Маргарет Уэй - Белокурая судьба

Вайолетт буквально плыла. Она отлично знала, как величаво смотрится в этом изумительном платье.

Когда она приблизилась к ним, можно было не сомневаться, что губы спесивой красавицы изогнулись в саркастической усмешке.

Линк вежливо привстал и проговорил:

— Как поживаешь, Вайолетт?

— Изнурена и обессилена… — кротко отозвалась та, состроив мину нестерпимого страдания.

— Что так? — с притворным сочувствием осведомился Линк.

— Несколько дней с друзьями в Сиднее, — отрывисто пояснила она, как если бы он был уже научен понимать ее с полуслова. Лишь после этого признания она бегло взглянула на Даниэлу и небрежно бросила: — Привет! Я вас где-то видела.

— На свадьбе Аланы и Гая, — четко ответила Даниэла.

— Ах да! — словно обрадовавшись такому напоминанию, воскликнула Вайолетт.

— Не желаешь присесть? — спросил ее Линк.

— Разве что ненадолго. Мое жизненное кредо — не утомлять людей, — скромно сообщила она и опустилась в подставленное для нее кресло. — Лили рассказала, что ты провел ее по своему дому.

— Она рассказала? — удивился Линк. — Интересно, в каких словах… Мне показалось, она уехала чем-то недовольная.

— Лили у нас маленькая глупышка. Она не из тех девушек, что умеют обуздывать свои эмоции, наоборот, она чрезвычайно подвержена им. Я неустанно ей твержу, что в нашем кругу такое импульсивное поведение непозволительно. Но, вероятно, она слаба и просто не способна всерьез работать над собой… Видишь ли, Линк, я в семье старшая, с детства родители воспитывали меня так, чтобы я служила примером своим младшим сестренкам. К сожалению, близкие слишком быстро привыкают к такому самопожертвованию. Долгие годы я стремилась к тому, чтобы внушить своим сестрам хорошие манеры. Больно становится, когда видишь, как они распоряжаются этими знаниями. Потому что все эти годы я была вынуждена во многом себе отказывать, чтобы моим младшим сестренкам удалось счастливо устроить свою личную жизнь. Вряд ли ты можешь представить, сколько раз мне приходилось выбирать между своими и их интересами. В результате маленькие эгоистки живут, как им заблагорассудится, а годы уходят безвозвратно. Я сознаю, что мои золотые дни уже позади. И могу лишь надеяться, что жертвы мои были не напрасными! — театрально заключила свою мученическую тираду Вайолетт Денби, после чего чуть повернула голову в сторону Даниэлы и проговорила: — Недурное платьице. Шелковый шифон. Незатейливо, но со вкусом.

— О, спасибо! — процедила Даниэла.

— Всегда восхищалась способностью некоторых женщин выглядеть стильно в бросовых вещичках. К счастью, благосостояние нашей семьи позволяет игнорировать эту сторону жизни. Хотя я не без сочувствия отношусь к людям, для которых существует понятие недоступной роскоши.

— Я думаю, для вашей семьи это понятие тоже существует, поскольку вряд ли вам по карману безделушки какого-нибудь арабского шейха, — заметила Даниэла. — К счастью для своего душевного равновесия, я вовремя осознала, что имущественная гонка — это самое бесперспективное занятие. Каких бы высот ты ни достиг с точки зрения социального успеха, всегда найдется кто-то, кто богаче, успешнее и популярнее тебя. Так что вместо морального удовлетворения от своих потуг ты получаешь сильнейший неизлечимый невроз.

— Наверное, это самая распространенная оговорка всех бесцельных натур, — проскрежетала Вайолетт, поднимаясь из-за стола. — Если бы вы вращались в более утонченном кругу, то поняли бы, что я имею в виду не столько вещи, на ярлыке которых указана высокая цена. А в первую очередь вещи действительно дорогостоящие за счет их уникальности. Не все то ценно, за что нувориши отваливают огромные суммы. Нужно обладать тонким вкусом, чтобы провести грань между подделкой и высоким искусством.

— А мерилом является вкус Вайолетт Денби, я правильно вас поняла? — спросила Даниэла.

— Тебя довести до твоего столика? — спросил, тоже привстав, Карл Мастерманн, искренне испугавшись нежелательных последствий острой женской дискуссии.

— Да, я была бы тебе очень благодарна! — широко улыбнулась Вайолетт. — Мне бы очень хотелось познакомить тебя с моими друзьями, — сказала она, взяв Линка под руку и кинув через плечо презрительный взгляд на свою более юную и более удачливую соперницу.

Даниэла иронически смотрела им вслед. Можно было только посочувствовать мужчине, которого не поделили сестры Денби.

— Позволишь мне проводить тебя до дверей? — спросил Линк, остановив автомобиль у дома, где Даниэла снимала квартирку.

— Не думаю, что это хорошая идея, Карл, — сдержанно отозвалась девушка.

Линк открыл перед ней дверцу машины и, взяв Даниэлу за руку, притянул к себе, когда она обеими ногами коснулась брусчатки и выпрямилась.

— Ты правильно меня поняла, Даниэла, — прошептал он, пристально глядя в карие глаза девушки. — Я хочу заняться с тобой любовью и не считаю нужным это скрывать… Этот вечер был такой отличной прелюдией, что даже Вайолетт с ее одиозным появлением не смогла его испортить.

— Однако лично я пока не готова к такой откровенности, Карл, равно как и к таким поступкам, — сухо отозвалась златовласая итальянка. — Будет правильнее попрощаться здесь.

— Весьма неожиданно, должен признать. Не приходилось до этого останавливаться на полпути. Но, полагаю, если женщина говорит «нет», мой долг мужчины отнестись к этому с пониманием… Я сказал тебе, что чувствую, Даниэла. Но это признание не должно тебя пугать, потому что я умею держать себя в рамках.

— Мне бы очень не хотелось торопить события, Карл, — сказала она.

— Ты должна знать еще кое-что, Даниэла, — крепко удерживая ее за руку, проговорил Линк. — Я хочу тебя с того самого момента, как увидел у входа в бистро! — дерзко сообщил он.

Даниэла снисходительно улыбнулась:

— Такое признание может и покоробить, но с твоей детской непосредственностью оно прозвучало даже лестно, Карл. Спасибо за чудесный вечер. Я, пожалуй, пойду.

— Твоя позиция мне ясна, Даниэла. Так что можешь ни о чем не тревожиться. Просто позволь мне доставить тебя до двери, чтобы я тоже был спокоен, зная, что в столь поздний час ты в полной безопасности, — настаивал Линк.

— Хорошо, — кивнула девушка, и они вместе вошли в подъезд. На своем этаже Даниэла нащупала в сумочке ключ от квартиры и вставила его в замочную скважину, затем дружелюбно посмотрела на Линка, на секунду задумалась и спросила: — Ты, наверное, хочешь зайти?

— Из чистого любопытства, — поспешил кивнуть Линк. — Хотелось бы хоть одним глазком взглянуть на квартиру, в которой живет такая девушка.