучало весьма заманчиво, поэтому Марина в конце концов ему уступила, но ее сомнения по поводу этой затеи оказались не напрасными. В отпуске, когда Миша находился с ней двадцать четыре часа в сутки и не был разбавлен ничем и никем, его стало непередаваемо много. Под конец поездки она, как и раньше, уже не могла сдержать своего раздражения и считала часы до того момента, когда они снова окажутся дома.

Однако дома стало ненамного легче. Миша вдруг совсем перестал ездить в командировки, и из-за его постоянного присутствия Марине становилось все хуже и хуже, пока однажды вечером она снова не смогла уснуть из-за напряжения, возникшего в плечах.

Следующим утром кое-как выдержав с утра общество Миши и наконец отправив его на работу, а детей вместе с ним в школу, Марина сидела в кресле на своей веранде, ежась от еще прохладного майского ветра, и ощущала лишь тоску и уныние. Быстрее бы лето, подумала она. По крайней мере станет теплее, наконец-то все зазеленеет, в июне уже пойдут персики и дыни… Июнь. Ведь скоро июнь. А вместе с ним и день солнечного солнцестояния, и встреча с подругами, и купание. И это именно то, что должно было ей помочь справиться со своей тоской.

От этой мысли вдруг стало легче. Ненамного, ведь сама проблема пока никуда не исчезла, но все-таки она давала надежду, что в известный час ей станет лучше, надо было только немного подождать. Эта перспектива придала сил, и теперь Марина, когда чувствовала в очередной раз сопротивление окружающей среды, напоминала себе, что осталось потерпеть совсем недолго, и это действительно помогало частично справиться с раздражением и депрессией.

Наконец настал тот день, когда на зазвонившем телефоне высветилось имя Наташи.

– Привет, подруженция! – как всегда радостно отозвалась она. – Как дела?

– Привет-привет, – сказала Марина с радостью и облегчением, – ждала, что ты позвонишь. Дела вроде как обычно, все по-старому. Как ты?

– У меня тоже все тип-топ, замуж выхожу, – улыбнулась Наташа в трубку. – Ты приглашена!

– Да ты что?! – обрадовалась Марина. – Вот это новость? Так быстро? И кто же он? Почему нам не показывала?

– Ну закидала вопросами, закидала, – с добродушным ворчанием сказала Наташа. – Да некогда было встречаться с друзьями – после нашего с ним знакомства столько дел навалилось! Помнишь, я говорила, что хочу готовых детей, а вы не верили, что это возможно? Так вот мой будущий муж вдовец и у него близнецы!

– Да ты что!

– Да! Совершенно очаровательные девочки – обожаю их!

– Ну надо же, – улыбнулась Марина, – как все удачно сложилось.

– И не говори!

– Здорово! Готовь фотографии, покажешь нам, когда увидимся. Встречаемся ведь как обычно?

Наташа на секунду замялась.

– Я как раз хотела об этом поговорить, – сказала она, и хотя прозвучало это не слишком обнадеживающе, Марина не захотела этого заметить.

– Да? – отозвалась она.

– В этом году, боюсь, купания не получится, – сказала Наташа.

Марина будто в одно мгновение обледенела, даже моргнуть не могла – казалось, одно движение, и она от отчаяния рассыплется на кусочки.

– У Валеры трехкомнатная квартира, – продолжила Наташа, так и не дождавшись от нее ответа, – и весной мы затеяли там ремонт, а живем пока у меня. Сама понимаешь, куда я их троих дену на ночь? Вообще мы планировали закончить к этому времени, но не успеем совершенно точно, там еще даже обои не наклеены.

Она замолчала.

– Марин, ты меня слышишь? Алло?

– Да, – наконец выдавила из себя Марина, – я тебя слышу.

– Расстроилась?

– Не то слово.

– Значит, и на тебя подействовало купание?

– Еще как.

– У девочек тоже все хорошо, – сказала Наташа. – У Иры все наладилось с дочкой, они даже в Европу весной ездили, а Таня вроде как квартиру собирается менять. Сто раз посомневалась, получится или нет, но ты же ее знаешь – ноет-ноет, а потом раз, и уже квартиру купила, ремонт сделала и переезжает.

Слушая Наташу, Марина понемногу приходила в себя. Ну что ж, не получилось в этом году – получится в другом, успокаивала она себя. Ведь к следующему лету они уж