Наташа Окли - Всем несчастьям назло

— Куда они ведут?

— В голубую гостиную. Когда-нибудь я все же перекрашу ее в зеленый от греха подальше.

Марианна еле сдержала порыв смеха.

— Во времена юности моего отца было запрещено закрывать двери. Он любил без помех проходить из одной комнаты в другую.

Теперь девушка ясно видела, что Себ действительно любит замок и знает все его секреты.

— Не очень-то ты чтишь ваши традиции, — поддела она его.

— Это не я. Все началось с того, что мой папа женился на маме.

Марианна вопросительно взглянула на Себа и увидела смех в его темных глазах.

— Обе двери должны были быть открыты, только если проходит чистокровный принц, если же полукровка, то и одной двери было достаточно. Атак как моя мама была не чистокровной принцессой…

— …ей эта традиция не нравилась, — договорила за него Марианна. — Мне бы тоже не понравилась.

Себ развернулся и взглянул ей в глаза. Это был один их тех моментов, когда в груди теснило и становилось трудно дышать.

— Марианна, — прошептал он, и его глаза стали совсем черными.

Он собирается меня поцеловать, мелькнуло в голове у Марианны.

— Пожалуйста, — пробормотала она, и Себ сделал шаг назад. Это было, наверное, самое правильное решение. Марианна открыла рот, чтобы что-то сказать, но не нашла слов.

— А дальше ты можешь увидеть галерею, — произнес он и указал на дверь справа.

Марианна сглотнула. Поцелуй всколыхнул бы в сердце те чувства, которые она так долго пыталась скрыть. От себя. От него. От всех.

Она медленно шла за Себом, оглядываясь по сторонам.

Себ включил свет и обернулся к ней.

— Этот коридор ведет к залу для балов.

Что она делает здесь? О дружбе с Себом не может идти и речи. Она хочет большего. Ей нужна его любовь.

Словно поняв, что Марианна сомневается, стоит ли продолжать их полуночный тур по замку, Себ остановился и указал на один из портретов:

— Это принц Джозеф. У него был отвратительный характер.

Марианна подошла поближе и взглянула на портрет.

— Он правил недолго, но смог соблазнить половину всех женщин Андоварии.

— Он красив, — улыбнулась Марианна. Но не так красив, как Себ. Не такой сексуальный.

— А вот это его сын, принц Ганс Адам I.

— Это тот, который повесил те картины около лестницы?

Себ внимательно посмотрел на нее.

— Ты не следишь за мной. Там был принц Ганс Адам II. Этот Ганс Адам был любителем путешествий.

— И он не так красив.

— Да, его список соблазненных женщин не столь велик. И, по-моему, его предпочтения уклонялись немного в другую сторону.

— Совращение женщин — обязательный пункт в характеристике принцев? — Марианна сначала спросила, а потом подумала. Она прикусила губу.

Голос Себа был низкий, завораживающий.

— Нет, до 1914 года.

Марианна взглянула на него и увидела, что его глаза смеются над ней. Она почувствовала, что краснеет.

Он прикоснулся рукой к ее щеке.

— Ты все еще делаешь это?

— Что именно?

— Краснеешь.

— Не часто.

Себ рассмеялся.

— Только когда мы обсуждаем совращение девушек?

— Ну да, — Марианна отвернулась, обняв себя руками за талию.

— Еще мерзнешь?

Девушка опустила руки.

— Нет, нет. — Но так как он не спускал с нее глаз, она добавила: — Ну, немного. Ты ощущаешь что-нибудь особенное при мысли, что связан с этими людьми кровными узами?

— Да нет. У тебя в роду тоже много интересных людей. Просто я своих знаю, а ты — нет.

Марианна продолжила путь, рассматривая картины.

— А у тебя есть свой портрет? — спросила она.

— О да. Это входит в круг обязанностей — иметь свой портрет. Смотри, это мой дед, это папа, а вот… и я.

Марианна взглянула сначала на портрет, потом на Себа, а потом снова на портрет.

Она не знала, что ожидала увидеть, но явно не это. Все мужчины, изображенные на портретах, были взрослые и уверенные в себе самодержцы. А Себ позировал совсем еще ребенком. И ему явно было неудобно в его парадном костюме.

Марианне показалось, что Себ не был готов к той роли, что уготовила ему судьба. Теперь она действительно поверила в то, что он не владел ситуацией тогда. Он был слишком молод и неопытен.

— А что это за орден у тебя на груди? — еле выдавила она.

— Это орден «За заслуги перед Родиной». Он очень тяжелый. Не помню, чтобы я его еще когда-нибудь надевал.

— Ты выглядишь так молодо.

— Этот портрет сделан за несколько месяцев до встречи с тобой.

Марианна кивнула.

— Ты его сменишь? Я имею в виду… позже.

— Нет, — ответил Себ, — это память. Мой первый портрет. Все остальное — это уже не то.

— То есть у тебя есть еще портреты?

— Я, наверное, целый год позировал разным художникам.

Другая жизнь. Абсолютно другая жизнь. Марианна нервно закатала рукава свитера, стараясь подавить желание убежать куда-нибудь подальше и спрятаться. Ей тяжело было принять даже то, о чем она знала уже десять лет.

— А здесь, — Себ подошел к еще одним огромным дверям, — зал для балов. Как раз сейчас он приготовлен для дипломатического приема.

Марианна едва удержала вздох восхищения, увидев огромный зал и высокие зеркала…

Не может быть!

Восхищение сменилось ужасом, когда девушка заметила свое отражение. Она выглядела так, будто получила хорошую взбучку. Ее волосы торчали во все стороны, а легкая юбка совершенно не подходила к тяжелому свитеру.

Марианна быстренько пробежалась руками по волосам, чтобы хоть как-то пригладить их. Но перестала это делать, как только увидела смеющиеся глаза Себа в зеркале.

— Я выгляжу как ведьма из сказки, — произнесла Марианна, потупившись.

— Ты замечательно выглядишь.

Он уже говорил это раньше… тем же самым тоном. И его темные глаза опять заставляли Марианну чувствовать, будто она сгорает изнутри.

А еще ей хотелось плакать, поэтому она быстро перевела тему:

— Здесь проходят летние балы?

— Да. После завтрашнего приема залом займутся флористы.

Марианне не терпелось поскорее вернуться в свою комнату, чтобы обдумать все то, что она сегодня увидела и прочувствовала.

— Когда приезжает принцесса Изабель?

— Она разговаривала с Викторией, и они решили, что Изабель лучше появиться в самый последний момент, когда мама будет занята гостями.

Марианна машинально кивнула и, почувствовав прикосновение Себа, вздрогнула. Он за руку повернул ее к себе.

— В чем дело?

— Ни в чем, — выпалила девушка. — Очень красивая комната. Спасибо, что показал ее мне.

Его правая рука скользнула вверх и аккуратно убрала светлую прядь волос с ее лица.