Рита Рейнвилл - Вдвоем все же лучше

И все же важнее всего, что брак Кэти в прошлом. Незачем углубляться в воспоминания, лучше думать о том, что сейчас. Они оба свободны. Правда, Кэти еще пуглива, как олененок. Но это пройдет. Он подождет, и, когда у нее вновь появятся силы и интерес к окружающей жизни, он будет рядом, и ей станет ясно, что им – по пути.

– Ну, Золушка, как прошел бал?

Стоило Кэти показаться на пороге, как Агата заткнула карандаш за ухо, положила локти на стол и приготовилась слушать.

– Дай мне хоть дверь за собой закрыть! – простонала Кэти.

– Пожалуйста, без охов и закатыванья глаз, – сухо и даже жестко сказала Агата. – У меня как у доброй феи, безусловно, есть кое-какие права. Итак. Как прошел бал?

– Очень торжественно и шикарно. Тебе бы понравилось.

– А как родители Джада?

– Тоже торжественные и шикарные. Но очень милые.

– Разумеется. Это не нувориши.

– Что ты имеешь в виду? – приподняла брови Кэти.

– Семьи богатые с назапамятных времен – а семья Джада такая, я как-то читала о них в газете – или несносны, или действительно очень милы.

– Понятно. Значит, у таких шансы пятьдесят на пятьдесят. Что ж, не плохо. – Надеясь, что любопытство Агаты уже удовлетворено, Кэти, порывшись в сумке, которую носила через плечо, извлекла большой лист бумаги. – Список инструкторов, которых мне предстоит обзвонить, – помахала она им в воздухе.

Но Агата не исчерпала еще вопросов.

– Я думаю, ты не сидела весь вечер с его родителями? В твоем-то розовом платье? Давай выкладывай, как все было с Джадом.

Как было? Кэти уставилась в список, но буквы плыли перед глазами. Он ни с того ни с сего поцеловал меня, а я ответила, да еще и прильнула к нему, словно мокрая тряпка. Потом он целый вечер выглядел очень довольным собой, а я притворялась, что ничего не случилось.

– Мы танцевали, – сказала она с запинкой.

– И это все?

Да-а, добрые феи, пожалуй, требовательнее, чем я предполагала, я не подумала, что они несут за все немалую ответственность, внутренне усмехнулась Кэти, услышав в Агатином голосе явные нотки разочарования.

– Ну, он познакомил меня с кучей разных людей. Очень приятных, – сказала она, стараясь, чтобы ее голос звучал оживленно.

– Мне бы они понравились?

Донесшийся из соседней комнаты певучий энергичный тенорок заставил ее стремительно обернуться.

– Кевин!

– Он самый, – скорчив гримасу, подтвердила Агата. – Я не успела сказать тебе. Он только что объявился.

Распахнув дверь своего кабинета – именно так называлась задняя комната конторы, хотя он и бывал там крайне редко, – Кевин в непринужденной позе встал на пороге. Он был чуть выше среднего роста, с умным худым лицом фавна и темными волосами, в которых кое-где проглядывали серебряные нити. Внешне точная копия ее отца, он был хитрым лисом и златоустом, и Кэти любила его всем сердцем.

– Почему ж это ты не предупредил, что появишься? – спросила она, шутливо толкая его в плечо и получая в ответ точно такое же приветствие.

– Чтобы устроить тебе приятный сюрприз, – ответил он, усмехаясь и сразу же покоряя ее своим обаянием, как покорял любого, включая возможных спонсоров своих гигантских проектов.

– И чтобы держать нас все время навытяжку, – спуская его с облаков на землю, сказала Кэти.

– И это верно. – Он опять улыбнулся. – Надеюсь, вытягиваясь, сколько можно, вы раздобыли какого-нибудь толстосума, который готов финансировать одно из наших чудес?

– Нет, это не входило в мои задачи. Я позволила себе расслабиться и поиском денег не занималась.

– Кэти, – произнес он укоризненно, и в голубых глазах зажглись искорки смеха, – моя дорогая Кэти, сколько еще учить тебя, что в нашем деле надо ежеминутно прикидывать: а не может ли твой собеседник вдруг раскошелиться?

– Это твоя задача, – возразила Кэти. К этой теме они возвращались уже не раз. – Очаровывать – твое дело, я же – простая рабочая лошадка. Ты добываешь деньги, я расходую их. Честное разделение труда. Есть, правда, один нюанс: пока мы пускали в дело исключительно твои деньги. И… ты ведь не разорился? – в ужасе от такой возможности спросила она и сразу же успокоилась, увидев, что он в ответ только весело ухмыльнулся.

– Да нет, едва ли я разорен. – Отступив за порог своего кабинета, он придержал дверь, давая ей пройти. – К счастью, вчерашний курс акций был очень благоприятен для твоего дорогого дядюшки.

– Отлично, а то у меня коробка из-под обуви доверху набита неоплаченными счетами.

– Кэти! Какая меркантильность!

– Ты прав, это ужасно! – в том же игривом тоне откликнулась она. – Но ты втравил меня в это дело, уверив, что уж чего-чего, а денег будет всегда достаточно, вот я и беспокоюсь, чтобы курочка продолжала нести золотые яички. А теперь доставай-ка, мой друг, календарь. В нем надо сделать много отметок.

Войдя в кабинет, она села к столу напротив Кевина, открыла блокнот и подождала, пока он наденет очки.

– Великий день – в пятницу, через три недели, – начала она сообщение. – Прибудет национальное телевидение, региональное, представители крупных и местных газет. Кроме того, некоторые ежемесячные журналы выразили желание написать серьезные аналитические статьи.

– Кто конкретно приедет?

– Сейчас зачитаю список.

По мере перечисления имен брови Кевина поднимались все выше и выше.

– Ну как, впечатляет? – спросила, закончив, Кэти.

– Еще бы, – кивнул он с улыбкой, – здесь ведь все сливки.

– Приятно, что мне удалось удивить тебя. Видишь ли, ты, называя эти имена, говорил, что знаком с ними. Поэтому, договариваясь о кандидатурах, я просила прислать именно этих людей, добавляя, что, кажется, ты им чем-то обязан и хотел бы оказать ответную любезность.

Глаза Кевина заблестели от удовольствия.

– Если когда-нибудь я захочу попробовать счастья в политике, то непременно попрошу тебя руководить моей предвыборной кампанией.

– По сравнению со здешней работой это будет для меня детскими игрушками, – сухо сказала она.

– У тебя были какие-то неприятности? – нахмурившись, спросил Кевин.

– Нет, – покачала она головой.

– Я спрашиваю серьезно, Кэти. Если здесь что-то не в порядке, я должен знать.

– Оставь свою ирландскую подозрительность и не выдумывай, чего нет, – резко захлопывая блокнот, ответила Кэти. – Все в порядке. Больше того, все прекрасно. Все идет именно так, как было задумано.

– Так в чем проблемы?

– А с чего ты взял, что есть проблемы?

– Знаю. Нюхом чую.

– Тем самым ирландским нюхом, который предсказывает неудачу каждый раз, когда ты затеваешь новый проект? – поддразнила она со смехом, вскочив вдруг на ноги и подходя к окну, откуда открывался вид на детскую площадку.